Второе правило волшебника, или Камень Слёз - Гудкайнд Терри - Страница 152

Выехав на широкую мощеную улицу, сестра Верна остановила коня и повернулась к Ричарду:

– Здешний народ именует себя маженди. Они населяют эти обширные леса, и страна их имеет форму полумесяца. Чтобы попасть во Дворец, нам придется проехать через их земли. Эти люди поклоняются духам, а черепа, которые мы видели, – память о многочисленных жертвоприношениях. Хотя они исповедуют не настоящую веру, а глупые суеверия, мы бессильны что-либо изменить. Нам надо, чтобы они пропустили нас, а потому тебе придется поступать, как они велят, иначе к той груде костей, что ты видел, добавятся и наши.

Ричард ничего не ответил. Он молча сидел в седле, пока сестра наконец не отвернулась от него. Они поскакали дальше.

Вскоре перед ними открылась еще одна площадь, много больше первой. Здесь собралось не меньше тысячи человек. У всех мужчин в левой мочке висели длинные серьги. Все они были вооружены короткими мечами, все брили головы и не носили шляп.

Посреди площади, на высоком помосте, вокруг толстого столба, спиной к толпе, скрестив ноги, сидели воины. Оттуда и доносилась странная мелодия. Вокруг воинов, лицом к толпе, сидели женщины в черных одеждах.

У столба стояла дородная женщина в пышном черном платье. Увидев Ричарда и сестру Верну, она дернула за шнур. Раздался колокольный звон. Толпа замолчала. В тишине еще громче звучала мелодия флейты. Сестра Верна резко натянула поводья. Ричарду пришлось последовать ее примеру.

– Это – предупреждение, – сказала сестра. – Предупреждение духам о том, что пришельцы могут быть их врагами, и сигнал воинам – тем, кто собрался на площади, что они должны быть готовы выполнить приказ. Таков ритуал, проводимый перед жертвоприношением. Если она позвонит в колокол второй раз, мы умрем.

Воины взяли под уздцы их лошадей. Женщины на помосте встали и начали танцевать под быструю музыку. Ричард демонстративно проверил, легко ли вынимается из ножен меч. Сестра Верна, поглядев на него, тяжело вздохнула и спешилась. Услышав ее раздраженное покашливание, Ричард тоже слез с лошади.

– Земли народа маженди, – заговорила она, следя глазами за пляской женщин в черном, – с двух сторон окружает болотистый край, в котором обитает многочисленное племя дикарей – врагов маженди. Эти дикари никому не позволяют проезжать через их землю и уж тем более не дают проводников. Если мы попадем туда, то, даже избежав встречи с дикарями, очень быстро заблудимся в лесах и болотах. Поэтому единственный путь во Дворец Пророков лежит через страну маженди. – Убедившись, что Ричард слушает ее, сестра продолжала: – Между маженди и этими дикарями идет война. Чтобы они пропустили нас через свою землю, мы должны доказать, что мы – их союзники, а не союзники их врагов. Мы видели черепа врагов, которых они принесли в жертву духам. Чтобы нам позволили проехать, мы должны принять участие в их ритуале жертвоприношения. Маженди верят, что все люди обладают жизненной силой, дарованной духами. Те же, кто наделен даром, могут общаться с духами непосредственно. Поэтому жертвоприношение, осуществленное с помощью того, кто наделен даром, приносит благословение духов всему их народу. Всякий раз, когда мы проводим учеников через их страну, маженди требуют, чтобы мальчики участвовали в жертвоприношениях. Они верят, что волшебники принесут им благословение духов. Кроме того, маженди хотят, чтобы их враги возненавидели волшебников и никогда не прибегали бы к их помощи. Таким образом, по верованиям маженди, они лишают своих врагов связи с миром духов.

Воины на площади как по команде обнажили короткие мечи и положили их на землю, направив остриями в сторону столба, и опустились на колени, склонив бритые головы.

– Женщина, которая звонила в колокол, – сказала сестра Верна, – правительница этого народа, их Королева-Мать. Она связана с миром женских духов и представляет силы плодородия. – Женщины прекратили свой танец, сошли с помоста и, став в один ряд, направились к путникам. – Королева-Мать направляет к нам своих посланниц, чтобы отвести тебя к месту жертвоприношения, – пояснила сестра. – Нам еще повезло: у них есть, кого приносить в жертву. Иногда приходилось ждать несколько недель или даже месяцев, пока они захватят кого-нибудь в плен.

Ричард молчал.

– Тебя отведут в дом, где содержат пленника, – продолжала она. – Там ты должен будешь дать им благословение. Твой отказ будет значить, что в первую очередь надо принести в жертву тебя. Иначе говоря, ты умрешь вместе с пленником. Дать благословение – значит поцеловать ритуальный нож, который тебе вручат. Тебе не придется никого убивать. Поцеловав нож, ты благословишь их от имени духов, и они убьют пленника сами. Но ты должен быть свидетелем жертвоприношения, чтобы духи твоими глазами видели его. – Она понизила голос. – Вера этого народа темна.

Ричард с ненавистью посмотрел на нее.

– Я знаю, тебе это очень не нравится, Ричард. Но благодаря такому обычаю между нами и маженди вот уже три тысячи лет царит мир. Благодаря этому было спасено больше жизней, чем погублено. Эти болотные дикари воюют не только с маженди, но и с нами. Время от времени они совершают опустошительные набеги на земли просвещенных людей Древнего мира и на наш Дворец.

«Ничего удивительного», – подумал Ричард, но промолчал.

Сестра Верна отошла в сторону. Женщины, посланные правительницей, остановились, и две из них вышли вперед. Пожилые, дородные, осанистые, они были с ног до головы закутаны в черное, так что на виду оставались только морщинистые лица и руки. Посланница поклонилась сестре Берне:

– Приветствую тебя, о мудрая женщина. Дозорные еще вчера известили нас о твоем приближении. Мы рады, что ты пришла сейчас, когда мы должны принести жертву в честь начала работы в полях. Мы не ожидали твоего появления, но тем лучше. Теперь мы сможем получить благословение духов.

Женщина в черном внимательно оглядела Ричарда и снова повернулась к сестре Берне:

– Это и есть волшебник? Но он уже не мальчик.

– У нас во Дворце до сих пор не было взрослых учеников, – ответила Верна. – Но он – волшебник, как и все остальные.

Жрица покосилась на Ричарда.

– Однако он не так юн, чтобы давать благословение.

– Но он обладает волшебным даром. – В голосе сестры появилось беспокойство.

Жрица кивнула:

– Это так, но он уже взрослый, а потому другие не должны совершать за него его работу. Он сам должен вручить жертву духам. Такова их воля.

– Ну что ж, – вздохнула сестра Верна, – пусть будет так. Отведи его.

Женщина в черном кивнула и жестом показала Ричарду, чтобы он следовал за нею. Сестра Верна схватила его за рукав. Он ощутил неприятное покалывание под ошейником.

– Ричард, – прошептала она, – не смей размахивать топором. Ты сам не знаешь, что можешь разрушить.

Он посмотрел ей в глаза и, ничего не ответив, пошел за женщиной в черном. Пройдя по грязной улице, они свернули в узкий переулок и дошли до последнего дома. Ричарду пришлось согнуться в три погибели, чтобы войти в низкую дверь.

Пол внутри был устлан узорчатыми коврами, но даже здесь цвета были какими-то темными и тусклыми. Обстановка ограничивалась деревянными ящиками, на которых стояли масляные лампы. У двери в коридор, завешенной таким же линялым ковром, сидели четверо воинов, по два с каждой стороны. На коленях у них лежали короткие копья с наконечниками в виде листьев. Табачный дым поднимался к потолку.

Воины встали и поклонились жрице. Та ответила легким кивком, пропуская Ричарда вперед.

– Это – волшебник, – объявила она. – Он уже взрослый, и потому Королева-Мать решила, что он сам должен принести жертву духам.

Воины склонили головы, приветствуя мудрое решение, и попросили женщину в черном передать Королеве-Матери, что все будет исполнено. Пожелав им удачи, жрица удалилась.

Все четверо тут же заулыбались и принялись похлопывать гостя по спине, а один даже обнял его за плечи.

– Можешь считать, парень, что тебе повезло. Тебе понравится, вот увидишь. – Воин осклабился, и Ричард заметил, что во рту у него не хватает одного зуба. – Сегодня ты станешь мужчиной, если не стал им до сих пор. Вперед!