Земля, до восстребования - Воробьев Евгений Захарович - Страница 54

- День наступил, и мы обнажили меч.

- Своим мечом вы спешите отрубить каждый палец, указывающий на зло, на ложь. Стыдно за таких итальянцев!

- Может, ты стесняешься называть себя итальянкой? - ухмыльнулся Тоскано. - А меня дуче научил гордиться тем, что я итальянец!

- А заодно - отучил молиться... Болтаете о защите церкви от красных, а сами... Где же ваша любовь к ближнему? Забыли католическую веру. Сама слышала, прелат говорил об этом в воскресной проповеди. - Джаннина нахмурилась, но морщинки тут же исчезли, не оставив следа на чистом лбу.

- Хорошо, что новые друзья не запретили тебе ходить в церковь.

- Мои друзья хотя бы не говорят гадостей о церкви, как фашисты...

- Многие верующие идут с нами.

- Бесчестная игра, - снова тень мимолетно коснулась ее лба.

- Сама церковь всегда так поступала.

- А Иисус Христос?

- Если о нем все время думать... - рассмеялся Тоскано.

- Что тогда?

- Не те времена! Время распинать других, чтобы не оказаться распятым самому.

- Дуче все время призывает вас хвататься за оружие...

- Да, "суперардити" - смелые ребята!

- Все зависит от того, как человек употребляет свою силу воли и свою смелость - на добро или во зло. Каждый человек обладает способностью совершенствоваться, а может, и развращаться. Ты болтаешь о церкви, а когда последний раз был на исповеди?

- Не помню.

- Потому что совесть нечиста. А я исповедуюсь каждый месяц и, ты знаешь, еще никогда не солгала. Ходить на исповедь и врать - все равно что воровать в церкви свечи. А если ты рассчитываешь на мое благословение или на то, что я буду молиться за твоих "суперардити" и за тебя...

- Я не выпрашиваю у тебя благословения. Но знай, если бы ты не была Джанниной, тебе бы не поздоровилось. Тебя бы заставили прикусить язык!

Джаннина решительно встала, направилась к двери и раскрыла ее настежь:

- Воздуху и дуракам дорога открыта!

Тоскано понял, что в запальчивости наговорил лишнего, но извиняться не стал.

Он вышел молча, понурив голову, однако не забыв перед тем поправить прическу.

46

ЗАКЛЮЧЕНИЕ No 88

Следственная комиссия при Особом трибунале по защите фашизма, состоящая из лиц, облеченных доверием короля и дуче, вынесла заключение против следующих лиц:

1. Конрад Кертнер, коммерсант, австриец, арестован 12 декабря 1936 года.

2. Паскуале Эспозито, мастер сборочного цеха завода "Капрони" в Турине, арестован 29 ноября 1936 года.

3. Атэо Баронтини, второй помощник капитана парохода "Патрия", арестован 12 декабря 1936 года.

4. Делио Лионелло, инструктор на аэродроме Чинизелло, арестован 12 декабря 1936 года.

(Следует еще шесть человек, арестованных одновременно с Кертнером, из числа которых трое ему вообще незнакомы, никакого отношения к нему не имеют и привлечены к делу по ошибке).

Прочитав материалы и обвинительный акт, в котором Верховный прокурор требует у комиссии предания суду (следует семь фамилий) и оправдания (следует три фамилии), комиссия констатирует  д е- ю р е  и  д е- ф а к т о.

В 1934 году иностранец, национальность и имя которого точно не выяснены, приехал в Италию, поселился в Милане, поддерживая связь с представителями деловых кругов, и стал заниматься военным шпионажем во вред фашистскому режиму и государству. Называет он себя австрийцем Конрадом Кертнером, но уроженцем какой страны является, точно установить не удалось. Предпринятое по этому поводу расследование позволяет считать, что данные им о себе сведения неверны и что конфискованные у него документы, согласно которым он родился в Австрии (община Галабрунн), подделаны. Расследование по этому поводу продолжается.

Установлено, что в течение долгого времени Конрад Кертнер развивал деятельность во вред фашистской Италии и ее верному союзнику Германии, в пользу Советской России. Почти все обвиняемые, имевшие с ним непосредственный контакт, полагают, что он - русский, хотя является совладельцем фирмы в Милане.

Сам Конрад Кертнер отрицает, что он занимался шпионажем, но в то же время не пожелал дать никаких объяснений по поводу многочисленных документов секретного характера, преимущественно германских, а также итальянских. Документы конфискованы у него в момент ареста, а также обнаружены при обыске в конторе и дома. Конрад Кертнер отрицает, что знает других обвиняемых, имевших с ним преступные связи и доставлявших ему различные секретные документы. Исключением является Делио Лионелло, у которого Кертнер брал уроки летного мастерства.

Преступная деятельность Кертнера была обширна, он протянул свои щупальца также на Турин, Геную, Болонью, Брешию и Специю. Ему удалось привлечь ценных специалистов и опытных техников, которые состояли на службе в промышленных предприятиях, снабжающих итальянские и германские вооруженные силы.

Патриотизм и честность одного итальянца, а также усердие наших органов тайной полиции привели к тому, что осенью 1936 года лица, участвующие в этих преступных событиях, были взяты под надзор и вскоре попали в руки правосудия.

В конце августа 1936 года Джакомо Кампеджи, работавший прежде в фирме "Анджело Белони" в Специи и командированный в один из портов, в фирму "Кантиери Навали Този", чтобы руководить установкой цистерн Белони для подводных лодок, строящихся для итальянского и германского флота, будучи уволен со службы, приехал в Специю, чтобы получить окончательный расчет. Он встретился со своим старым знакомым Атэо Баронтини и в разговоре с ним выразил беспокойство по поводу своего будущего: он приобретал вскоре право на пенсионное вознаграждение, но перерывы в стаже, вызванные участием в забастовках, осложняли положительное решение вопроса фирмой "Анджело Белони". Баронтини обещал содействие своих влиятельных родственников в урегулировании этого вопроса при условии, если Кампеджи согласится оказать некоторые услуги одному лицу, лишившемуся родины после прихода Гитлера к власти. Это лицо интересовалось планами и чертежами подводных лодок, в частности германских подводных лодок, плавающих в Средиземном море или находящихся на перевооружении; речь шла о некоторых новых приборах на этих судах. Кампеджи притворился, что принимает предложение Баронтини, и обещал достать просимое. Не возвращаясь в порт, где он работал, Кампеджи отправился в Рим и донес обо всем в морское министерство. Там он получил сверток чертежей, которые касались расположения батарей и моторов для электрической тяги подводных лодок. Эти чертежи Кампеджи должен был передать Баронтини для доказательства виновности того, а затем выяснить, кто его руководители и пособники. Кампеджи действительно отправился в Специю и передал Баронтини чертежи, попросив в виде поощрительной премии и в уплату всех транспортных расходов 1000 лир. Но с поличным поймать Баронтини не удалось, и карабинеры, которые издали наблюдали за этой встречей и которым было поручено в удобный момент арестовать Баронтини с поличным, не могли выполнить своего замысла в связи с тем, что Баронтини в последнюю минуту переменил место встречи и обезопасил себя от свидетелей. Найти у Баронтини сверток с чертежами также не удалось, но зато была установлена его связь с Паскуале Эспозито на борту парохода "Патриа". Во время тщательного обыска в одном из трюмов были обнаружены упомянутые выше документы.

Паскуале Эспозито на допросах отрицал получение этих материалов от Баронтини, но выяснилось, что он действовал по поручению одного человека, которого знал как австрийца и который имел связи с иностранными торговыми сотрудниками. При содействии Паскуале этот человек, назвавшийся Конрадом Кертнером, австрийский гражданин, был арестован 12 декабря прошлого года одновременно с группой лиц, подозреваемых в сотрудничестве с ним. Арест произошел в тот момент, когда Кертнер получил от Паскуале Эспозито пакет с документами. Их встреча состоялась в Милане, в траттории, сданной в аренду фирмой "Мотта" ресторатору Доменико Джакометти. Встреча была назначена заранее, а в пакете находились чертежи, которые Кампеджи получил в военно-морском министерстве. Свой патриотический долг Паскуале Эспозито выполнил после своего возвращения из последнего рейса в Испанию на пароходе "Патриа", где вторым помощником капитана служил Атэо Баронтини.