Убить Змея - Вайнин Валерий - Страница 89

Даша деловито уточнила:

— То есть я как бы встала между Змеей и последним Мангустом, которого она в случае поражения могла бы нейтрализовать уже испытанным способом. Хрен ей в нос!

— Я ей сочувствую, — хихикнул Илья. — Бедная Змея.

— В общем, так, — подытожил Глеб, — быстренько обедаем и составляем план операции, состоящей из двух этапов: переполох в стане врага, затем мой звонок по номеру телефона, указанного в брошюре.

Даша показала ему кукиш:

— Вот тебе звонок!

— Полный кретинизм, — поддержал ее Илья. Отмахнувшись, Глеб устремился на кухню.

— Идите к чертям, я есть хочу! — С этим словами он распахнул холодильник и стал решительно метать продукты на стол.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

МАНГУСТ

Глава первая

Полночи продежурил Глеб у постели Даши. Свет от настольной лампы по-прежнему образовывал на полу круг, но в круге этом на сей раз никакой нечисти не появлялось. Спокойно спящая Даша открыла вдруг глаза и спросила:

— Ты, что ли, мне снишься?

Глеб качнул головой.

— Нет, я в увольнительной.

Даша обдумала это заявление.

— То есть в самоволке, — поправила его она. — Ложись, тебе надо выспаться.

— Успею: мне к четвертому уроку.

— Хватит меня охранять. Мы им так врезали — больше не сунутся.

Глеб взглянул на часы: время перевалило за три с четвертью.

— Пожалуй, — сказал он, выключил лампу и лег. Даша моментально к нему прижалась.

— Не смей от меня отходить дальше, чем вот так.

Глеб вздохнул:

— Молчала бы. Вчерашний твой поход в библиотеку чуть меня в психушку не отправил.

— А Мангустов в психушки принимают?

— У нас свои, специализированные.

Приподнявшись на локте, Даша посмотрела на него блестящими в темноте глазами.

— Прости, любовь моя. Я больше никогда-никогда?.. А здорово я все это раскрутила?

— Умница. — Глеб поцеловал ее в нос. — Прими поклон от всего человечества.

— Ну да… — зевнула Даша, — дождешься от него поклона.

Проспали они до девяти утра. В половину десятого должны были явиться Стас, Илья и Такэру. Оперативное совещание Глеб намеревался провести в течение часа: в пол-одиннадцатого ему надо было отправляться в школу, к четвертому уроку по расписанию.

Ребята пришли без опоздания. Крохотная прихожая Глеба впервые вместила столько народу сразу.

— Шолом! — сказал Илья.

— Шолом! — эхом повторил Такэру. — Какое чудесное утро!

— Ни хрена себе чудесное, — проворчал Стас. — На улице дождь со снегом и… квартирка у тебя, шеф, тоже, прямо скажем…

— Зато шкаф что надо, — ввернул Илья.

— Приятно, что ты оценил, — усмехнулась Даша. Рыжий взглянул на нее недоверчиво.

— Что за дела с этим шкафом? Илья всю дорогу на что-то намекает, намекает…

Глеб толкнул его в сторону кухни.

— Сейчас некогда, потом. В темпе завтракаем, набрасываем план — и я убегаю. Тогда и со шкафом разберетесь.

Стас фыркнул:

— И этот туда же. Прямо любопытно.

От завтрака никто не отказался: яичница с ветчиной, свежие овощи и кофе. Четверо кое-как разместились за столом, а Глеб ел стоя, приспособив тарелку на холодильнике. Намазывая хлеб горчицей, он уточнил:

— Надеюсь, Илья описал вам ситуацию? Можно не повторяться?

— Вопросов нет, — кивнул Такэру, коротко и без улыбки.

— Минутку! — поднял руку рыжий. — Если Змеей оказалась фотомодель — это вообще полный абзац. Она в любой момент может улизнуть в толпе журналистов и поклонников.

Глеб развел руками:

— Риска, разумеется, не избежать. Но Змея не уклонится от битвы с последним Мангустом, если заранее не почует беды. А у нее сейчас, по ее мнению, все очевидные преимущества. Притом еще свой собственный Мангуст.

Стас обвел хмурым взглядом присутствующих.

— А тебя самого это не смущает? — обратился он к Глебу. Глеб покачал головой:

— Ничуть. Не сочти за хвастовство, но… я сделаю эту сладкую парочку со всей их шоблой. Не расползлись бы только. А чтобы подобного позыва у них не возникло, следует поддерживать у них уверенность в победе. Враги наши — опасная сволочь, но вовсе не герои.

— Тогда зачем их пугать? — продолжал допытываться рыжий. — Тут ведь можно и перегнуть палку.

Глеб вновь развел руками:

— Придется балансировать. Пугаем их ровно настолько, чтоб они сбились в кучу, сохраняя уверенность, что в куче их никто не одолеет. Конечно, времени у нас мало: меньше недели. Чуть промедлим, протянем — и что-то обязательно пойдет не так. Поэтому сразу после наших акций я звоню по контактному телефону и говорю им: „Ку-ку!“

— О Господи! — вздохнула Даша.

Глеб приподнял с холодильника чашечку с кофе.

— Твое здоровье, дорогая! В общем, предлагаю следующий план… — И он вкратце изложил то, что они вчера наметили с Ильей и Дашей. Закончив, Глеб деловито прокомментировал сказанное. — Почему я прошу вашей помощи? Пусть они думают, что у меня целая ватага колдунов — не шибко сильных, но зубастых и наглых. Змею это не столь напугает, сколь разозлит. А Мангуста — тем более. И во-вторых, все вы так или иначе уже засвечены: им известно, что вы со мной, но не ясно, в каком качестве. Наши удары, надеюсь, будут для них сюрпризом и до битвы им будет не до вас. А после битвы… все вы забудете об этой нечисти по крайней мере лет на двести — триста. Вопросы есть?

Стас усмехнулся:

— От какой болезни я помру через двести лет?

Глянув на него через плечо, Глеб понес посуду в раковину.

— Ты будешь молод и здоров, как бык, — ответил он. — Еще вопросы?

— Старик, что-то я не въехал, — возмутился вдруг Илья. — Вчера мы говорили одно, а сегодня… Ты опять меня в угол задвинул!

Моя тарелки, Глеб возвел глаза к потолку.

— Брось, Илюшка, — пришла на выручку Даша. — Ты ведь у нас аналитик…

— Ну-ка замолчи! — рявкнул Илья. Даша подняла руки вверх:

— Молчу.

Стас прыснул:

— Полундра, штормяга!

— Очень-очень сердитый, — хихикнул Такэру.

— Старик, — не отступал Илья, — я к тебе обращаюсь! Мы вчера однозначно договорились, что…

— Ну хорошо, хорошо! — простонал Глеб, вытирая руки полотенцем. — Пусть будет, как вчера договорились. Тогда Стас пойдет вместе с Такэру.

— Все! — просиял Илья. — Больше вопросов не имею!

Даша потрепала его за бороду.

— Ой, врешь!

Глеб взглянул на часы:

— Врет, не врет, но мне пора. — Он вышел из кухни. — Даш, своди мужиков искупаться.

Такэру и Стас вылупились на него в недоумении. На лице Ильи появилась улыбка Моны Лизы.

— Ладно, милый. — Даша вышла за Глебом в прихожую. — Только, пожалуйста, не задерживайся.

Глеб чмокнул ее в щеку и ушел.

— Что еще за купание? — не сдержал любопытства рыжий. Даша вздохнула:

— Ну, как тебе сказать… — она подошла к шкафу, — в маленьких квартирках приходится исхитряться.

Стас тоже подошел к шкафу и посмотрел на него с подозрением. Тем временем Илья нетерпеливо подталкивал Такэру в спину. Японец шел, заранее улыбаясь.

Илья хохотнул:

— Интересно, что подумает графиня?

— Что туризм в этом доме приобретает размах, — улыбнулась Даша и распахнула дверцу шкафа. — Господа, прошу не толпиться!

Стас и Такэру синхронно заглянули и — дуэтом издали какой-то странный русско-японский возглас. Илья хохотнул.

— Не надо слов. Аналитики идут первыми, — заявил он и толез в шкаф.

Народ в лице Такэру и Стаса безмолвствовал.

— Долго стоять будем? — осведомилась Даша. — Банзай, мужики!

Переглянувшись, „мужики“ полезли в шкаф. Даша непринужденно вошла вслед за ними.

Примерно в середине последнего по расписанию урока дверь в кабинет французского чуть приоткрылась, но никто не зашел, не заглянул. Восьмиклассники с интересом уставились в образовавшуюся щель. Но Глеб как ни в чем не бывало продолжал вести урок. Тот, кто стоял за дверью, с шумом закрыл ее и вновь приоткрыл. Это был уже очевидный сигнал, не откликнуться на который Глеб счел неразумным.