Она нечаянно нагрянет - Казакова Татьяна Алексеевна - Страница 44

– Вот что, давай поменяемся. Я сам сяду за руль.

К великой Димкиной радости Мак сменил его за рулем. Машину, в которой находились Валя и Степан, они потеряли из виду, но подъехав к больнице, обнаружили ее там. Макс прошел в приемный покой, где на каталках лежали Валя и Степан. Зинаида стала бегать вокруг них и тихо причитать. Наконец, подошел врач, Макс сразу же стал совать ему деньги.

– Да что вы, в самом деле? Уберите деньги. Это не мне надо платить – вы же в платное отделение оформляете? Вот туда и платите.

Но Макс все-таки уговорил его взять деньги. Пострадавших осмотрели, оформили и увезли. Сопровождающим разрешили пройти за ними. Подошел еще врач из ожогового отделения, отдал распоряжения, куда их поместить, потом вошел в палату к Валентине. Через некоторое время он показался в дверях и распорядился пригласить гинеколога. Макс удивился – при чем здесь гинеколог.

Зинка с сочувствием смотрела на Макса. Тот неважно выглядел – бледный, глаза ввалились, морщится, видимо, от боли. А вообще ничего американец, свой парень, можно сказать, геройский. Не сравнить, конечно, со Степаном, тот ваще… Что это он про фиксу говорил? Убрать…Вот еще! С какой стати?… А если убрать, что поставить-то? Надо еще брательнику позвонить, предупредить его, что у него переночует. На работу тоже надо позвонить. Она стала шарить в кармане, нащупывая телефон, чертыхнулась, забыв, что его нет, но тут из палаты вышли врачи, Макс подскочил.

– Ну что?!

– Не так все страшно, небольшие ожоги, но надышалась дыма, легкие проверим, может, аппарат подключим. Конечно, у нее гемотомы по всему телу, видимо, ее избили, но все обошлось. Вот Елена Сергеевна говорит, что угрозы выкидыша нет, так что ребенок не пострадал. – Женщина подтвердила и заспешила к себе, – теперь осмотрим вашего героя. – С этими словами он направился по коридору, Зинка мигом подскочила и засеменила за ним.

– Били…ребенок? – Бормотал Макс, не понимая и думая, что они что-то напутали, там, наверное, еще женщина лежит. Он заглянул в палату. Рядом с Валентиной была медсестра, она накладывала повязки и бросила через плечо, больше больных в палате не было.

– Подойдите, поможете ее немного приподнять.

Макс наклонился над Валей. Она смотрела как-то жалко, он осторожно поцеловал ее, потом помог медсестре.

– Сейчас обезболивающее сделаю и успокоительное. Она заснет, а вы приходите завтра. – Она достала шприц, Макс отвернулся. – Все, отдыхайте. – Медсестра забрала бинты и вышла.

– Валечка, как же так получилось? – Макс присел рядом.

– Аня, – прошептала она.

– Не волнуйся, она с отцом и Милой, у них все в порядке.

– Спасибо… Макс, а мама? Она жива?

Макс вспомнил женщину, что вынес Степан. Она лежала на снегу без движения, врачи только развели руками.

– Нет, ее не успели спасти.

– Это я виновата, – по щекам потекли слезы.

– Ну что ты такое говоришь?

– Да, я.

– Валя, кто тебя избил?

– Это Митька… брат… Он гад и сволочь, он хотел тебя убить.

– Не плачь, тебе нельзя волноваться…Постой, о чем это врач толковал? Нет угрозы выкидыша…

– Я беременна.

Макс растерянно молчал, потом спросил.

– Валя, почему ты мне не сказала?

– Не успела… Ты не рад?

– Нет, нет, конечно, рад. Это замечательно… Представляю, как обрадуются папа и Мила. Ты поправишься, и мы сразу поженимся. Ты согласна стать моей женой?

Валя счастливо кивнула.

– Я люблю тебя… Очень, очень. – Он гладил ее по голове и утешал, как маленькую, пока она не закрыла глаза.

Макс посидел еще немного и, убедившись, что она заснула, вышел из палаты. Выяснив, где находится Степан, он зашел туда. У того были забинтованы голова и руки, рядом сидела Зинаида. Она приложила палец к губам.

– Ну, как он? – Спросил тихо Макс.

– Вкололи обезболивающее, вроде заснул.

– Пойдем, тут пока нечего делать.

Они вышли в коридор.

– Зина, я даже не успел сказать тебе спасибо. Если бы не ты и не этот парень…

– Да ладно. Скажите, как там Валюха?

– Мы вроде на ты были.

– Да это я так, в запарке на ты перешла.

– Давай так и останемся, хорошо? А Валя сейчас спит, у нее небольшие ожоги, но надышалась дыму… А с ребенком все хорошо, врач сказал, что угрозы нет.

– Ой, ты знаешь? Я ей говорила, скажи, а она все боялась. Здорово!

– А теперь, пойдем и мы к врачу, вон у тебя волдыри на руках, надо обработать.

– И у тебя волдыри не меньше.

Выйдя из больницы, Макс вспомнил, что его ждет водитель. Димка спал в машине.

Макс постучал по стеклу, Димка протер глаза и открыл машину.

– Вот что, Зина, я поеду к себе на квартиру здесь в Москве, а Дмитрий тебя отвезет в Озерное.

Зинка растерялась.

– Даже и не знаю, как быть. Степана оставлять не хочется, но с работой тоже надо как-то уладить, да и с тетей Дусей что-то решить.

– Черт! Как же я мог позабыть про нее? Тогда поедем ко мне, переночуем, а завтра пораньше заедем в больницу, а потом в Озерное… Мне надо с Самохиным встретиться и в больницу сходить… там в морге мать Вали. Надо похоронить. Зина, кроме тебя просить мне некого. Я дам денег, сколько надо, а ты все организуешь, хорошо? В общем, садись, поговорим по дороге.

В больнице они пробыли почти весь день. У Вали ожоги были легкие, но общее состояние подавленное – она продолжала винить себя в смерти матери. Макс, как мог ее утешал и пытался накормить, но она упорно отказывалась от еды, плакала, вспоминала бабушку. Только, когда Макс пообещал ее найти, она немного успокоилась. Он навестил Степана, от которого не отходила Зинаида. У него дела были похуже, сильные ожоги на руках, лицо потемнело. Макс говорил с врачами, совал деньги, спрашивал, какие нужны препараты. Тут же звонил знакомым и просил купить. Наконец, с трудом оторвал плачущую Зинаиду от Степана, посадил в машину к ожидавшему Димке, и распорядился отвезти их в Озерное.

Домой Макс приехал поздно, все спали, но через минуту показалась встревоженная Мила.

– Максик! Наконец-то! Ой! На кого ты похож? Ты что, заболел?

– Подожди, Мила, дай раздеться. Держи, это чизбургер, по дороге купил. А это Анечке.

– Ну пойдем, расскажи уже, что там случилось.

– Может завтра.

– Ты хочешь, чтобы я умерла от инфаркта?

– Все, пойдем на кухню, там поговорим.

Мила села напротив него и тут только увидела обожженные руки.

– Ой! Что это?

– Это ожоги. Мила, принеси виски.

– Ой, боже мой, еще и ожоги, мало нам цурес (неприятностей) так еще и ожоги, – так бормоча, она вышла в гостиную и вернулась с бутылкой. – Знаешь, что, налей мне тоже этой гадости.

– Подожди, здесь коньяк есть.

Они налили каждый себе и выпили.

– Милочка, начну с хорошей новости. У нас с Валей будет ребенок.

– Ой! – Всплеснула руками Мила. – Ой, как хорошо! Вот Лева обрадуется! Макс, но прежде надо пожениться, ребенок должен родиться в браке. А где же Валя?

– Ну, теперь я расскажу другие новости, ты только меня не перебивай.

Мила охала и ахала, слушая Макса, а потом сказала, что надо срочно перебираться в Москву.

– Вале надо хорошо питаться, я буду ей готовить, и потом, она захочет повидаться с дочкой. Макс, это такая необыкновенная девочка! Представляю, какой у вас родиться ребеночек. Ой! Интересно, кто будет, мальчик или девочка? Левка умрет от радости!

– Как же хорошо, что ты приехала, Милочка! Все, пойду спать, завтра дел много.

Макс ушел рано утром, Мила встала, хотела приготовить завтрак, но он не стал ничего есть, только выпил кофе и поехал в Управление к Самохину. Тот был на месте и заметно волновался. Он сообщил, что вчера захватили Дмитрия Трофимова, Лебедева и еще несколько бритоголовых.

– Трофимов – это брат Вали? – Уточнил Макс.

– Да, он был у них за главного. Отпетый негодяй. Когда Лебедев предлагал ему продать дом, Трофимов сразу заподозрил его в махинациях. Тот предлагал за дома вдвое меньшую сумму, Дмитрий за молчание просил себе половину, а самое главное, потребовал деньги за квартиры, которые предназначались для погорельцев. Квартиры Лебедев продал, а люди и не думали жаловаться, там старики в основном. Кого-то дети забрали, а кто-то в дом престарелых перебрался. Лебедев и Трофимов собирались скрыться за границей, у них были готовы поддельные паспорта. Задержали их в аэропорту. Вот так… Да, машина ваша заминирована была, хорошо, что во время предупредили… Я знаю, что виноват, не проследил… Но все возмещу, вот с проданными квартирами сложнее будет, но ничего, что-нибудь придумаем…Вчера в Грибках сгорел дом Трофимовых, подозревают, что поджог сам он.