Второе правило волшебника, или Камень Слёз - Гудкайнд Терри - Страница 183

– А я-то думал, что мы здесь – одна большая, счастливая семья, – съехидничал Ричард.

– Между волшебниками существуют свои негласные отношения, – ответила Паша. – Самые могущественные борются за первенство. Иногда эта борьба становится очень опасной. Джедидия считается гордостью Дворца. Ему не по душе одна даже мысль об угрозе его превосходству.

– Едва ли я могу представлять угрозу для волшебника.

– Джедидия не убил ни одного мрисвиза, и об этом все знают.

Ричард, чувствовавший себя несколько неудобно в выбранном Пашей красном плаще, пытался найти утешение в чечевичной каше, которую приготовили специально для него. Паша надела роскошное темно-зеленое платье, которое скорее обнажало, чем прикрывало ее тело. Ричард подумал, что ее грудь открыта более, чем позволяет стыдливость. Молодые люди, приглашенные сестрами или своими наставницами-послушницами, ели мало, но постоянно смотрели на женщин. Никто из них не оставил без внимания Пашу.

Многие подходили к ним, представлялись Ричарду, говорили, что хотят с ним познакомиться, и обещали показать ему наиболее интересные места в городе. При этих словах Паша краснела. Ричард спросил кого-то, знает ли он, где воины покупают пиво, и новый знакомец пообещал проводить его туда, когда он захочет.

К нему подходили и сестры – молодые и пожилые, хорошенькие и не очень. Все они вели себя так, словно вчера ничего не случилось. Когда Ричард спросил Пашу, она ответила, что сестры Света понимают трудности молодых людей, которые попадают в незнакомую обстановку. Одни сестры улыбались и говорили, что им было бы приятно с ним работать. Другие строго заявляли, что не потерпят с его стороны никакого нерадения. Он, в свою очередь, обещал, что и сам не даст никому повода упрекнуть его, удивляясь собственным речам.

Уже в самом конце ужина прибежали две хорошенькие девушки, одна в розовом атласном платье, другая – в желтом. Они переходили от столика к столику и нашептывали что-то молодым людям. Наконец обе остановились у столика, где сидели Ричард с Пашей. Одна из них наклонилась к Паше.

– Ты слышала? Джедидия свалился с лестницы! – Глаза ее так и блестели. – И, представляешь, ногу сломал!

Паша охнула:

– Не может быть! Мы ж только что его видели.

Девушка захихикала:

– В том-то и дело. Это произошло всего несколько минут назад! С ним сейчас работают целительницы.

– Но как это случилось?

Девушка пожала плечами:

– Обычная неловкость. Споткнулся на ковре и грохнулся. – Она понизила голос. – Говорят, он от ярости испепелил ковер.

– Волшебным огнем?! Во Дворце? – изумилась Паша. – Но это же преступление…

– Нет-нет, не волшебным, конечно, глупенькая. Даже Джедидия не настолько нагл. Огонь был обыкновенный. Но это же – один из самых старинных ковров во Дворце! Сестры очень недовольны подобной несдержанностью. Они сделали так, чтобы у него все прошло только к утру. В наказание.

Пересказав свежую сплетню, девушки обратили внимание на Ричарда. Паша представила их как своих подруг, Селию и Дульчи. Послушниц, которые также имели учеников. Ричард разговаривал с ними весьма любезно и даже похвалил их туалеты и прически. Обе заулыбались.

Когда они наконец ушли, Паша взяла его за руку и поблагодарила.

– За что? – удивился он.

– До сих пор мне еще не позволяли ужинать вместе с сестрами и с послушницами, у которых есть ученики. Это – в первый раз. Ты был так любезен со всеми! Я страшно рада, что мы здесь сегодня вместе. И ты такой красивый в этом наряде.

– К такому платью ты могла бы подобрать и более высокородного спутника, – заметил Ричард, расстегивая кружевной ворот. – Но я никогда не носил таких нарядов. По-моему, на мне все это смотрится как-то нелепо.

Паша довольно улыбнулась:

– Можешь не сомневаться, что Селия и Дульчи отнюдь не считают, что у тебя нелепый вид. Удивительно, что ты не заметил, как блестели их глаза. Мне даже показалось, что им захотелось сесть к тебе на колени.

Ричард подумал, что, если этим девчонкам так нравятся красные плащи, он может подарить им свой, но предпочел не высказывать столь крамольную мысль.

– А почему видные волшебники вроде Джедидии, – спросил он, – не носят подобных нарядов?

– Их носят только новички, и только они имеют право свободно выходить в город. Чем больших успехов добивается ученик в магии, тем скромнее он должен одеваться. Вот почему Джедидия, который почти что выпускник, носит простой коричневый балахон.

– В чем же смысл столь странного правила?

– В том, чтобы учиться скромности. Красивые наряды, большие деньги, большая свобода – для тех, у кого меньше могущества. Все эти вещи сами по себе не заслуживают уважения. Молодые люди должны понять, что главное – их дар, а не внешние соблазны.

– Тогда для меня эти наряды – вроде понижения. Я уже и так одевался скромно.

– Тебе еще не положены скромные одежды. Иногда, если пожелаешь, ты можешь носить свою старую одежду. Но только не балахон! Горожане всегда определяют силу и возможности волшебников по их одежде. Волшебникам в простой одежде не дозволено появляться в городе. – Она улыбнулась. – Когда-нибудь, когда ты достигнешь больших успехов, тебе позволят носить балахон, как настоящему волшебнику.

– Мне больше по душе моя собственная одежда, – огрызнулся Ричард.

– Когда с тебя снимут ошейник и ты уйдешь из Дворца, ты сможешь и одеваться, как пожелаешь. Но большинство предпочитают одеяния, присущие их занятию, и носят их всю жизнь.

Ричард решил сменить тему.

– Я хочу увидеться с Уорреном. Скажи мне, как его найти?

– Сейчас? На ночь глядя? – удивилась Паша. – Ричард, сегодня был долгий день, а я еще должна дать тебе первый урок.

– Скажи, как спуститься вниз. Смогу ли я найти там в столь поздний час Уоррена?

– Труднее сказать, бывает ли он в других местах. Он, кажется, и спит среди книг. Удивительно, что он сегодня поднялся наверх. Об этом будут сплетничать еще неделю.

– Я не хочу, чтобы он думал, будто я забыл о нем, – пояснил Ричард. – Как мне туда пройти?

– Ну хорошо, – сдалась Паша. – Пойдем, раз уж ты так настаиваешь. Я должна повсюду сопровождать тебя. Пока, разумеется.

Глава 54

Паша и Ричард спускались по черной лестнице в скрипториум. Не в пример парадной дворцовой лестнице эта была самая обычная, очень древняя, местами нуждавшаяся в починке. В отличие от верхних покоев здесь нигде не было видно прислуги.

Стены из грубого камня. Вместо масляных ламп – чадящие факелы. И мертвая тишина.

Кое-где сквозь камень сочилась вода.

– Что хранится в этих подвалах? – спросил Ричард.

– Книги пророчеств, а еще – исторические хроники и дворцовые документы, – ответила Паша.

– Но почему здесь?

– Для людей неподготовленных пророчества опасны. Общий обзор пророчеств изучают все послушницы, но лишь некоторым сестрам дозволено читать и изучать их. Эти сестры обучают волшебников, которые проявляют способности к работе с пророческими книгами. Здесь работают несколько молодых людей, и среди них Уоррен – то же, что Джедидия среди остальных. У каждого волшебника – свой дар. Так и у тебя. Мы должны раскрыть твой дар, должны понять, какая область магии – твоя. Иначе трудно будет обучить тебя как следует.

– Сестра Верна мне об этом немного рассказывала. Так к чему же у меня, по-твоему, склонности?

– Обычно мы выясняем это, изучая личность ученика. Одни любят работать руками. Такие создают потом всякие разные волшебные вещи. Другим нравится помогать больным и раненым. Из таких как раз вырастают целители.

– Ая?

– Знаешь, мы никогда еще не видели таких, как ты, – призналась Паша, и лицо ее стало серьезным. Впрочем, улыбка вернулась к ней почти мгновенно. – Не расстраивайся, мы обязательно это поймем.

Они дошли до тяжелой каменной двери. За дверью виднелся темный коридор, ведущий в комнаты, вырубленные в скале, которая служила фундаментом всему Дворцу. Лампы едва освещали эти искусственные пещеры. На столах повсюду валялись книги и пергаменты. На стенах были высокие стеллажи. За столами в ближайшей ко входу комнате сидели две женщины и делали при свечах какие-то записи.