Сборник 12. На посошок - Брэдбери Рэй Дуглас - Страница 19

Я выехал на Мотор-авеню уже под вечер и тут же заметил на противоположной стороне улицы старика, собиравшего потерянные мячики для гольфа.

Я затормозил так резко, что едва не врезался головой в лобовое стекло.

Простояв секунд десять на месте (на улице не было ни единой машины), я стал осторожно сдавать назад, пока не поравнялся с канавой, шедшей вдоль проволочного ограждения поля для игры в гольф. Старик тем временем поднял с земли очередной мячик и положил его в свою корзинку.

Нет, не может быть. Хотя… Нет…

Я припарковался у обочины и с минуту сидел в машине, размышляя о том, как же мне следует поступить. В конце концов я вышел на дорогу, пропустил ехавшую мимо машину, пересек дорогу и пошел вдоль канавы навстречу старику.

Не прошел я и пятидесяти шагов, как мы уже столкнулись лицом к лицу.

– Здравствуйте, – кивнул он мне.

– Здравствуйте.

– Хороший сегодня вечер, – сказал он, заглянув в корзинку.

– Богатый улов?

– Сами видите. – Он взвесил корзину на руках.

– Неплохо. Может быть, вам помочь?

– Что вы! – удивился он. – Я и сам смогу их разыскать.

– Конечно, конечно. Но минут через пять стемнеет, и искать их будет уже поздно.

– Верно, – согласился он и поглядел на меня с любопытством. – А почему вы решили мне помочь?

– Много лет тому назад сюда приходил и мой отец, – ответил я. – Он всегда что-нибудь находил, а потом продавал найденные мячики. Денег-то особых у нас никогда не водилось.

– Все понятно, – вздохнул старик. – Что до меня, то я прихожу сюда раза два в неделю. На прошлой неделе мне удалось найти столько мячей, что я даже смог пригласить супругу в ресторан.

– Я знаю, – кивнул я.

– Откуда?

– Это я так, – ответил я. – Идемте. Смотрите, мячик! А возле самой изгороди еще один! Сейчас я его достану.

Я перебрался через канаву и вернулся назад с мячом в руках. Старик с интересом посмотрел мне в лицо.

– Почему вы плачете? – спросил он.

– Неужели? Наверное, все дело в цветах. У меня аллергия.

– Мы знакомы?

– Возможно.

Я назвал ему свое имя.

– Странное дело, – рассмеялся он. – У вас такая же фамилия, как и у меня. Впрочем, мы вряд ли приходимся друг другу родственниками.

– Скорее всего, вы правы, – не стал спорить я.

– Будь мы родственниками или знакомыми, я бы об этом помнил…

Господи, – подумал я, – вот это как. Какая, в конце концов, разница между синдромом Альцгеймера и смертью? И в том, и в другом случае ты ничего не помнишь. Память там уже не нужна.

Старик обратил внимание на мою задумчивость и почему-то заволновался. Взяв у меня мячик для гольфа, он опустил его в корзинку.

– Спасибо.

– Там есть еще один! – сказал я, вновь спустившись в канаву, и, смахнув слезы с глаз, добавил: – Стало быть, вы так сюда и ходите…

– Что значит «вы так сюда и ходите»?

– Это я себе, – ответил я. – В том смысле, что вас всегда можно здесь застать.

– Ну, это уж как повезет.

Он вновь удивленно уставился на мое лицо.

– Странное дело. Когда-то у меня был сын. Хороший такой мальчишка. Но потом он куда-то исчез. Никогда не мог понять, куда же это он запропастился.

Ничего удивительного, подумал я. Исчез не он, исчез ты. Так, должно быть, бывает, когда вы прощаетесь с людьми и они для вас исчезают, а на самом деле это вы поворачиваетесь и уходите, идете и исчезаете.

Солнце скрылось за горизонтом, и теперь мы шли в полумраке, которого не мог рассеять свет одинокого фонаря, стоявшего на противоположной стороне улицы. Я увидел еще один мячик, лежавший в нескольких футах от ног старика, и указал на него кивком головы.

– Вот и все, – сказал он, поднимая мячик. И куда же вы теперь?

Я собрался с мыслями и, посмотрев вперед, произнес:

– В любом гольф-клубе имеется девятнадцатая лунка, так ведь?[17]

– Разумеется. Здесь тоже есть бар.

– Позвольте угостить вас стаканчиком вина.

– Очень мило с вашей стороны, – сказал он нерешительно. – Но, честно говоря, я не совсем…

– Всего один стаканчик. Он вам не повредит.

– Поздно уже. Мне пора идти.

– Куда? – спросил я и тут же пожалел о своем вопросе.

Старик отвел глаза, мучительно пытаясь найти правдоподобный ответ.

– Понимаете, – сказал он наконец. – Дело в том…

– Пожалуйста, ничего не говорите. Я не должен был задавать вам этот вопрос.

– Ничего страшного. Мне действительно пора.

Он протянул мне руку на прощание и вдруг, крепко сжав мою руку и пристально глядя мне в глаза, воскликнул:

– Мы действительно знаем друг друга, правда?

– Да, – сказал я.

– Но где и когда мы встречались?

– С той поры прошло много-много лет.

Он так и не выпускал моей руки, он схватился за нее так, будто выпусти ее – и он упадет.

– Вы не могли бы сказать еще раз, как вас зовут?

Я назвался еще раз.

– Забавно, – сказал он и тихо продолжил: – Мы носим одну и ту же фамилию. Бывает же такое!

– Бывает, – сказал я.

Когда мне удалось наконец высвободиться, я тут же сам взял его за руку точно так же крепко.

– В следующий раз мы встретимся у девятнадцатой лунки.

– У девятнадцатой, – повторил он. – Вы что, правда собираетесь сюда еще вернуться?

– Теперь, когда я знаю, где вас найти, я непременно как-нибудь приду. Мне понравилось гулять и подбирать мячи.

– Спасибо вам. Признаться, у меня и знакомых-то особых нет…

– Я постараюсь приезжать сюда почаще.

– Все это только слова…

– Нет. Я даю вам честное слово.

– Смотрите. Честное слово – вещь серьезная…

– Я знаю.

– Пойду я. – Теперь уже ему пришлось с усилием высвобождать свою руку и массировать ее, чтобы восстановить кровообращение. – Здесь ведь ничего не ходит.

Он зашагал прочь и, подняв с земли еще один, теперь уже последний, мячик, бросил его мне.

– У девятнадцатой, – тихо сказал он.

– Да, – ответил я.

В следующее мгновение он уже исчез в темноте.

Я стоял на прежнем месте и плакал. В моем нагрудном кармане лежал подаренный им мячик для гольфа.

«Долежал бы там хотя бы до утра», – подумалось мне.