Сказки лесной поляны, или Жизнь и приключения зайца Прошки - Завальнюк Леонид - Страница 8

Что это значит? Да как сказать, что это значит. Загадка - она и есть загадка. Угадайте сами.

14. ЗАЯЦ ПРОШКА И ЛОСЬ

Как-то зимой прилетела ворона из дальнего леса и стала кружить над поляной.

- Скорей! Скорей! - кричит, - Идите скорей за мной. Там такое смешное!... Вы все хохотать будете до упаду. И даже не знаю, не заболят ли у вас животы от смеха.

Зимой в лесу скучновато. А тут на смешное зовут. Как не пойти? Разбудил Прошка бобра, ежа, крота, крикнул белок. Собрались все, пошли за вороной.

Пришли он к маленькому озеру лесному. А там... А там лось лежит на льду, на самой середине.

- Ну, где оно, твоё смешное? - говорят звери.

- Да вот же, вот! Видите, лось в каком дурацком положении. Упал на льду, а встать не может. Когда он просто лежит, в этом, конечно, смешного мало. А вот, когда он встать пытается!...

И тут как раз лось попробовал встать. Обопрётся задними ногами на лёд, а они скользят. Обопрётся передними, а они скользят ещё больше.

- Ха-ха-ха! - говорит ворона. - Что же вы не смеётесь?

- А ты подумай сама! - говорит Прошка. И закричал: - Эй, лось, не утомляйся попусту, лежи смирно, мы тебе поможем.

- Да как же вы поможете? - говорит лось. - Во мне весу почти пол тонны... Я, даже если встану, всё равно до берега не дойду, упаду опять. Скользко очень.

- А мы придумаем так, чтобы скользко не было, - говорит Прошка, а сам идёт к лосю.

И все остальные звери двинулись за ним. Стали он на льду вокруг лося, чешут затылки, вздыхают.

Лось говорит:

- Я от вас одной помощи жду. Принесите мне какой-нибудь травы, сена охапку. Может, поем, сил наберусь да и сам как-нибудь... Только смотрите, чтобы трава совсем сухая была. А то по такому морозу она, мокрая, сразу же ко льду примёрзнет.

- Как? Как ты говоришь? - насторожился Прошка.

- Я говорю, примёрзнет мокрое сено ко льду, я его и не отдеру, хотя зубы у меня очень крепкие.

- Ага!.. Ну да!.. Примёрзнет, значит? - говорит Прошка, а сам на бобра смотрит.

- Известное дело, примёрзнет, - пожал бобёр плечами. - А как же иначе? Мороз!..

И ёж говорит:

- Примёрзнет!

- Ну так и пускай примёрзает! Только не сено, а палка какая-нибудь, сказал Прошка. - А лучше - две палки! Ну-ка, белки, бобёр, за мной!

Побежали звери по лесу. Нашли палки под снегом. Толстые, крепкие.

- И что ж мы этими палками бить-погонять его будем? - говорит бобёр.

- Почему бить? Спасать! - говорит Прошка. - Пойди, бобёр, намочи их как следует, чтоб прямо вода с них текла. Вон там полынья. Видишь, пар идёт...

Короче, намочили они палки, принесли на лёд. Одну положили под задние ноги лося, а другую - под передние. Пять минут не прошло - примёрзли палки. Да так крепко, что трактором их не оторвёшь.

- Ну, теперь ставай, - говорит Прошка. - Только осторожно.

А лось давно уже понял, что к чему. Упёрся он задними ногами в одну примёрзшую палку, задними - в другую да поднялся, стал потихоньку.

Все звери закричал, зашумели: радость-то какая! А лось говорит:

- Всё равно упаду...

- Не упадёшь, - говорит Прошка. - Только ты не пытайся идти. Стой смирно и прямо, а мы тебя по скользкому льду к берегу отвезём. Мы сзади толкать все станем, та, как на коньках, и поедешь.

Так получилось. Все звери налегли. И ворона помогала. Доехал лось до берега потихоньку, выскочил на берег и сам себе не верит:

- от это да! - говорит, а сам к большому дереву прислоняется. - Устал я, умаялся. Даже как следует поблагодарить вас нету сил. Так что, спасибо, друзья. И извините меня, я сейчас посплю маленько.

- Конечно, - говорит Прошка. - Да ты ложись, не стесняйся.

- Нет, ложиться мне нельзя. У нас, у лосей, ноги так устроены, что нам лучше не ложиться. Вставать очень трудно. Я и летом так сплю, к дереву прислонясь, - сказал, и закрыл глаза, задышал ровно, сильно. Заснул бедняга.

Ёж говорит:

- Вот теперь и посмеяться можно бы. Да жаль лося будить. Верно, ворона?

А ворона только каркнула на это что-то сердитое и отвернулась.

- Вам бы только издеваться надо мной! - говорит. - Вот вы лосю помогли, а если бы не я? Да вы бы так и не знали, что с ним случилось! Надоело! Все добрые, все хорошие, только у меня одни недостатки!

- Ну ладно, ладно тебе! - сказал Прошка. - Так ли, этак, а без тебя мы бы действительно не могли лосю помощь оказать. А теперь перестань дуться и догоняй. Эй, догоняй, ворона!

Тут разбежался Прошка по берегу, вскочил на лёд и поехал, заскользил по нему, как на коньках.

15. КАК ЗАЯЦ ПРОШКА С БОБРОМ ЦЕЛОВАЛСЯ

Много всяких газет, книжек по лесу разбросано. Теряют люди. А тут попался зайцу Прошке журнал. Толстый такой, красивый. Смотрел он, смотрел картинки - да и уснул невзначай.

Уснул он крепко, и приснилось ему, что он по городу гуляет. Шум, гам, машины гудят. Дома какие-то диковинные, один на другой совсем не похожи. А людей вовсе не. Одни зайцы в костюмах по улицам ходят. Оглядел он сам себя. Ну потеха! И он в костюме. Синий такой костюм, в полосочку. И портфель у него под мышкой.

- Ну и ну! - удивился Прошка. - Где это я?

А портфель вдруг говорит:

- Не беспокойся, Прошка. Ты в Париже. Иди себе потихоньку, а я тебе рассказывать буду. Вот это справа - знаменитый храм. Собор. Нотр-Дам называется. Вон там - Вандомская колонна. А это, видишь, высокое, вроде квадратной корзины из толстой проволоки. Это, брат, Эйфелева башня. А это...

Ходил Прошка, ходил. Устал, проголодался. Вдруг сама собой откуда-то морковка взялась. Сидит он за столиком в кафе "Ротонда", ест не спеша. А портфель говорит:

- Ну что, хорошо тебе здесь? Хотел бы жить в таком городе?

- Очень даже хорошо, - говорит Прошка. - Только тоскливо как-то одному. Мне бы сюда ещё лягушку, подружку мою...

- Ну если тоскливо, поехали дальше! - Тут щёлкнул портфель своими медными замками, и в один момент Прошка совсем уже невесть где очутился. Дома огромные, высоченные. На каждом окон по тысяче, а может, и больше. И тоже людей нет. Одни зайцы туда-сюда снуют. Притом некоторые до того чёрные, что Прошка даже портфель уронил от удивления. А портфель сам ему под мышку - прыг да и говорит:

- Не удивляйся, Прошка. Чёрные - это африканцы. Негры, иначе говоря. А находимся мы в самом большом городе Америки, в Нью-Йорке. В данном случае мы по Уолл-стриту идём, а вон там, не видать отсюда, Пятая авеню. Там одни миллионеры живут. А вот, видишь, на возвышении каменная женщина стоит и в руке у неё что-то вроде малярной кисти? Это знаменитая статуя Свободы. Так что ты тоже чувствуй себя свободно и, главное, улыбайся. Потому что здесь все улыбаются, здесь порядок такой.

Посмотрел Прошка по сторонам - действительно, все улыбаются.

- Может, они больные? - говорит.

- Нет, - говорит портфель. - Это они для хорошего настроения. Чем больше ты улыбаешься, тем лучше у тебя настроение. Так что ты давай, старайся, а то кислый ты какой-то. Совсем на американца не похож.

Стал Прошка улыбаться. Ходят они с портфелем по Нью-Йорку, ходят...

- А вот могучая река Гудзон! - говорит портфель. - Смотри, какая вода в нём, довольно чистая! Нравится тебе?

- Очень нравится, - говорит Прошка. - Только что-то я улыбаюсь, улыбаюсь, а настроение лучше не становится.

- Ну не становится, так сейчас станет!

Тут опять портфель щёлкнул своими замками, и очутился Прошка в Венеции.

- Смотри, - говорит портфель, - город на воде. Здесь вместо улиц каналы, а вместо машин - гондолы, лодки такие. Вот мы сейчас дадим денег гондольеру, а он нас на своей гондоле по всему городу провезёт. Да ещё и песню споёт, по-здешнему баркаролла называется. Смотри, этот дворец какой! А этот! Да перестань ты улыбаться, мы уже не в Америке. Оглядись лучше по сторонам как следует. Если по душе те прекрасный город Венеция, будешь здесь всю жизнь жить. Лучшего места не найти! Согласен?