Вызов страсти - Браун Вирджиния - Страница 42

У Кэтрин руки сами сжались в кулаки, когда она представила себе, что ей придется сидеть за одним столом с человеком, которого она считала повинным во всех своих несчастьях.

– Кэт, Вильгельм – крутой человек, но справедливый, – беззлобно усмехнулся Девлин, догадавшись о ее чувствах. – Он не наказывает невиновных.

Позже, сидя рядом с человеком, завоевавшим ее страну, Кэтрин старалась не забывать слов Роберта. Сейчас она впервые лично встретилась с Вильгельмом и имела возможность как следует рассмотреть его. Перед ней был человек среднего роста, худощавый и мускулистый, с резкими чертами лица и темными глазами, которые, казалось, заглядывали прямо в душу.

Вильгельма удивляло и забавляло пристальное внимание Кэтрин, и легкая улыбка пряталась в уголках его тонких губ. За десять лет управления Англией Вильгельм успел познакомиться с упрямством этих саксов и по вызывающе вздернутому подбородку Кэт без труда определил, что она не так просто капитулировала. Но кроме этого, он подметил, с какой нежностью она смотрела на Девлина, и улыбнулся сам себе. Огонь, горевший в очаге позади них, мягким светом освещал лицо Кэт и ярко блестел на золотых нитях, которыми было расшито ее шелковое платье.

– Девлин, у вас очаровательная дама, – заметил Вильгельм, задумчиво глядя на девушку и машинально водя пальцами по украшениям из драгоценных камней на чаше и ножке позолоченного кубка с вином.

– Да, ваше величество. Эта красавица – настоящее сокровище, которое я намерен бдительно охранять. – Твердо встретив взгляд Вильгельма, Девлин обменялся с ним невысказанными вслух мыслями – он не отдаст Кэт так просто.

– А вы, миледи? – обратился к ней Вильгельм. – Что вы скажете о графе Девлине?

На мгновение Кэтрин растерялась, и ее взгляд метнулся к ставшему вдруг бесстрастным лицу Роберта, но потом она пожала плечами, решив, что ее ответ ничего не изменит.

– Я знаю, что граф предан вам, ваше величество, и достоин вашего расположения.

– Я хотел узнать ваше личное мнение, миледи, и не сомневаюсь, вы это поняли, – усмехнулся Вильгельм. – Но на этот раз я принимаю ваш ответ. Вы окажете мне честь танцевать со мной? – Встав, он предложил Кэт руку, и она поднялась.

Кэтрин поняла, что, пригласив ее на танец, король показал всем, что оказывает ей покровительство. Вильгельм повел ее на площадку для танцев, и сидевшие в нише музыканты начали играть. Кэт и Вильгельм медленно двигались в танце и почти не разговаривали. Подведя Кэт обратно к Девлину, Вильгельм низко склонился к ее руке и запечатлел легкий поцелуй на нежной коже.

– Я получил удовольствие, леди Кэтрин. Вы искусно танцуете и приятная партнерша. Бдительно охраняйте ее, милорд, – подмигнул он Девлину, – найдется немало желающих позаботиться об этой девушке.

Девлин склонил голову перед своим господином, но на его лице не отразилось ничего из того, о чем он думал, а через некоторое время, попросив извинения у Вильгельма, он пожелал ему спокойной ночи.

Мерцающий свет факелов освещал темные извилистые коридоры и узкие лестницы, по которым Кэтрин вместе с Девлином спускались все ниже и ниже, в самые недра замка. Девлин ничего не сказал, но Кэт знала, что он ведет ее к отцу. Чем ниже они спускались, тем зловоннее становились мрачные коридоры и более влажными – камни. Во рту у Кэт пересохло, она побледнела как смерть. От слабого света факелов, закрепленных в металлических держателях на стенах, по каменному полу плясали длинные тени. Их причудливые сплетения и фигуры напоминали кувыркающихся демонов. Но Кэтрин взяла себя в руки и сосредоточилась на том, что ждало ее впереди. Наконец Девлин остановился у массивной деревянной двери с узким запертым окошком на самом верху. Рядом с дверью, прислонившись к стене, сидел стражник, сонно опустив подбородок на прикрытую кольчугой грудь. Девлин пинком обутой в сапог ноги выбил маленький табурет из-под посапывающего мужчины, и стражник с возмущенным воплем опрокинулся на каменный пол.

– Эй! Что!.. – Он запнулся, заспанными глазами глядя на человека, которого собирался обругать, выражение его грубого лица мгновенно изменилось, и он тонкими дрожащими от страха губами пробормотал заикаясь: – Ми… милорд! Я… я не узнал вас!

– Это вполне очевидно. Вы так же не узнали бы никого из своих узников, если бы они явились перерезать вам горло. – Девлин говорил сухим, резким тоном, угрожающе подняв брови. – Кто-нибудь из заключенных еще остался?

– Да! Никто не убежал, уверяю вас, милорд! – Трясущимися руками стражник вставил в замок ключ и с громким металлическим скрежетом повернул его.

– Посмотрим, сможете ли вы бодрствовать в течение всего нашего визита. – Девлин взял у стражника тяжелое кольцо с ключами. – Я верну их, когда буду уходить.

Взяв Кэтрин за локоть, Роберт подтолкнул ее в дверной проем и повел по следующему коридору, более короткому и еще более узкому, чем предыдущий. Краем слегка прищуренных глаз он наблюдал за реакцией Кэтрин – она шла. сжав руки в кулаки и глядя прямо перед собой. Остановившись у одной из дверей, Роберт отпер ее. Заскрипев на ржавых петлях, дверь широко распахнулась. Девлин вынул из держателя факел и вместе с Кэт вошел в маленькую камеру.

Жался, что не взяла с собой душистый шарф, чтобы защититься от зловония, Кэтрин выпрямилась, стараясь заглянуть за границу светового круга от факела. Камера была маленькой, но в темноте трудно было что-либо разглядеть, и только по тихому шуршанию Кэт догадалась, что в помещении кто-то есть. У дальней стены зашевелилась смутная тень, и раздался звон цепей.

– Отец? – дрожащим голосом окликнула Уолтера Кэт. – Отец, вы здесь?

– Кэтрин? – С недоверием отозвался голос, в котором, казалось, не осталось ничего живого. – Моя маленькая Кэт? Я опять брежу или это и вправду ты?

С полными слез глазами Кэтрин шагнула вперед, но ее остановила рука Девлина, крепко сжавшая ей локоть.

– Почему вы меня остановили? – возмутилась она, стараясь оттолкнуть руку Девлина. – Позвольте мне подойти к отцу!

– Нет, вы останетесь вне пределов его досягаемости. Я не доверяю ему, он может причинить вам вред, чтобы добиться собственного освобождения.

– Он ничего мне не сделает! – Придя в бешеную ярость, Кэтрин старалась освободиться из железных пальцев. – Я его дочь! Не судите обо всех по собственной семье, милорд!

– Стойте здесь, или я уведу вас из этой камеры, мадам. – Девлин не шевельнулся, его лицо осталось холодным и неподвижным. – Решение за вами.

По его безапелляционному тону Кэтрин поняла, что сопротивляться бесполезно. Дернув головой в знак согласия, она вывернулась из его руки и снова обернулась к отцу. Несколько мгновений она молча, широко раскрытыми глазами смотрела на тяжелые металлические цепи, сковывавшие его кисти и лодыжки. Свет факела падал на спутанную бороду, на рассыпавшиеся по плечам сальные волосы и на грязную, изношенную одежду. Жалость боролась в Кэт с отвращением к этому неопрятному созданию, которое было ее отцом.

– Отец… как вы? – наконец спросила она. – С нами плохо обращаются?

– По мнению норманнов, это великолепное обращение! – злобно воскликнул Уолтер, с ненавистью глядя на высокого норманна, стоящего рядом с его дочерью. – Кэтрин, я думал, у тебя хватит разума выбрать себе лучшую, чем эта, компанию. Почему ты так запросто разговариваешь с этим нормандским лордом?

Подбирая ответ, Кэтрин пристально вглядывалась в изможденное лицо узника. Он покинул дом нежным, ласково шутившим отцом, который трепал ее за подбородок и называл своей очаровательной крошкой, а сейчас его черты носили печать безжалостной, всепоглощающей ненависти, которая граничила с безумием.

– Норманны пришли в Челтенхем, отец, – медленно произнесла она. – Этот лорд по приказу Вильгельма пришел захватить наш дом, и я, как часть трофеев, по указу короля отдана в его распоряжение.

Взгляд ее отца метнулся к мужчине, небрежно прислонившемуся к сырой стене. Уолтер хорошо знал этого свирепого нормандского лорда и делал все, что мог, чтобы избежать хоть малейшей стычки с ним, – а теперь этот человек здесь с его дочерью!