Убить Змея - Вайнин Валерий - Страница 76

Он вошел в шкаф.

Даша сделала шаг за ним и втянула за руку онемевшую графиню.

— Пойдемте, Наталья Дмитриевна! Не бойтесь!

Они ступили на цветущий луг. Слева, в лучах солнца, зеленел лес, справа журчала река, а впереди, метрах в двухстах, возвышался белый двухэтажный особняк, к которому, собственно, они и направлялись. Даша вела за руку ошарашенную графиню, а Глеб нес ее чемоданчик.

— Значит, ты из-за этого так маялся вчера? — сияя, проговорила Даша.

— Угу, — вздохнул Глеб. — Никак не мог наладить электричество, водопровод и канализацию. Не Земля все-таки.

— Теперь-то все в норме? — обеспокоилась за графиню Даша.

— Обиж-жаешь! — расплылся до ушей Глеб. — Я даже телевизор тут запустил. Думаешь, он через космос принимает?.. Правильно, ни фига подобного. Он просто-напросто подсоединен кабелем к антенне нашего дома, вот и все. Примерно тот же финт я проделал и с телефоном. Теперь, Наталья Дмитриевна, вы можете заходить к нам и звонить. Так же как и мы к вам. Поди плохо?

Графиня словно лишилась голоса. Она озиралась, прислушивалась к звукам, наклонялась к цветам… и лицо ее выражало такой восторг, передать который способна лишь кисть художника.

В особняке Глеб и Даша провели графиню по комнатам, и Глеб показал ей кладовые с припасами, холодильник, ванную и прочее, и прочее. Переходя из помещения в помещение, графиня обрела наконец дар речи.

— Глеб Михайлович, — проговорила она энергично, — вы позволите мне переставить тут мебель?

Глеб просиял.

— Разумеется, Наталья Дмитриевна. Это ваш дом.

Графиня посмотрела на него долгим задумчивым взглядом.

— Только от вас, Глеб Михайлович, могу принять я такой подарок. Но стоит ли повторять, что для меня вы человек-загадка? Ведь никакому чародею подобное не по силам.

Глеб смущенно отмахнулся:

— Да ну… сочетание магии с наукой. Третий уровень.

— Как всё просто! — рассмеялась графиня. — А почему бы вам с Дашенькой тоже здесь не поселиться? Были бы соседями.

— Мы и так соседи, — заметил Глеб. — До завтра, Наталья Дмитриевна. Обживайтесь, осваивайтесь… Если что — звоните.

И они с Дашей отправились обратно через луг в московскую квартиру. Стоя на крыльце особняка, графиня растроганно смотрела им вслед. Затем вздохнула и с возгласом «За дело, старая кляча!» вошла в дом. Осмотрев комнаты, Наталья Дмитриевна остановилась в гостиной и нажала клавишу выключателя. Большая хрустальная люстра заиграла тысячью огней.

— Довольно мило, — произнесла графиня вслух. — Но кое-что следует поменять.

Под ее взглядом стол и стулья чуть подпрыгнули и бодро промаршировали к окну, а диван по-тюленьи подполз ближе к камину. Графиня постояла, посмотрела и с сомнением покачала головой.

— Так тоже не годится, — пробормотала она.

Мебель вновь заскакала, затопала и выстроилась в новом порядке. Однако и эта комбинация Наталью Дмитриевну не удовлетворила. Если б дело происходило в обычном московском доме, разбуженные ночью жильцы, вероятно, решили бы, что у их соседки-графини репетирует балетная труппа. Причем без музыки и в кованых сапогах.

Не успели Глеб и Даша вылезти из шкафа, как зазвонил телефон. Глеб поспешно снял трубку. Звонил Такэру.

— Брат согласен встретиться, Глеб-сан, — сообщил он по-японски.

— Когда и где? — по-японски спросил Глеб.

— Завтра в шесть вечера. А где… Сато-сан полагается в выборе места на вас, сэнсей. Никто не должен видеть вас вместе.

Глеб чуть подумал.

— Предлагаю Дашину квартиру. Кроме тебя с братом и меня, там никого не будет. Согласен?

— Да, Глеб-сан. Думаю, нас это устроит.

— Адрес запомнил? Найдешь?

— Не ходи к гадалке, — ответил Такэру по-русски и по-японски закончил. — Доброй ночи, Глеб-сан.

Когда Глеб дал отбой, подслушивающая Даша вздохнула:

— У меня, но без меня. Ладно, давай перекусим

— Я — кефир, — объявил Глеб.

— Я тоже, — сказала Даша. — Только с булочкой.

Звонок Ильи не помешал им предаваться этому пиршеству.

— Пораскинул я тут мозгами, — возбужденно произнес Илья, — и понял, что надо прощупать твоего директора.

— Как ты это понял? — заинтригованно спросил Глеб.

— Да так, ничего существенного.. Только его отношения с Дашкиным дядькой. Но врожденное чувство гармонии мне подсказывает, что, если бы Мангуст и Змей работали в одной школе, это было бы забавно.

— Пожалуй, слишком, — усмехнулся Глеб и рассказал о сегодняшнем визите к «больному» директору.

Илья помолчал, переваривая услышанное.

— Значит, Ольку он угробил… — Илья был растерян. — Не ожидал, признаться. Мелковато как-то для него.

— Ну, во-первых, он не Змей, а скорей всего «глаз Змея», — прокомментировал Глеб. — А во-вторых, Самарскую он лишь усыпил, а довершили дело бандиты Митьки Грача. Эта нечисть охотно пользуется услугами спецслужб и криминала.

— Но зачем? — недоумевал Илья. — Почему бы твоему Гаврилычу было не убрать девушку по-тихому? Превратил бы в лягушку, как ты меня грозился.

— Я-то умею, а он вряд ли.

— …или распылил бы на атомы, или… Мало ли вариантов?

— Много, старик. Но исчезновение известной журналистки спровоцировало бы ее поиски именно в кругу тех, у кого она перед этим брала интервью. Ольгин список мог оказаться не только у нас. Поверь, Илюша, слуги Змея — мерзавцы, но не глупцы. Для них гораздо разумней свести дело к бытовому криминалу, а дальше пускай менты шерстят московские группировки. Каковы будут успехи, легко угадать.

— Возможно, возможно… — в задумчивости пробормотал Илья. — Следующий, кто у меня на заметке, американский сенатор Колмен. Какого черта он здесь ошивается в такой милой компании? Что у них там — бизнес, большая политика? А может, ни то и ни другое?

— Так давай придумай для Колмена провокацию, — предложил Глеб. — А я тем временем постараюсь на него выйти.

— Запросто, — ответил Илья. — Утром наверняка что-то придет в мою мудрую голову. Зайн гезунд.

Они оба дали отбой.

Даша не спеша отложила книгу, встала напротив Глеба и спросила:

— У Мангуста может родиться Мангуст?

Глеб со вздохом развел руками.

— Увы. Рождаются самые обыкновенные дети. Разве что здоровые физически. Часто ты слыхала, чтоб, к примеру, от гениев рождались гении?

— Жаль, — вздохнула Даша, глядя ему в глаза. — Тогда о другом. Ты говорил, что у твоего учителя, Стивена Пирса, было второе имя — имя его Сущности… Можешь мне сказать?

— Ну, пожалуй… теперь могу. Повелитель Стихий. Зачем тебе?

— Так. А у того Мангуста, который исчез или погиб, второе имя было… Неудержимый, кажется?

— Да. Что за допрос?

— А какое у тебя второе имя?

Глядя ей в глаза, Глеб усмехнулся:

— А вот это уж фиг!

— И не надо! — улыбнулась Даша. — Я и так знаю.

Глеб насторожился.

— Откуда, черт возьми, ты знаешь?

— Мысли твои читаю. Радуйся.

— Радуюсь. Но имя моей Сущности для тебя под семью замками.

— Ой ли? Хочешь скажу?

— Попробуй.

— Нет, серьезно?

— Давай говори.

Даша посмотрела на него с невыразимой нежностью.

— Твое второе имя — Плакса.

Глеб перевел дух.

— Надеюсь, ты никому об этом не расскажешь?

— Что за вопрос, дурак? — рассердилась Даша. — Хочешь, скажу тебе свое второе имя? Или сам догадаешься?

Глеб с улыбкой покачал головой:

— Даже не представляю.

Глядя ему в глаза, Даша с наигранной торжественностью произнесла:

— Мое второе имя — Ученица.

В небесах оглушительно громыхнуло. Даша в испуге бросилась в объятия к Глебу. Прижимая ее к груди, Глеб ошеломленно пробормотал:

— Боже мой, родная… гроза в начале марта. Что за имечко ты себе придумала, дуреха?

— У меня иногда такое ощущение, — прошептала Даша, — будто я школьница, десятый еще не окончила. Мне так это ощущение нравится!

Глеб поцеловал ее в макушку.

— Очень тебя понимаю.

— Еще бы не понимал, Плакса!

Ночью Дашу мучили кошмары. Она вздрагивала, кричала и отбивалась от чего-то руками. Глеб разбудил ее, успокоил и баюкал на коленях до утра. Эти кошмары его насторожили. Очень насторожили.