От наукоучения - к логике культуры (Два философских введения в двадцать первый век) - Библер Владимир Соломонович - Страница 110

Но только культура - в ее основании, гранях, вершине - образует реальный, необходимый, всеобщий, исторически развитый, ответственный смысл действительной свободы человеческого - индивидуального - бытия.

Возможно, основная трудность и основная надежда современности заключены в необоримых потенциях преобразования свободы, как эгоистического произвола, в культуру свободы. Хотя "культура свободы" - это просто синоним (или один из синонимов) понятия "культура".

Здесь был дан краткий очерк бытия в культуре - бытия, назревающего к концу XX века. Этот очерк значим - в пределах настоящей работы - как исходное определение той "вертикали" (бытие - мышление - бытие...), в которой складывается, - начинает складываться новый, особенный, всеобщий разум, отвечающий за жизнь людей в веке XXI.

В сопряжении с той "горизонталью", что была намечена в первой части (движение от классического познающего разума - к разуму диалогическому, к диалогу логик...), возможно теперь предварительно сформулировать некоторые основные предположения всеобщей логики культуры - философской логики начала логики.

Это не будет изложением ее целостной архитектоники (дело будущих исследований), но именно кратким сгустком тех предположений, что - в "конусе" "двух введений" и на основе философской интуиции, сосредоточивающей сознание людей конца XX века, - могут быть высказаны сейчас, в заключение наших "горизонтальных" и "вертикальных" размышлений.

Предположительный характер этого заключительного очерка находит свое выражение и в том, что он определен не как "Логика культуры", но как "Культура логики". Это означает, что основное внимание будет здесь обращено не на содержательное изложение новой логики, но на очерк ее формы.

Эта форма характеризуется не стремлением к идеалу научности (дедуктивно-аксиоматическая структура), но скорее - чертами произведения культуры, со всеми особенностями композиции, замкнутости, формами общения с читателем. Но это форма изложения именно логики, философской логики, воплощающей новый, всеобщий разум.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Логические предположения

Логика культуры и культура логики

(в соотнесении с "Наукой логики" Гегеля)

Сводя в одно острие все, сформулированное выше, в двух частях этой книги, попробую определить - конспективно и предварительно - основные предположения той логики культуры, что, как я полагаю, вызревает в наших умах и канун XXI века. Многое я повторю, точнее - переформулирую еще раз, как бы сосредоточив все существенное, уже сказанное в основном тексте.

Но и здесь облегчу (?) свою задачу. Буду не столько говорить о расчлененной логике культуры, сколько о самом сопряжении: логика культуры культура логики. Означает это оборачивание темы следующее. О содержании предполагаемой новой логики речь пойдет только в той мере, в которой это содержание отпечатывается в форме, в том, как формируется эта логика. А формируется она, на мой взгляд, не в форме науки (наукоучение), как строилась "Этика" Спинозы, или "Критика..." Канта, или "Наука логики" Гегеля, но в форме некой культуры мышления, даже - в форме произведения культуры.

Философская логика Нового времени не только была о науке, но и сама стремилась (в этом ее основной парадокс), выходя за пределы науки, все же композиционно и формально - подражать схемам научного изложения, подчиняться аксиоматически-дедуктивной форме следования162.

В современном мышлении (если оно действительно современное) человек выходит за пределы не только содержания, но и формы нововременной логики, он формирует свои идеи не по схематизму "науки", но в ключе "произведений культуры". Понять это современное мышление - понять современный Разум задача философской логики в канун XXI века. Но что это означает - понять мышление, всеобщее "по схематизму" культуры?

В Заключении я буду обобщенно отвечать только на этот вопрос.

Еще раз напомню: буду здесь говорить очень сжато, логически напряженно, в форме выводов из ранее произнесенного текста (см. основные части книги). Это - для философов-логиков. Понимающему - достаточно.

Напомню:

Культура и - попросту - жизнь человека XX века бросает фундаментальный вызов нашему разуму, всеобщности нашего мышления. Этот вызов проникает в самый корень, в неделимые основания логики.

Вкратце смысл этого вызова163 возможно определить так:

Во-первых, человек XX века (в Европе, Азии, Африке) стоит перед задачей (значимой в самой его жизни) как-то соединить, осмыслить в единстве - не сводя друг к другу - разные, прямо противоположные смыслы бытия, предельно всеобщие и единственные смыслы - восточный и западный; античный и средневековый; нововременной и современный...

Во-вторых, рациональный смысл западной культуры и мышления Нового времени - ориентированный на научно-теоретическое познание мира, - доводя до предела логические выводы из собственных начал, оборачивается возвращением к этим началам (идеи причинности, элементарности, множества, числа, необходимости...), оборачивается переосмыслением этих начал, их решающим преобразованием; причем это преобразование есть вместе с тем обоснование этих начал.

В-третьих, и социальные, и нравственные, и собственно теоретические, и экзистенциальные катастрофы XX века заставляют сосредоточить внимание нашего разума на исходных началах бытия и мышления в целом (будь ли это начало нашей Вселенной или начало "тайной свободы" человека - свободы исторического выбора и решения, свободы, в которой человек полностью ответствен и за свою собственную судьбу, и за судьбу мира, бытия).

Попыткой логически, рационально ответить на современный исторический вызов, ответить на этот вызов, не отказываясь от разума, но переосмысливая его основания, и является философская логика культуры, адекватная, как я полагаю, концу нашего тысячелетия.

Сейчас я попытаюсь жестко сопоставить основные идеи этой - только еще возможной, только в за-мыслах культуры XX века назревающей - философской логики - логики начала логики - и - наиболее развитой философской логики Нового времени - логики Г.В.Ф.Гегеля. Еще раз подчеркну: основные характеристики логики культуры я буду здесь "вычислять" не по собственно логическим трудам и философским трактатам (это была бы совсем особая задача), но по тем феноменам бытия в культуре, что формируются в реальной жизни людей накануне XXI века, и по тем логическим сдвигам от идей наукоучения - к идеям логики культуры, что возможно наметить историко-философски. Наметки такого двойного понимания развиты в первой и второй частях этой книги.

Но - главное - эти наметки и зачины заложены - я в этом уверен - в сознании современного внимательного читателя, живущего в 1990 году. "Вычисляемая" - далее - логика - это, как я предполагаю, внутренняя, часто неосознанная, но укорененная в умах логика актуализации современного всеобщего смысла бытия, логика, возникающая в сомнениях и открытиях человека накануне XXI века.

Итак, перейду к итоговому сопоставлению науки логики (Новое время) и культуры логики (современность).

I

Сначала продумаем собственно формальное противопоставление этих двух содержательных (философских) логик, - точнее - сопоставление коренных принципов той и другой логики, так сказать, самих критериев логичности.

Сначала - о "Науке логики".

(1) В логике Гегеля (в "Науке логики") понять в бытии его сущность, то есть познать предмет (см. ниже), означает снять бытие в понятии, в развитии понятия, полностью перенести бытие на берег мысли ("Харон логики"). Здесь критерий логичности - полное отождествление бытия с мыслью, причем это отождествление достигается на полюсе мышления (= познания) как истины бытия164. В этом гегелевском умозаключении есть одна существеннейшая, обычно незаметно подразумеваемая презумпция ("как же иначе?"). В логике Гегеля именно познание признается единственной формой мышления (понимания), единственной формой образования понятий. (Тезис этот станет предметом переформулировок во всем дальнейшем изложении.) Логика Гегеля есть логика познания. Или так: теория познания представлена в философии Гегеля как чистая логика. И именно в форме "чистой логики" я и рассматриваю мышление Нового времени. Но надо помнить: бытие отождествляется здесь с мыслью (в полюсе мысли) только в "медиаторе" "сущности", сохраняя свою внесущностную вне-понятийную закраину (загадку сущего) как нечто несущественное (!) для мысли. Эта закраина (бытие вещей...) для познающей мысли сама выступила лишь в гносеологическом повороте - как предмет познания. Этот полюс воплощает уже не теория познания как логика (Гегель), но логика как теория познания (Кант). Но в настоящем сопоставлении этот полюс будет в тени; идея "ученого незнания", впрочем, будет вкратце осмыслена в тезисе об онтологии двух логик и в тезисе о культурологическом замысле "наукоучения" (см. ниже).