Код да Винчи - Браун Дэн - Страница 98

Дождь лил как из ведра, и он засунул криптекс поглубже в правый карман, чтобы не намок. В левом кармане лежал револьвер «Медуза». Через несколько минут он уже входил в храм, расположенный едва ли не в самом изумительном здании Лондона конца девятого века.

В этот же момент епископ Арингароса вышел прямо под дождь из маленького самолета. И, шлепая по лужам и приподнимая полы сутаны, двинулся к зданию аэровокзала в Биггин-Хилл. Он надеялся, что его встретит сам капитан Фаш. Но вместо него навстречу поспешил молодой офицер британской полиции с зонтиком.

– Епископ Арингароса? Капитану Фашу пришлось срочно уехать. Попросил меня встретить вас и проводить. Сказал, чтобы я отвез вас в Скотланд-Ярд. Он считает, что там вам будет безопаснее.

Безопаснее? Арингароса покосился на тяжелый портфель с облигациями Банка Ватикана. Он почти забыл, какое при нем сокровище.

– Да, благодарю вас.

Арингароса уселся в полицейский автомобиль. Интересно, где же сейчас Сайлас? Через несколько минут он получил ответ по полицейскому сканеру.

Орм-Корт, дом 5.

Арингаросе был прекрасно известен этот адрес. Это же лондонская резиденция «Опус Деи».

– Везите меня туда, немедленно! – сказал он водителю.

Глава 95

Лэнгдон не сводил глаз с экрана компьютера с того самого момента, как там начали появляться результаты поиска.

Пять минут. Всего две ссылки. Обе не имели отношения к делу.

Он уже начал беспокоиться.

Памела Геттем находилась в соседней комнате. Лэнгдон с Софи допустили оплошность, спросили, принято ли в библиотеке пить, помимо чая, еще и кофе. И вот теперь, судя по запаху, доносившемуся до них, можно было догадаться, что их собираются напоить растворимым «Нескафе».

И тут компьютер громко просигналил.

– Похоже, выдал еще что-то! – крикнула Памела из соседней комнаты. – Что там за название?

Лэнгдон впился глазами в экран.

Аллегория Грааля в средневековой

литературе: Трактат о сэре Гэуэйне и Зеленом рыцаре

– Какая-то аллегория Зеленого рыцаря! – крикнул он библиотекарше.

– Не то, – ответила Геттем. – В Лондоне похоронено не так много мифологических зеленых гигантов. Можно даже считать, что ни одного.

Лэнгдон с Софи терпеливо сидели перед монитором в ожидании продолжения. Но когда экран ожил снова, информация оказалась для них неожиданной.

Die Opern von Richard Wagner

– Оперы Вагнера? – спросила Софи.

Геттем заглянула в комнату с пакетиком от кофе в руке.

– А вот это действительно странное сочетание. Разве Вагнер был рыцарем?

– Нет, – ответил Лэнгдон, чувствуя, что заинтригован. – Зато он был известным масоном. – Наряду с Моцартом, Бетховеном, Шекспиром, Гершвином, Гудини и Диснеем. О связях масонов с орденом тамплиеров, Приоратом Сиона и Граалем было написано множество книг. – Мне бы хотелось получить более подробную распечатку. Как вывести на экран весь текст?

– Да не нужен вам весь текст, – откликнулась библиотекарша. – Просто выделите название и нажмите на него мышкой. И компьютер выдаст вам отдельные строки из общего контекста, где встречаются выделенные ключевые слова.

Лэнгдон ничего не понял из ее объяснений, но выделил название и послушно щелкнул мышкой.

На мониторе высветилось несколько строк.

… мифологический рыцарь по имени Парсифаль, который…

… метафорический Грааль, поиск которого спорен…

… Лондонская филармония в 1855…

… оперная антология Ребекки Поп, включает «Диву»…

… могила Вагнера находится в Германии…

– Опять совсем не та Поп, – шутливо и разочарованно заметил Лэнгдон. Тем не менее его потрясла простота использования системы. Ключевых слов в контексте оказалось достаточно, чтобы напомнить ему об опере Вагнера «Парсифаль», в которой отдавалась дань Марии Магдалине как продолжательнице рода Иисуса Христа. В ней рассказывалась история молодого рыцаря, отправившегося на поиски истины.

– Наберитесь терпения, – посоветовала Геттем. – Дайте машине время. Пусть себе работает.

На протяжении нескольких следующих минут компьютер выдал еще несколько ссылок на Грааль, в том числе и текст о трубадурах, знаменитых странствующих менестрелях Франции. Лэнгдон знал, что общий корень в таких словах, как «minstrel» и «minister», не является случайным совпадением. Трубадуры были странствующими слугами, или «ministers», Церкви Марии Магдалины и использовали музыку, чтобы поведать в песенных балладах историю этой женщины. По сей день восславляют они добродетели «Госпожи нашей», загадочной и прекрасной дамы, истовому служению которой отдали себя целиком.

Тут компьютер выдал новую информацию:

Рыцари, плуты (валеты), папы и

пятиконечные звезды: История святого Грааля в картах таро

– Неудивительно, – сказал Лэнгдон, обернувшись к Софи. – Некоторые из наших ключевых слов созвучны с названиями отдельных карт. – Он снова щелкнул мышкой. – Не уверен, что ваш дедушка, Софи, играя с вами в карты, когда-либо упоминал об этом. Но игра – это как бы «карточный» пересказ истории о пропавшей Невесте и ее порабощении «злой» Церковью.

Софи окинула его удивленным взглядом:

– Я и понятия не имела.

– В том и состоял смысл. С помощью этой метафорической игры последователи Грааля тайно обменивались посланиями, скрываясь от всевидящего ока Церкви. – Лэнгдон часто задавался вопросом, многим ли современным игрокам в карты известна истинная подоплека четырех мастей. Пики, червы, трефы и бубны – все это были символы, тесно связанные с Граалем и позаимствованные у четырех мастей карт таро: мечей, кубков, скипетров и пятиконечных звезд.

Пики были мечами – клинок. Символ мужчины. Червы произошли от кубков – сосуд. Символ женщины. Трефы были скипетрами – царская кровь. Символ продолжения рода. Бубны были пятиконечными звездами – богиня. Символ священного женского начала.

Лэнгдон уже начал опасаться, что компьютер больше ничего не выдаст, но четыре минуты спустя на экране высветились следующие строки:

Тяготы гения: Биография современного рыцаря

– «Тяготы гения»! – крикнул Лэнгдон библиотекарше. – «Биография современного рыцаря»! Как прикажете это понимать?

Геттем снова высунулась из-за двери:

– Насколько современного? И только не говорите мне, что это ваш сэр Руди Джулиани[68]. Лично я считаю, он до рыцаря не дотягивает.

У Лэнгдона возникла другая догадка. Он почему-то решил, что это биография недавно посвященного в рыцари сэра Мика Джаггера. Но момент был не слишком подходящим для обсуждения современной британской политики посвящения в рыцари.

– Так, давайте посмотрим, что тут у нас имеется. – И он прочел обрывки текста с ключевыми словами:

… почетный рыцарь, сэр Исаак Ньютон…

… в Лондоне в 1727-м, и…

… его могила в Вестминстерском аббатстве…

… Александр Поп, друзья и коллеги…

– Я так понимаю, понятие «современный» весьма относительно, – сказала Софи Памеле. – Это отрывок из какой-то старой книги. О сэре Исааке Ньютоне.

Геттем, по-прежнему стоя в дверях, покачала головой:

– И что толку? Ведь Ньютон был похоронен в Вестминстерском аббатстве, этом центре английского протестантизма. И католик папа вряд ли мог присутствовать на похоронах. Вам с молоком и сахаром?

Софи кивнула.

– А вам, Роберт? – спросила Геттем.

Сердце у Лэнгдона билось все быстрее. Он отвел взгляд от экрана и поднялся.

– Сэр Исаак Ньютон и есть наш рыцарь.

Софи удивилась:

– О чем это вы?

– Ньютон похоронен в Лондоне, – принялся объяснять Лэнгдон. – Он создатель радикально новой науки, и за это его прокляла Церковь. И еще он был Великим мастером тайной организации, Приората Сиона. Чего же еще?..

– Чего еще? – воскликнула Софи и указала на листок со стихотворением. – А как насчет рыцаря, похороненного папой? Вы ведь слышали, что сказала мисс Геттем. Никакой папа Ньютона не хоронил.