Слов драгоценные клады - Утевская Паола - Страница 13

В январе 1822 года в руки Шампольона попадает еще одна билингва. В греческой части было имя Клеопатра. Шампольон отыскивает среди иероглифов соответствующий картуш и прочитывает имя хорошо известной в истории царицы Египта.

Оба картуша, с именами Птолемея и Клеопатры, вооружили исследователя знанием двенадцати иероглифических звуковых знаков. Лихорадочно ищет он другие картуши, выписывает помещенные в них иероглифы, и постепенно перед ним открываются имена Александра, Тиберия, Домициана, Германика, Траяна... Ни одного египетского имени! И Шампольон, как и все тогдашние египтологи, считает, что египтяне употребляли фонетические знаки только для написания имен иностранных правителей. Считает, что эти знаки -- не самобытное изобретение египтян, а заимствование принципа письменности эллинов. Поэтому нет смысла искать фонетические знаки в древнеегипетских письменах.

14 сентября 1822 года. В этот день Шампольон разглядывал таблицы с нарисованными на них иероглифами, которые он получил недавно из Египта.

Его друг, архитектор Гюйо, прислал копии надписей, высеченных на стенах знаменитого храма Рамсеса II в Абу-Симбеле.

Шампольон знал: Абу-Симбел высечен в скалах за тысячелетие до того, как в Египет пришел Александр Македонский, до того, как его полководец Птолемей основал в древней стране на берегах Нила новую, эллинскую династию. За тысячелетие до рождения чужестранных правителей -- Тиберия и Клеопатры, Германика, Траяна...

На списанных Гюйо таблицах были и картуши. Вот первый... Из него на Шампольона смотрело какое-то новое, незнакомое ему имя. Шампольон заинтересовался помещенными в середине картуша знаками. И хотя не допускал мысли, что они могут быть звуковыми, по привычке стал внимательно вглядываться в каждый знак. Вот кружок с точкой посередине. Солнце. На языке коптов он называется Ре.

-- Ре... -- машинально произнес Шампольон.

Второй иероглиф в прочитанных картушах обозначал м. За ним дважды повторялся знак, передававший звучание буквы с.

Шампольон на мгновение останавливается, от волнения не может писать...

Проходят минуты, а может, только секунды. Дрожащей рукой он выводит на бумаге: "Ре-м-с-с..."

А если добавить пропущенные египтянами гласные? Получится Ремсес или Рамсес?

Шампольон откладывает исписанный лист, берет чистый и переписывает новый картуш. Здесь на первом месте был иероглиф ибиса, священной птицы древних египтян, олицетворяющей бога Тота.

-- Возможно, это звук Тот. Конечно, если предположить неслыханное, предположить, что иероглифы и в седой древности соответствовали звукам. А почему бы и нет? Почему бы...

После ибиса опять тот же знак, что и в предыдущем картуше: м. За ним повторяется соответствующий звуку с.

-- Тутмос! Рамсес и Тутмос! Имена двух знаменитых фараонов Древнего Египта...

Значит, египетское письмо было звуковым!

Шампольон заставил себя спокойно прочитать и другие строки, исписанные удивительными причудливыми знаками.

И произошло то, во что невозможно было поверить. Немые, мертвые знаки вдруг как бы ожили.

Дрожащими руками собирает Франсуа Шампольон свои бумаги и торопится к брату.

-- Я нашел! В моих руках открытие, -- говорит он, передавая брату исписанные страницы. -- Первый в мире перевод египетских иероглифов на современный язык.

Передает и теряет сознание.

Почти неделю пролежал он, не имея сил поднять голову, взять в руки перо...

22 сентября Шампольон пишет свое известное "Письмо к г. Дасье, непременному секретарю королевской Академии надписей и изящной словесности, относительно алфавита фонетических иероглифов" и 27 сентября докладывает о своем открытии на заседании Французской академии наук.

Египетские письмена наконец заговорили. Иероглифы, иератика и демотика. Они рассказывали о военных победах фараонов, о стране, жизнь которой была наполнена удивительными контрастами.

И везде и всюду древние надписи прославляли Рамсесов и Сети, Тутмосов и Аменхотепов, царицу Хатшепсут и других фараонов Египта. Были найдены и надписи, в которых говорится и о жизни простых людей. На каменных блоках, из которых построены пирамиды и храмы, археологи нашли интересные надписи. Они сделаны чаще всего красными, иногда черными чернилами, они рассказывают о том, сколько человек работало в карьере или на строительной площадке, точно указывают время, когда шло строительство.

ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ ЖИЗНИ

В поисках новых материалов, необходимых для его дальнейших исследований, Шампольон едет в Италию, где тогда было собрано особенно много памятников египетской письменности.

В Италии Шампольон познакомился и подружился с секретарем русского посольства в Риме Станиславом Коссаковским.

В своих воспоминаниях о французском ученом Коссаковский писал: "Находясь под впечатлением истины, что письмо или письменный язык находится в соответствии с цивилизацией того народа, который им пользуется, он вынужден был отвергнуть столь распространенную до него мысль, что египетская графическая система была недостаточно совершенной".

В свое время Юнг считал, что на папирусах написаны тексты сугубо религиозного содержания, а поэтому усомнился в ценности письменного творчества, по его словам, "такого неумного и легкомысленного народа, какими были древние египтяне".

Не в том ли заключается секрет поражения Юнга и успехов Шампольона, что Юнг пренебрежительно отнесся к народу, перед которым преклонялся Шампольон, будучи убежденным в том, что люди, создавшие такую высокую цивилизацию, имели и высокоразвитую письменную систему.

После поездки в Италию Шампольон завершает работу по созданию первой в мире грамматики древнеегипетского языка.

В 1828 году осуществилась его давнишняя мечта. Он возглавил экспедицию в Египет.

"Я вот уже полгода нахожусь в самой гуще египетских памятников и поражаюсь тем, что читаю на них более бегло, чем осмеливался воображать", -- пишет он брату.

Незабываемое впечатление произвело на Шампольона посещение Саккара, Дендера, храма царицы Хатшепсут в Дейр-эль-Бахри.

Всего два года прожил Шампольон после возвращения из Египта. Это время его славы, всеобщего признания. Шампольона избирают членом Французской академии, для него в Коллеж де Франс создают специальную кафедру египтологии.

Но напряженная работа и голодная юность тяжело отразились на его здоровье. 4 марта 1832 года Шампольона не стало. Было ему тогда сорок два года. Тысячи людей шли к кладбищу Пер-Лашез, где невдалеке от могилы того, кто первый показал Шампольону египетские папирусы -- Жана-Батиста Фурье, похоронили и разгадавшего тайну египетского письма.

ПИСЬМЕННОСТЬ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА

Вернувшись из экспедиции в Египет, Шампольон издал свой главный труд -"Очерки иероглифической системы древних египтян". Через год после смерти Шампольона его брат опубликовал две последние работы ученого -"Египетский словарь" и "Египетскую грамматику".

На этой основе выросла новая наука -- египтология. И теперь все, что было начато Шампольоном, послужило дальнейшему расширению знаний о языке, письме, истории и культуре Древнего Египта.

Египетская письменность, возникшая в IV тысячелетии до н. э., была пиктографической. "При возникновении египетской цивилизации первое ставшее употребительным письмо заключалось... в простой зарисовке предметов", -писал Шампольон.

Сначала каждый рисунок обозначал то слово, которое было изображено. Впоследствии с рисунком связывалось уже не только представление о целом слове, но и о тех звуках, из которых оно состоит. Например, слово топор изображалось рисунком, читавшимся НЧР. Эти три звука -- Н Ч Р -обозначали также и слово бог. Поэтому египтяне и топор и бог писали одним рисунком -- иероглифом. Возможно, слова произносили по-разному, но египтяне не писали гласных, ведь египетский язык был близок к той группе языков, у которых корень слова состоял из согласных, гласные не вписывались.

Для того чтобы понимать слова, одинаково написанные, но с различным значением, египтяне ставили в конце слова иероглифы -- определители, или, как их принято называть, детерминативы. Например, слова дом и ходить писали иероглифом П Р, но по детерминативу дома или ног легко определяли, какое слово имеется в виду в каждом конкретном случае.