«Симпсоны» как философия - Халвани Раджа - Страница 6

И все же его любовь к жизни — это замечательное качество. Такой вывод нетривиален, поскольку многие и многие не усматривают в Гомере ничего, кроме шутовства и распущенности. Более того, в наш век политкорректности, ритуальной вежливости, нежелания судить других, одержимости заботой о физическом здоровье и пессимизма касательно того, что считать хорошим и приятным, его любовь к жизни кажется особенно важной. В такие времена Гомер Симпсон, приклеивший к бамперу своей машины надпись «Холостой и нахальный», насмехается над такими «истинами», чем и выделяется. Он неполиткорректен, с радостью судит других и уж точно не беспокоится о своем здоровье. Эти качества не делают Гомера замечательной личностью, но заставляют нас признать за ним кое-что достойное восхищения и, что еще важнее, заставляют скучать по нему и другим Гомерам Симпсонам этого мира.

2.

Лиза и американский антиинтеллектуализм

Эон Скобл

Отношение американского общества к понятию «интеллектуал» характеризуется то любовью, то ненавистью. С одной стороны, наблюдается уважение к профессорам или ученым, с другой — презрение к «башням из слоновой кости», в которых обитают «книжные черви», прохладное отношение к умным или образованным людям. Республиканские идеалы отцов-основателей требуют просвещения граждан, однако даже сегодня сколько-нибудь сложный анализ политических тем предается осуждению как «элитизм». Все уважают историков, однако их взглядами могут пренебрегать на том основании, что они «не более верны», чем мнение «простого трудящегося». Комментаторы-популисты и политики часто эксплуатируют это неприятие экспертов. Например, кандидат на выборах может критиковать своего оппонента, называя его «интеллектуальным элитистом», при этом сам он является, в сущности, продуктом сходной образовательной среды или полагается на советников, получивших престижное образование.

Примерно так же работники больницы могут консультироваться у специалиста по этике биологических исследований, а могут и отвергнуть коллективное мнение таких специалистов, указав на то, что биоэтика — наука слишком абстрактная и слабо связанная с реальной медицинской практикой. В самом деле, кажется, что большинство людей не прочь подкрепить свои позиции ссылкой на авторитет, но если такового не находится, то они обращаются к широкой общественности. Например, я могу добавить вескости своим аргументам, процитировав эксперта, который со мной согласен, но если эксперт считает иначе, я могу отмахнуться от него со словами «Да что он понимает!» или «Я вправе иметь свое мнение». Как это ни странно, антиинтеллектуализм все сильнее проявляют сами интеллектуалы. Так, в последнее время во многих университетах и студенты, и профессорско-преподавательский состав стали уделять гуманитарным наукам гораздо меньше внимания. Основной акцент делается на развитии программ профессиональной подготовки, на «актуальности», в то время как традиционные гуманитарные предметы считаются роскошью или неким довеском, а не обязательной составляющей образования, получаемого в колледже. В лучшем случае они рассматриваются как средства развития «универсальных навыков», таких как владение литературным языком или критическое мышление.

Похоже, идет процесс, напоминающий движение маятника: в 1950-х и начале 1960-х ученые пользовались огромным уважением, поскольку страна соревновалась с Советским Союзом в исследовании космоса. Сегодня кажется, что маятник изменил направление движения, и Zeitgeist[27] требует считать все мнения равно справедливыми. Вместе с тем людей все еще интересует, что думают так называемые эксперты. На эту двойственность указывает даже беглый обзор телевизионных ток-шоу или писем читателей в газеты. На ток-шоу приглашают специалиста, поскольку, надо полагать, людям интересно ознакомиться с его мнением или анализом ситуации. Однако участники дискуссии или представители аудитории, несогласные с точкой зрения эксперта, часто утверждают, что их собственное мнение, их видение проблемы не менее значимо. В газете может существовать колонка аналитика, который изучает ситуацию и осведомлен о ней лучше среднестатистического человека, однако письма читателей часто опираются на подразумеваемое (или даже открыто высказываемое) утверждение, что «на самом деле никто ничего не знает» или «все дело в точке зрения, так что мое мнение правомерно». Это последнее основание особенно коварно: если бы все обстояло так, то из этого следовало бы, что мой взгляд столь же значим, как и взгляд эксперта, и вообще не размывалось бы такое понятие, как компетентность.

Итак, справедливо будет сказать, что американское общество неоднозначно относится к интеллектуалам. Кажется, что уважение к ним сплошь и рядом перемежается недовольством. Это сложная и важная общественная проблема, поскольку мы, похоже, стоим на пороге новых «темных веков», когда не только понятие компетентности, но и все стандарты рациональности окажутся под сомнением. Естественно, это повлечет значительные социальные последствия. Возможно, кого-то удивит то, что для изучения данного вопроса выбрано телешоу, которое, на первый взгляд, выражает идею «чем тупее, тем лучше», в действительности же двойственное отношение американцев к компетентности — одно из многих общественных явлений, которые с успехом иллюстрируются мультипликационным сериалом «Симпсоны»[28].

В «Симпсонах» Гомер является классическим примером болвана-антиинтеллектуала, равно как и большинство его знакомых, а также его сын. Но его дочь Лиза не только настроена в пользу интеллектуализма, но и умна не по годам. Она исключительно хорошо образованна и информирована, часто оказывается сообразительнее окружающих. Естественно, другие ученики школы ее за это высмеивают, а взрослые, как правило, игнорируют. С другой стороны, она обожает ту же телепередачу, что и ее брат, — бессмысленно жестокий мультик. Я считаю, что восприятие ее другими персонажами отражает любовно-ненавидящее отношение американского общества к интеллектуалам[29]. Прежде чем выяснить, как это происходит, давайте пристальнее взглянем на проблему.

Вводный курс логики называет ошибкой «ссылку на авторитет», однако люди часто понимают это правило не вполне корректно. С точки зрения логики нельзя утверждать, что суждение является истинным только потому, что его разделяет некий уважаемый человек, но к авторитетному мнению чаще обращаются для того, чтобы продемонстрировать наличие оснований для признания суждения правомерным, нежели чтобы доказать его верность. Как и в случае прочих заблуждений, связанных со ссылкой на авторитет, проблема большинства обращений к экспертному мнению заключается в их неуместности. Например, в действительно субъективных вопросах, таких как выбор пиццы или напитка, обращение за советом является неуместным, поскольку вкусы людей могут различаться[30]. Кроме того, было бы ошибкой полагать, что если человек является авторитетом в одной области, то его мнение окажется верным и в остальных вопросах. Иллюстрацией к этому может служить то, как знаменитости рекламируют продукты, не имеющие отношения к сфере их деятельности. Например, реклама пива Duff от лица Троя Мак-Клюра не является обоснованной отсылкой к авторитетному мнению, поскольку актер не обязательно является знатоком пива. (Даже большой опыт не гарантирует компетентности — Барни также не разбирается в пиве.) В других случаях обращение к авторитетному мнению неуместно потому, что некоторые проблемы нельзя решить, призвав на помощь экспертов; виновата в этом не субъективность поставленных вопросов, а невозможность дать на них ответ. Пример — будущее научно-технического прогресса. Здесь можно вспомнить высказанное Эйнштейном в 1932 году утверждение: «Нет ни малейшего признака того, что удастся извлечь [ядерную] энергию»[31].