Наваждение - Вольски Пола - Страница 49

– Ей придется укоротить юбки, чтобы был виден браслет!

– Непременно! Это будет новая мода! Спереди коротко, а сзади – шлейф на тесемках этаким водопадом из рюшей.

– А назовем мы новую моду «Штурм цитадели»! – предложила Меранотте.

– Или, может быть, «Победа Феронта»?

– По-моему, лучше подойдет «Глупость Феронта», – огрызнулась Элистэ. – Однако прочитаем, что он пишет.

Румянец, вспыхнувший на ее щеках, красноречиво свидетельствовал, что ее спокойствие напускное. Она развернула записку и прочла:

– «Возвышенная дева, приглашаю вас сегодня вечером на ужин. Лакей отведет вас в мои покои в десять часов. Лучше будет, если вы обойдетесь без духов. Феронт».

Элистэ подняла глаза.

– Каков нахал, не правда ли?

– Его высочество даром слов не тратит, – согласилась Неан. – Да и с какой стати?

– А что ты ему скажешь, когда вы встретитесь? – спросила Гизин. – Ты будешь томная и тающая или холодная и загадочная?

– А что ты наденешь?

– Ты будешь нервничать? Я бы вся трепетала от ужаса!

– Почему это я должна нервничать? – фыркнула Элистэ. – Я вовсе не собираюсь туда идти.

– Ты серьезно? – глаза Гизин округлились.

– Ведь это же брат его величества, – прошептала Неан. – Ты не можешь не откликнуться на его приглашение!

– Его генеалогия меня совершенно не интересует. Не захочу – и не пойду.

– Ты здесь новенькая и не понимаешь. Так просто это не делается!

– А теперь будет делаться. Никуда я не пойду, – упрямо выпятила подбородок Элистэ.

– Но почему же?!

– Потому что… Потому что… Просто он мне не нравится, вот и все. Он слишком уверен в себе, привык повелевать. Это оскорбляет. По-моему, он… наглец…

– Дурочка, ты испортишь себе карьеру! Разве ты не знаешь, что герцоги не бывают наглецами?

– А этот – наглец. Что же до его «приглашения», то я поступлю с ним вот так. – Элистэ разорвала записку пополам и швырнула на пол.

Меранотте в'Эстэ весело расхохоталась:

– Ага, цитадель превосходно укреплена, ворота на запоре! Феронту придется попотеть. История обещает быть забавной. Честно говоря, дорогая, твоя стратегия не лишена смысла. Его высочество наверняка будет заинтригован таким отпором, и твое упорство еще больше распалит его страсть.

– А я вовсе не поэтому сопротивляюсь, – объявила Элистэ. – Не нужна мне его страсть, и вообще ничего от него не нужно. Кэрт! – она щелкнула пальцами. – Сними с меня этот браслет, положи обратно в шкатулку и отнеси герцогу Феронтскому. Поблагодари его высочество и передай мои сожаления в связи с тем, что я не смогу нанести ему визит.

– Вы хотите, чтобы я разговаривала с самим герцогом, госпожа? С его высочеством?! – потрясенно спросила Кэрт, снимая браслет со щиколотки.

– Можешь передать это кому-нибудь из лакеев. Мне все равно.

– Чтоб мне провалиться! – воскликнула Кэрт, а ее подружки-служанки ошалело переглянулись.

– А как я найду его в этом муравейнике, госпожа? Тут целые мили всяких коридоров.

Фрейлины захихикали. Маркиза во Кивесс поджала губы.

– Спроси у слуг, они подскажут, – посоветовала Элистэ.

– А можно, я помечу путь, чтобы найти потом дорогу обратно?

– Нет! Язык доведет!

– А можно мне сначала на горшок? Я так нервничаю!

– Хватит нести всякую чушь! Что ты, как дитя малое!

Неан, вся трясясь от хохота, обхватила Гизин за плечи. Маркиза начала нетерпеливо постукивать ногой по полу.

– Ладно, госпожа, не переживайте! Я побежала!

Схватив шкатулку, Кэрт опрометью бросилась из комнаты.

– Оригинальное создание, – улыбнулась Меранотте. – Но мне кажется, дорогая, ты делаешь глупость. Феронт прислал прелестный подарок, который тебе очень шел. Зачем отказываться?

– А я не хочу его поощрять.

– Почему бы и нет? Это неотъемлемая часть игры. Причем одна из наиболее приятных.

– Я не играю с герцогом ни в какие игры.

– Но он-то с тобой играет. Могла бы проявить вежливость.

– Он не смеет распоряжаться моими поступками!

– О Чары, какая непреклонная твердость! Просто какая-то уксусная добродетель! А может быть, провинциальная неотесанность? Или же непомерное самомнение?

– Я не хочу ничем быть обязанной Феронту.

– Ты ошибаешься. Приняв подарок от поклонника, ты ничем себя не связываешь. У нас в Шеррине кавалера, который, сделав даме подарок, возомнил бы ее своей должницей, почитают за невежу. Поклонники всего лишь воздают должное нашей красоте. Поэтому их подношения нужно поощрять и даже порою просто требовать. Это тоже входит в игру.

– Она совершенно права! – подхватила Гизин во Шомель. – Зря ты отдала этот прекрасный браслет! Я бы ни за что так не сделала!

– Как ты могла пойти на такое? – возопила Неан. – Этот браслет почти так же красив, как сам Лиллеван! Последний крик моды!

– Ничего, в следующий раз наша дикая роза поступит умнее, – резюмировала Меранотте. – А следующий раз будет, и очень скоро. Я ничуть в этом не сомневаюсь.

– Хватит болтать, безмозглые пустышки! – хлопнула в ладоши маркиза во Кивесс. – Достаточно! Пора вам отрабатывать свое жалованье. Герцогиня ждет.

– Ах да, герцогиня Феронтская! – воскликнула Гизин. – Ой, держите меня!

– Да это просто фарс! – подхватила Неан.

Удивленно подняв брови, Элистэ обернулась к Меранотте.

– Чему ты удивляешься? – засмеялась та. – Ее высочество, герцогиня Феронтская, Первая дама королевской опочивальни, к которой мы сейчас направляемся, – это злополучная супруга твоего петушка.

– Его супруга? Просто чудесно! Лучше не бывает! Уж ей, наверное, не преминут об этом сообщить?

– Еще бы. Такое количество свидетелей! Ее высочество уже обо всем знает или очень скоро узнает. Какая разница! Она привыкла к подобным известиям. В любом случае жалобы стареющей ревнивой жены – тема для комедии. Возможно, она немного попортит тебе нервы, но отнесись к этому с юмором.

– Какая мерзость! Как скверно начинается моя новая служба, – расстроилась Элистэ.

– Вы сами виноваты, – злорадно сообщила маркиза во Кивесс. – У нынешних девиц нет ни гордости, ни понятий о приличиях. Если большой вельможа обращает на вас внимание, значит, вы этого добивались сами. Если же герцогиня изволит на вас гневаться, стало быть, у нее есть на то основания. Так что перестаньте причитать. Во всех своих несчастьях и злоключениях виноваты вы сами. А теперь вперед.