Аметистовое ожерелье - Брендан Мэри - Страница 24

– Да? И куда же? – сочувственно спросил он, едва заметно улыбаясь.

Элизабет закрыла глаза, не выдержав теплого, ласкового взгляда Росса.

– Я выронила кинжал и поранила колено, – прошептала она.

– Так вы и своего отца тоже не слушались! Наверняка он запретил вам трогать его кинжал, – сказал он.

Она тряхнула головой, и он отпустил ее руки. Она тут же положила их на колени и крепко сжала.

– Вот так-то лучше, – улыбнулся он.

– Я ненавижу вас! – крикнула она и гордо вскинула подбородок.

– Нет, не ненавидите. Вы не можете меня ненавидеть. Как сказала моя мама, вы просто созданы для меня.

– Вы говорили обо мне с вашей мамой? – удивленно спросила Элизабет, пристально глядя на Росса.

– А почему бы и нет? Она скоро станет и вашей мамой. Она считает вас просто обворожительной: милая, приветливая, красивая… Именно такая достойна, стать моей женой.

Элизабет покраснела.

– Поблагодарите вашу маму за доброжелательное отношение ко мне. Она мне тоже очень понравилась. Вам повезло, что у вас такая дружная семья.

– Я рад, что они вам понравились. Я надеюсь, что, и вы скоро станете их родственницей. Все присутствующие в один голос сказали, что вы прелестны. А где ваше кольцо? – Он взял ее левую руку и увидел, что на безымянном пальце нет кольца с бриллиантом и аметистами.

– Оно мне великовато, и я положила его в карман, чтобы не потерять. – Элизабет вновь покраснела. – Носить его в Вэппинге, где живет беднота, ютящаяся в трущобах, небезопасно.

– Разумеется. Ходить туда – да еще против моей воли – действительно небезопасно. Верните мне кольцо, я отдам ювелиру, и он сделает его на размер меньше.

Элизабет выдернула руку из его руки, быстро вынула кольцо из кармана и положила его в ладонь Росса.

– Оно вам не понравилось? – спросил он. Элизабет подняла голову, и их взгляды встретились. Он смотрел ей прямо в глаза. Она поняла, что он не отступится, пока не узнает, понравился ли ей его свадебный подарок.

– Разумеется, кольцо мне очень понравилось, но…

– Оно подарено мной, – закончил за нее Росс. – Если бы это кольцо подарил вам лейтенант Хэверинг, вы бы его носили, не снимая!

Элизабет промолчала.

– Вы все еще думаете о нем? – хрипло спросил он, надевая кольцо ей на палец.

– Конечно, нет, – тихо проговорила она, любуясь игрой драгоценных камней.

– Конечно, нет! – повторил Росс. – Я хотел спросить, испытываете ли вы к Хэверингу какие-либо чувства? Почему вы ничем не делитесь со мной? Вы для меня – закрытая книга. Я вижу только маленькую раненую девочку, как броней прикрывающуюся гордостью и высокомерием. Поговорите со мной. Поделитесь со мной своими чувствами, сомнениями…

Безысходное отчаяние слышалось в его голосе, и оно болью отозвалось в ее сердце. Но за десять лет она научилась опускать забрало и отгораживаться щитом.

– Мне больше нравится слушать то, что говорите вы. – Она повела рукой, и бриллиант заиграл яркой радугой огней. – Как я могу узнать, испытываете ли вы какие-нибудь чувства к Сесили Бут, если вы не делитесь со мной? – проговорила она с иронией, перефразируя его слова. – Почему вы ничего не рассказываете о ней?

– А что вы хотели бы узнать?

– Как вы думаете, что я хочу узнать? – Она смело глянула в его ястребиные глаза.

– Ну, – он задумался, – наверное, что она не может похвастаться такой красотой, как у вас, хотя надо признать, что она довольно хорошенькая. Она на несколько лет моложе, но на десятки лет опытнее…

Элизабет пронзила такая же острая боль, как и тогда, в магазине тканей, когда она увидела Росса с Ребеккой…

– Отвезите меня домой… Пожалуйста. Мне нехорошо… У меня разболелась голова… – жалобно проговорила она и закрыла глаза.

– Вам больно?

Да, чуть не крикнула Элизабет. Да, да, да! Она хмуро смотрела, как первые крупные капли дождя поползли по стеклу каретного окна, словно слезы по щеке.

Теплая и сильная рука проскользнула под тугим пучком волос, стянутых на затылке, и Росс мягко потянул ее к себе. Слегка поколебавшись, Элизабет положила голову ему на плечо, и когда он прижал ее сильнее, она не сопротивлялась. Росс наклонил голову и коснулся губами ее пепельно-русых волос.

– Есть одна вещь, касающаяся мисс Бут, которую вы должны знать… Я не собирался говорить вам это, потому что… – (Она по голосу поняла, что он улыбается.), – потому что, о, моя расстроенная, разгневанная маленькая возлюбленная, мне нравится, когда вы ревнуете меня… нравится, что вы ко мне неравнодушны… Верьте мне, Элизабет, – желание заботиться о вас, защитить вас перевернуло всю мою жизнь. Я навсегда порвал с Сесили Бут.

Она посмотрела ему в глаза, и у нее перехватило дыхание – его глаза сверкали от счастья. Он наклонил голову и поцеловал ее. Он целовал так нежно, так трепетно, что Элизабет поддалась его волнующей магии и, как в забытьи, стала страстно целовать его. Она была бы на вершине счастья, если бы он произнес заветные слова, которых она ждала десять долгих лет.

– Я люблю вас, Элизабет… Я люблю вас… – вдруг услышала она горячий шепот.

Глава двенадцатая

Лайнус Сэвидж, граф Кэдмор, мрачно наблюдал за приближением Росса. Честно говоря, он предвидел, что сегодня встретит здесь его с корнуолльскими друзьями. Из-за этих новоиспеченных спортсменов граф и его друзья перестали упражняться в фехтовании, хотя приехали в Академию фехтования Гарри Энджело именно за этим. Впрочем, Кэдмор был спокоен: виконта Стрэттона окружали уважаемые джентльмены, а его, графа Кэдмора, – его известные всему Лондону закадычные друзья.

– Ну, как успехи, дружище? – приветствовал добродушно граф Росса.

Виконт шутливо отсалютовал ему сверкающей шпагой.

– Отлично… особенно теперь, когда вы попались мне на глаза. – Он прижал свою шпагу к узкому, как у мальчика, плечу Кэдмора.

Граф изогнулся и высвободил свое плечо из-под смертельного оружия. Это угроза или комплимент? Оглядевшись, он увидел брата виконта, сидевшего на скамье и наблюдавшего за ними.

– Вы хотели встретиться со мной? Из-за чего?! – возмущенно воскликнул граф.

– Из-за женщины.

– Из-за Сесили?

– Нет… не из-за Сесили, – пренебрежительно проговорил Росс. – Я хотел поговорить с вами о леди Элизабет Роу.

Граф Кэдмор вытаращил глаза, будто не веря собственным ушам, но скоро до него стал доходить смысл сказанного, и на губах у графа появилась хитрая улыбочка. Конечно! Как он раньше не догадался? Росс Трилоуни, теперешний виконт Стрэттон, известный повеса и любитель поволочиться за женщинами. Должно быть, эта высокомерная леди с подмоченной репутацией – главная цель его скучающего взгляда. Она благородного происхождения и станет, без сомнения, крепким орешком даже для такого опытного волокиты.

– Так что вы хотите узнать об этой… э… светловолосой леди? – проговорил Кэдмор, произнеся слово «леди» с нескрываемым презрением. Стоявшие поодаль закадычные дружки графа начали ухмыляться.

– А что вы можете рассказать о ней? – вопросом на вопрос ответил Росс, глядя куда-то вдаль поверх головы Кэдмора.

– Дайте подумать… Если вы хотите взять ее под свое покровительство, то позвольте вас предупредить, что с ней довольно трудно общаться. Я не ошибся, у вас такое намерение?

– О, да, – ответил Росс. – У меня именно такое намерение.

Кэдмор кивнул. Он был доволен, что привлек к себе столько внимания.

– Вы, очевидно, знаете, что я… э… намеревался поступить таким же образом, но с минимальным успехом: разговаривать с ней нелегко, так как она чересчур высокого о себе мнения. Возомнила себя Снежной королевой, ни больше, ни меньше! – Кэдмор подмигнул двум своим друзьям, которые внимательно прислушивались к разговору. – Вот вам маленький пример. Прозвище, прицепившееся к ней в то время… гм… – «неудачная путешественница». С такими серебряными волосами и с холодной надменностью аристократки она попала в руки двум бандитам с большой дороги, которые быстро сбили с нее спесь. Той ночью они отвели душу, укротив строптивую кобылку… – загоготал граф, и к нему присоединились несколько его друзей. Остальным, однако, стало не по себе, когда они заметили, что человек, на которого Кэдмор хотел произвести впечатление, даже не улыбнулся.