«Симпсоны» как философия - Халвани Раджа - Страница 11

Во всем мире Хайдеггера признали выдающимся мыслителем, который знает, когда говорить, а когда молчать. Но к концу тридцатых годов в Германии появились более неотложные дела, чем экзистенциальная теория. К власти пришел Адольф Гитлер, Вторая мировая война стала неотвратимо надвигающейся реальностью. За исключением нескольких примечательных случаев, Хайдеггер хранил молчание, сохраняя верность как своей философии, так и национал-социализму и Третьему рейху. Когда нацисты объявили войну соседним странам, Хайдеггер отказался выразить свое мнение. И когда его студентов и коллег из числа евреев публично изгнали из университета, Хайдеггер ничего не сказал[58].

История осудит молчание Хайдеггера, так же следует поступить нам. Со времен Второй мировой войны мы узнали, что речи могут провоцировать непонимание и конфликты, однако их отсутствие может принести еще большие беды. Эли Визель, лауреат Нобелевской премии мира, любит повторять, что противоположность любви — не ненависть, а молчание. Так что, похоже, мы несколько продвинулись в понимании того, когда отдавать предпочтение восточному безмолвию, а когда полагаться на западную речь.

В эпизоде Lisaʼs Wedding [122] Лиза заглядывает в будущее с помощью ярмарочной гадалки. Ей суждено выйти замуж за мужчину своей мечты, а на свадьбе должна чудесным голосом петь подросшая Мэгги. Но как только та делает глубокий вдох, Лиза отменяет свадьбу, и Мэгги символично закрывает рот. Семейные неурядицы вновь лишили ее голоса.

Наши голоса также могут потеряться в мире нарастающего бюрократизма и переизбытка информации. В современном обществе и Восток, и Запад сталкиваются с большим испытанием: нужно понять, как сочетать критику с уважением чужих начинаний, как добиться, чтобы все голоса были услышаны. Мы должны быть не только терпимы, но и внимательны. В противном случае все больше людей, как Мэгги Симпсон, почувствуют себя отвергнутыми и обратятся к более разрушительным средствам коммуникации. А в реальном мире мы не всегда выздоравливаем так быстро, как в мультфильмах.

4.

Моральная мотивация Мардж

Джеральд Эрион, Джозеф Зеккарди

В Спрингфилде разнообразие нравственных типажей ограничивается только числом гуляющих по улицам персонажей. Спектр широк: от коррумпированного мэра «Бриллиантового» Джо Куимби и неисправимого рецидивиста Змея до таких религиозных людей, как преподобный Лавджой и Нед Фландерс. Барт признает, что не знает разницы между добром и злом, и запанибрата торгуется с дьяволом. Гомер, в свою очередь, то и дело принимается за эгоистичные и импульсивные проекты и даже пытается убедить Бога в том, что ради футбольного матча можно пропустить церковную службу. Тем временем Фландерс обращается к религиозным авторитетам и Священному Писанию для разрешения любой дилеммы, с которой он сталкивается, будь то вопросы этики, моды или выбора сухих хлопьев на завтрак.

Стоящая где-то между этими полюсами Мардж является на удивление крепким оплотом нравственности. Для того чтобы разрешить свои нравственные дилеммы, Мардж полагается на здравый смысл, который позволяет ей найти разумный и замечательный баланс между двумя крайностями. Она отличается от Фландерса тем, что последний всегда поступает так, как велит ему его религия, независимо от того, кажется ли это правильным ему самому. Мардж религиозна, однако ее сильно развитая совесть обычно заставляет ее делать только то, что сделал бы любой приличный и здравомыслящий человек, даже когда это идет вразрез с указаниями, исходящими от духовенства. Данные наблюдения позволяют предположить, что скрытая нравственная философия Мардж может иметь много общего с той, что была присуща древнегреческому философу Аристотелю. Итак, в данной главе мы проиллюстрируем аристотелевскую этику добродетели, обсудив жизнь Мардж в Спрингфилде.

Мы не утверждаем, что Мардж — примерный последователь Аристотеля, тщательно и неизменно применяющий его нравственную философию при любой возможности. В действительности многое из того, что она делает и говорит, вовсе не является добродетельным (с точки зрения Аристотеля)[59]. Однако, мы будем исследовать ее нравственный характер не просто на основании отдельных действий, а учитывая общую модель ее поведения. В то время как Барни Гамбл остается алкоголиком (несмотря на редкие моменты ответственного поведения в Monty Canʼt Buy Me Love [224], художественные достижения в A Star is Burns [121] и подготовку к космическому полету в эпизоде Deep Space Homer [96]), модель поведения Мардж в целом может служить примечательной иллюстрацией к введению в нравственную философию Аристотеля.

В то время как утилитаризм, этика Канта и другие современные нравственные философские учения, как правило, исследуют свойства, делающие поступок правильным, внимание древних греков чаще сосредотачивалось на чертах характера, которые делают человека хорошим[60]. «Никомахова этика» Аристотеля является важнейшим вкладом в эту традицию. В этом трактате Аристотель не только приводит длинный список добродетельных личностных качеств, но также предлагает систематическое объяснение каждой добродетели как середины между двумя крайностями. Кроме того, он пытается доказать ценность добродетельной жизни и даже дает советы тем, кто хочет сделать свою жизнь более добродетельной. Добродетель (по Аристотелю) можно понимать как такую черту характера, которая помогает сделать человека хорошим. Такие черты характера предполагают не только склонность действовать в определенной добродетельной манере, но также и предрасположенность испытывать те или иные добродетельные чувства и эмоции. В «Никомаховой этике» Аристотель приводит список добродетелей: 1) мужество, 2) благоразумие, 3) щедрость (особенно проявляемая в крупных масштабах), 4) величавость и чувство собственного достоинства, 5) ровность, 6) дружелюбие, 7) правдивость, 8) остроумие и 9) стыдливость[61]. Разумеется, это не исчерпывающий список, и философы после Аристотеля добавили к нему другие добродетели, но он позволяет понять, какого рода личностные качества Аристотель считает необходимыми для хорошего характера.

В Мардж мы находим отличные примеры добродетельных личностных качеств, перечисленных Аристотелем. Во-первых, она явно храбрая женщина. Разгоняя в The Springfield Connection [126] банду, торгующую поддельными джинсами, совершая побег из секты в эпизоде The Joy of Sect [191] или сражаясь с Poe-ssessed в Treehouse of Horror [16], Мардж почти всегда проявляет смелость. Благоразумием пронизан каждый день ее жизни. Она делает покупки в Safeway[62], на гаражных распродажах и ярмарках в Scenes from the Class Struggle in Springfield [142]. Наконец, неприятие лжи стоит семье Мардж миллионов долларов, которые можно было бы получить с помощью судебного иска (Bart Gets Hit By A Car [23]). В этих и многих других примерах Мардж проявляет такие качества, которые Аристотель считал столь важными для хорошего характера.

Перечисляя добродетели, Аристотель также объясняет каждую как золотую середину, или баланс, между двумя порочными крайностями, одна из которых — избыток, а другая — недостаток[63]. Например, добродетельная храбрость находится где-то посредине между глупым безрассудством Гомера и его же порочной трусостью. Благоразумный человек не злоупотребляет физическими удовольствиями, как Барни, но и не отказывается от них вовсе, как Фландерс, а выбирает средний путь. Люди, обладающие добродетелью щедрости, не оделяют других без разбору (следовательно, не являются расточительными, чем порой отличается Гомер), но и не скупятся, как мистер Бернс. Таким образом, мы можем определить любую добродетель в списке Аристотеля через соотнесение с двумя соответствующими порочными крайностями[64]. Так, бдительность Мардж, позволившая ей остановить преступников в The Springfield Connection [126], и опасный побег из общины переселенцев в The Joy of Sect [191] демонстрируют, что она по-настоящему храбра, но не безрассудна. Она преодолевает реки, скача а-ля Джеймс Бонд по аллигаторам, но отказывается прыгнуть из коляски Джимми в семейный автомобиль, когда они несутся через Центральный парк в эпизоде The City of New York vs. Homer Simpson [179]. Хотя она может быть настолько смелой, насколько этого требует практически любая ситуация, она не бросается очертя голову в каждую битву, а использует отвлекающие маневры (например, «трюк с рукой[65]» в Blood Feud [35]), когда знает, что грубая сила бесполезна. Она также понимает важность пассивного сопротивления, поддерживая Лизу, когда та бойкотирует устроенный Гомером просмотр матча «Уотсон против Тейтума II» (Homer vs. Lisa and the 8th Commandment [26]). Или когда прозревший Красти борется с «последним искушением» (The Last Temptation of Krust [193]) и призывает публику сжечь деньги, то Гомер велит Мардж отдать ему все банкноты из ее сумочки; не вступая с Гомером в бесполезный спор, Мардж отдает деньги Лизе, чтобы та бежала домой и закопала их на заднем дворе.