Точка обмана - Браун Дэн - Страница 106

— Я выну у тебя изо рта кляп и буду держать микрофон. А ты убедишь вертолет убраться. Ясно?

Он согласно кивнул.

Рейчел вытащила тряпку. Раненый грубо плюнул ей в лицо.

— Сука! — кашляя и харкая кровью, выдохнул он. — Я еще полюбуюсь, как ты будешь подыхать. Я буду наслаждаться каждой секундой этого зрелища.

Рейчел вытерла лицо. Толланд, подойдя, оттеснил ее и забрал оружие.

Дрожь в сильных руках этого человека подсказала Рейчел: в эту минуту в душе его что-то оборвалось. Толланд подошел к панели управления, находившейся в нескольких ярдах от аппарата, положил руку на рычаг и посмотрел в глаза поверженного, но не сдавшегося врага.

— Это все, — произнес он, — что ты можешь получить на борту моего судна.

С безжалостной решительностью Толланд нажал на рычаг. Огромная крышка люка под батискафом резко открылась, провалившись, словно пол виселицы. Связанный боец, издав короткий возглас ужаса, исчез, полетел вниз. Пролетев расстояние в тридцать футов, он упал в океан. Взлетел фонтан красных брызг. Акулы не заставили себя ждать.

Увидев, как мощный поток воды вынес из-под судна то, что осталось от Дельты-3, контролер вздрогнул от отвращения и гнева. Освещенная вода казалась красной. Несколько акул дрались над тем, что отдаленно напоминало руку.

Кошмар!

Контролер посмотрел на палубу. Дельта-2 висел в лапах «Тритона», покачивающегося над дырой в палубе. Ноги его болтались в воздухе. Стоит только Толланду разжать манипулятор подводного аппарата, и Дельта-2 полетит к акулам.

— Стойте! — прорычал контролер в переговорное устройство. — Подождите. Просто подождите!

Рейчел продолжала смотреть на вертолет. Даже с высоты контролер мог разглядеть в ее глазах решимость. Она подняла к губам микрофон.

— Вы все еще считаете, что мы блефуем? — спросила она. — Так позвоните на главный коммутатор НРУ. Попросите Джима Самильяна из отдела планирования и анализа. Он сегодня дежурит в ночной смене. Я все рассказала ему о метеорите. Он подтвердит.

Она называет конкретное имя? Уже плохо. Рейчел Секстон далеко не глупа, понимает, что такой блеф они могут раскрыть моментально. И хотя контролер не знал человека по имени Джим Самильян, это ничего не значило, поскольку штат НРУ огромен. Вполне вероятно, что Рейчел говорит правду. Поэтому до того, как отдать приказ о ликвидации этих двоих, необходимо выяснить, блеф это на самом деле или нет.

Дельта-1 взглянул через плечо.

— Хотите, отключу глушитель? — поинтересовался он. — Тогда вы сможете позвонить и все выяснить.

Контролер смотрел на Секстон и Толланда — вот они, как на ладони. Если они попытаются добраться до телефона или радио, пилот сможет тут же их отрезать. Риск минимален.

— Уберите помехи, — скомандовал контролер, вынимая сотовый. — Уличим эту дамочку во лжи. А потом найдем способ вызволить вашего коллегу и закончить все это неприятное дело.

В Фэрфаксе, на центральном коммутаторе НРУ, оператор уже терял терпение.

— Я же сказал, что не нахожу имени Джима Самильяна в списках служащих отдела планирования и анализа.

Звонивший был настойчив.

— А вы пробовали разные варианты написания? И другие отделы?

Оператор уже все проверил, но решил попробовать еще разок. Через несколько секунд заговорил снова:

— Нет, в списках наших сотрудников нет имени Джима Самильяна. Ни в одном из вариантов написания.

Казалось, звонивший остался доволен услышанным.

— Так, значит, вы уверены, что Джим Самил...

На линии внезапно послышалась целая какофония звуков. Кто-то закричал. Звонивший коротко выругался и быстро отключился.

Дельта-1 проклинал все на свете, вновь приводя в действие систему помех. Он слишком поздно понял ошибку. На приборной доске вертолета один крошечный датчик показывал, что с борта судна «Гойя» идет сигнал. Но как? Каким образом? Никто же не покидал палубу! Еще до того как Дельта-1 включил глушитель, сигнал с «Гойи» прекратился.

Внизу, в гидролаборатории, аппарат факсимильной связи удовлетворенно зашуршал. «Адресат определен. Ваш факс отправлен».

ГЛАВА 121

«Или ты убьешь, или убьют тебя». Рейчел Секстон открыла в себе черты, о существовании которых и не подозревала. Формула выживания. Чудовищная сила воли, поддерживаемая страхом.

— Что было в этом факсе? — требовательно спросил электронный голос контролера.

Рейчел немного успокоилась: значит, факс отправлен, как она и надеялась.

— Уходите! — заявила она в ответ, крепко сжимая микрофон и глядя на зависший вертолет. — Все кончено. Ваш секрет ушел на берег.

И Рейчел рассказала, какую информацию она отослала. Шесть страниц текста и графических материалов. Неопровержимые доказательства того, что метеорит был фальшивкой.

— Пытаясь нам навредить, вы только усугубите свое и без того тяжелое положение.

Повисла долгая пауза.

— Кому вы послали факс?

Рейчел не имела намерения отвечать на этот вопрос. Было необходимо выиграть как можно больше времени. Она и Майкл встали возле люка в палубе, на одной линии с «Тритоном», так что из вертолета не могли стрелять по ним, не убив того, кто дергался в лапах батискафа.

— Уильяму Пикерингу? — проскрипел голос в переговорном устройстве. В нем явно звучала надежда. — Вы отослали факс своему директору.

«Ошибаешься», — подумала Рейчел. Конечно, она выбрала бы именно Пикеринга, но была вынуждена набрать другой номер, опасаясь, что директора уже убрали. Это лишь подтверждало серьезность намерений врага. В момент отчаянной решимости Рейчел набрала второй из двух номеров, которые знала наизусть.

Номер факса в офисе отца.

Этот номер запечатлелся в ее памяти не при радостных обстоятельствах. Ей пришлось не раз набирать его после смерти матери, когда отец предпочел выяснять подробности условий наследования, не вступая в непосредственный контакт с дочерью. Рейчел и предположить не могла, что в тяжелую минуту обратится именно к отцу. Но сейчас в пользу сенатора Секстона были два серьезных аргумента. Во-первых, он имел подходящую политическую мотивацию для того, чтобы без колебания опубликовать данные о подлоге. А во-вторых, обладал достаточной дерзостью, чтобы немедленно позвонить в Белый дом и потребовать отзыва команды убийц.

Плохо одно — в ночное время сенатора нет в рабочем кабинете. Но Рейчел знала, что запирает он его, как скупой богач подвал с драгоценностями. Кроме того, она передала информацию в режиме секретности. Даже если враги смогут каким-то образом узнать, куда именно она его послала, то будут не в состоянии прорваться сквозь плотную федеральную охрану здания сената, попасть в офис Секстона и взломать его факс.

— Кому бы вы ни отправили факс, — предупредили ее, — вы серьезно осложнили положение этого человека.

Рейчел понимала, что, несмотря на страх, должна говорить с позиций силы. Она показала на бойца, зажатого в клешнях «Тритона». Ноги его висели над бездной. Из ран капала кровь, улетая на тридцать футов вниз, в океан.

— Единственный здесь, кому действительно грозит опасность, — это ваш человек, — ответила она в переговорное устройство. — Все кончено. Отходите. Информация ушла. Вы проиграли. Оставьте нас в покое, или он умрет.

— Мисс Секстон, вы не понимаете важности...

— Не понимаю? Я понимаю, что вы убиваете ни в чем не повинных людей! Понимаю, что лжете насчет метеорита! И понимаю, что вам не удастся остаться безнаказанными. Даже если вы убьете всех нас, все равно вам конец!

После долгой паузы прозвучала фраза:

— Я спускаюсь.

Рейчел насторожилась.

— Спускаетесь?

— Я не вооружен, — ответили ей. — Не совершайте поспешных действий. Нам с вами нужно поговорить лицом к лицу.

Рейчел не успела прореагировать, а вертолет уже опустился на палубу «Гойи». Дверь открылась, и показался невысокий человек. Неброской внешности, в черном костюме и с галстуком. На какое-то мгновение Рейчел Секстон почувствовала, что ее словно оглушили.