Смертельная мечта - Бова Бен - Страница 100

Дэн посмотрел на жену. Филип весело щебетал на заднем сиденье.

– Да нет у него никакой аллергии, – сказал Дэн. – Скорее всего малыш просто набил полный рот всякими вкусностями и поперхнулся. Еще и разволновался немного, ведь он никогда не был в таких людных местах.

– Все равно. Как только приедем домой, ему нужно сразу же померить температуру, – произнесла Сьюзен.

«Анжела чем-то расстроена», – бросив взгляд на дочь, подумал Дэн.

– Чего нос повесила? – весело спросил он ее. – Какие-нибудь неприятности?

Анжела угрюмо замотала головой.

– Значит, все в порядке, – констатировал Дэн. – Да?

– Да, папа, – сухо ответила Анжела.

– А улыбнуться можешь?

Анжела наморщила носик и слабо улыбнулась.

– А если постараться? – настаивал Дэн.

Анжела растянула кончики рта мизинцами и высунула язык. Увидев скорченную рожицу, Филип залился радостным смехом.

Войдя в дом, они сразу услышали писк автоответчика. Дэн подошел к нему и увидел, что получено сообщение от доктора Эпплтона. Включив воспроизведение, Дэн услышал голос доктора.

– Дэн, Ральфу стало хуже, – говорил Эпплтон. – Доктора говорят, что он не доживет и до конца праздников. Извини за неприятную новость, Дэн, но я подумал, что тебе следует ее знать.

Сьюзен собиралась отвести детей в спальни, но остановилась и вошла на кухню. Увидев включенный автоответчик, она перевела взгляд на лицо мужа и сразу все поняла.

– Ральф? – спросила она.

– Да, – кивнул Дэн. – Он умирает.

Лицо Сьюзен отобразило целую гамму чувств, там было и сожаление, и страх, и даже злоба.

Не поворачиваясь к Сьюзен, Дэн снял трубку.

– Мне нужно связаться с доктором Эпплтоном, – приказал он.

Сьюзен недовольно развернулась и понесла Филипа в его спальню. Компьютер сначала соединил Дэна с лабораторией Эпплтона, но, поскольку того на работе не оказалось, компьютер переключился на домашний телефон доктора.

Мрачным тоном Эпплтон повторил Дэну страшную новость и прибавил:

– Ральф – единственный, кто может сказать нам, что с программой, но он умирает.

– Умирает, – повторил Дэн.

– Если б только мы могли войти в его мозг и узнать, что Ральф думает, – проговорил Эпплтон. – Говорить он не может.

– Я знаю, – произнес Дэн и сам поразился своему спокойствию. – Как вы думаете, доктор, Ральф понимает, что происходит вокруг него? Что говорят, делают?

– Определенно сказать невозможно, но, думаю, что да. Если бы он мог двигаться, хотя бы моргать глазами!

– Одна рука у него работает, – медленно проговорил Дэн. – Он может печатать.

Эпплтон не сразу понял мысль Дэна и переспросил:

– Печатать?

– Да, печатать. Мы могли бы задавать ему вопросы, а он бы печатал ответы.

– Дэн, но он при смерти! – возмутился Эпплтон. – Ему осталось жить не больше суток.

Дэн понял, что Эпплтон не согласится с его предложением. Человек впечатлительный, он даже не способен представить, что кого-то можно допрашивать у края могилы. «Но что остается делать? – думал Дэн. – Кстати, я могу задавать вопросы и один, Эпплтону не обязательно присутствовать при этом».

– Доктор, пожалуйста, к завтрашнему утру пришлите за мной самолет, – сказал Дэн.

– Хорошо, Дэн, – грустно согласился доктор Эпплтон.

– Спасибо. У нас остался только один шанс вытянуть из Ральфа ответ на самый главный вопрос – что с ним случилось во время испытательного полета. Действовать нужно быстро.

– Но…

– Доктор, – перебил его Дэн, – вне зависимости от наших действий Ральф все равно умрет, правильно? Так давайте же сделаем последний выстрел. Нет у нас других возможностей и, возможно, никогда не будет.

Доктор согласился, но с видимой неохотой. Ему было явно нелегко подавить в себе христианское милосердие к умирающему.

– Попробую поговорить с Нарликаром, – сказал доктор. – Хотя заранее уверен, что он будет против.

– Я тоже не садист, но другого выбора у нас нет, – сказал Дэн. Только повесив трубку, он заметил, что рядом стоит Сьюзен.

– Собираешься завтра лететь в Дэйтон? – угрюмо спросила она.

– Да, доктор обещал прислать за мной самолет.

– А кто же будет проверять альтернативные программы? Ты, кажется, обещал мне сделать это.

Сьюзен ожидала, что Дэн, как обычно, начнет безвольно жевать нижнюю губу, но, к ее удивлению, этого не произошло. Дэн повернулся к ней и твердо произнес:

– Программы подождут.

– Если ты не займешься ими в ближайшее время, они и вовсе исчезнут.

– Пусть исчезают, – вздохнул Дэн.

– Значит, для тебя, – взвилась Сьюзен, – Ральф Мартинес дороже собственной дочери?

– Ральф умирает.

– А Кайл ежедневно готовит твою дочь к тому, чтобы переспать с ней! – взорвалась Сьюзен.

Дэн посмотрел на жену долгим внимательным взглядом, в глазах ее была не только злость, но и страх.

– Послушай, Сью. В принципе совершенно неважно, что там делает Кайл. Важно узнать, как и, самое главное, кто готовит программы. Мне нужен человек, который работает над такими программами. И еще – необходимо понять, сознательно или бессознательно он это делает.

– Так ты что, думаешь, что это не Кайл…

– Конечно, нет! – крикнул Дэн. – Он – пешка в этом деле. Готовит программы кто-то другой. И этот же самый человек с помощью программы, имитирующей полеты, уже убил двоих людей. Вот кто мне нужен!

Сьюзен все поняла. Глаза ее широко раскрылись от изумления и ужаса.

– Это может быть только Джэйс, – прошептала она.

– Больше некому, – пожал плечами Дэн.

– Значит, Джэйс убивает людей? Он… развращает мою Анжелу?

– Да. Но мне нужны железные доказательства, и вот за ними-то я и собираюсь снова лететь на базу «Райт-Паттерсон». Я буду говорить с Ральфом Мартинесом, только он может ответить на мои вопросы, – сказал Дэн. – Надеюсь, что он продержится до моего прилета.

Остаток Дня благодарения Кайл провел в состоянии, близком к истерике. Он так нервничал, что даже боялся выходить из кабинета. «Господи, – стонал Кайл. – Все кончено, они поймали меня, поймали», – повторял он рыдая. В промежутках между рыданиями он вспоминал полные ненависти глаза Сьюзен и тяжело стонал. Но больше всего Кайла пугали не глаза Сьюзен, а холодный, безжалостный голос Дэна. Кайл чувствовал, что Дэн все понял. «Как он на меня смотрел! – распалял себя он. – Это не человек, это робот. Если он возьмется проверять программы, он докопается до всего, и тогда мне конец. В любой момент Дэн может зайти ко мне и выбить мне мозги. Стирать, стирать немедленно эти паршивые игры! – подумал Кайл и вскочил из-за стола. – Нет, и стирать их тоже нельзя. Я сказал им, что это программы поддержки… Черт, ну почему я не мог придумать что-нибудь получше?! Теперь и стирать их нельзя. – Манкриф схватился за голову. – Если они исчезнут, для Дэна это будет лучшим доказательством, что я соврал. Что же делать?»

Только поздно вечером Манкриф заставил себя выйти из кабинета и пойти в лабораторию к Джэйсу. Тот, разумеется, был на месте, копался с одним из шлемов. Со снятой прокладкой и сетью отсоединенных оптико-волоконных проводков висящий на штативе шлем казался черепом, из которого во все стороны торчали нервные окончания.

– Джэйс, мне необходимо поговорить с тобой, – дрожащим от волнения голосом произнес Кайл.

– Только не сейчас, – сказал Джэйс, мельком взглянув на Кайла.

– Нет, сейчас! – взвизгнул Кайл.

Джэйс спокойно продолжал заниматься трепанацией шлема.

– Ты что, не слышишь меня? – Кайл подошел к Джэйсу и схватил его за плечо.

– Не мешай мне заниматься микрохирургией, – усмехнулся Джэйс. Он взял в одну руку вольтметр с длинным щупом, в другую – лазерный сварочный аппарат в форме пистолета и начал осматривать внутренности шлема.

– Послушай, Джэйс, мне срочно нужна твоя помощь, – умоляющим голосом произнес Кайл.

– Подожди пару минут, я скоро закончу.

Манкриф отошел. Стоять на месте он не мог и начал ходить по лаборатории. Иногда он, ничего не понимая, смотрел на манипуляции Джэйса и морщился. Манкрифу, не выносившему беспорядка, распотрошенный шлем казался просто мусором в стерильной чистоте «Парареальности». Кайл прошел до дальней стены лаборатории, повернул обратно и снова направился к Джэйсу. Тот продолжал копаться в шлеме. Внезапно Манкриф вспомнил о Смите и, вздрогнув, начал оглядывать лабораторию. К счастью, Смита тут не было. «Слава Богу», – облегченно вздохнул Кайл.