Повелитель гоблинов - Суслин Дмитрий Юрьевич - Страница 37

– Неужели он нам покажет, где прячется дух Колдовского леса? – обрадовалась принцесса.

– Только очень приблизительно, – ответил Друль. – Место найдет, а вот указать, на него самого вряд ли. Да это было бы и нечестно. Прятки ведь это игра, и у нее есть свои правила. Подглядывать нельзя.

Все с ним согласились, и друзья отправились искать Дух Колдовского леса. Сучок-Проводничок бежал перед ними и показывал дорогу. Лес, по которому они шли был тихим и недвижимым. Он словно притаился или спрятался от кого-то. Друль обратил внимание друзей на это и сказал:

– Он явно прячется где-то здесь неподалеку. Скорее всего, среди этих деревьев. Так что будьте очень внимательны.

И все они стали вести себя очень тихо и осторожно. Друзья шли и прислушивались ко всему, что слышали. Вот затрещала ветка на старом дереве, и они вздрогнули и остановились на месте. Настрадамус подлетел к дереву и тщательно со всех сторон осмотрел его. Затем он вернулся и сообщил:

– Ничего на нем нет. Дерево, как дерево. Только сорочье гнездо с яйцом.

И они пошли дальше. Прошли несколько сотен шагов, и Сучок повернул обратно. Видимо он хотел сказать, что дальше идти не имеет смысла, Духа Колдовского леса там нет.

Друзья вернулись и снова стали обыскивать лес. Они сами не знали, что ищут, но надеялись, что если что найдут, то оно и будет Духом.

Мимо пролетела маленькая птичка, и Настрадамус бросился за ней в погоню. Птичка шарахнулась и жалобно запищала. Но филин, несмотря на годы, оказался отличным охотником. Птичка затрепетала в его лапах и стала молить пощадить ее.

– У меня птенцы и я несу им червяка! – кричала она. – Отпусти меня, господин филин. Я только накормлю и их и, даю тебе честное слов, что вернусь обратно, и тогда ты можешь есть меня. Ведь если я их не накормлю, они умрут с голоду. Пощади меня, царь лесов!

Настрадамус уже понял, что поймал не дух, а самую настоящую птичку, тут же отпустил ее восвояси.

– Лети с миром, Невеличка, – сказал он. – Не нужна ты мне. Ну буду я есть тебя и сиротить твоих птенцов. Давно они вылупились?

– Месяц назад, – прощебетала Невеличка.

– Скоро летать начнут, – заметил Настрадамус. – Ну лети себе. Кстати, ты не видела нашего дорогого Духа?

– Не видела! – пискнула Невеличка и быстро улетела, боясь, что филин передумает.

Настрадамус вернулся к друзьям и все им рассказал. Они похвалили его за то, что он отпустил Невеличку и не стал ее обижать. Филин надулся от гордости, но быстро стал прежним, что на него совсем было не похоже. Настрадамус явно был чем-то озабочен. Вид у него был задумчивый и серьезный.

– О чем ты думаешь? – спросила Гальянка.

– Кажется, я знаю, где прячется Дух, – ответил филин. – А ну, все за мной!

Он сорвался с плеча Друля, на котором сидел, и полетел. Гальянка полетела за ним, а маленький волшебник и Сучок-Проводничок побежали.

Они нашли Настрадамуса у того самого дерева, которое уже осмотрели. Филин облетел его и нашел сорочье гнездо. Спикировал на него и сел рядом.

– Здесь всего одно яйцо! – крикнул он. – Неправда ли странно?

– Почему странно?

– Сороки очень редко сносят по одному яйцу. К тому же все птицы, в том числе и сороки, давным-давно уже снесли яйца, и из них уже месяц назад вылупились птенцы. Я знаю об этом, потому что лично нянчил птенцов моего родного племянника. Так что, господин Дух Колдовского леса, мы вас нашли.

И с этими словами Настрадамус сбросил сорочье гнездо с ветки на землю вместе с яйцом. Гнездо свалилось к ногам Друля, но яйца в нем уже не было. Во время падения оно вылетело из гнезда и осталось в воздухе.

– Угадали, угадали! – раздался скрипучий голос, и яйцо стало расти и выросло, чуть ли не в пол дерева, после чего благополучно лопнуло, и перед друзьями снова был рыжий озорник. – Первый раз есть. Но, согласитесь, это было не так уж и трудно. Во второй раз будет труднее!

И рыжий мальчишка превратился в дождевое облако, пролил на Друля совершенно не мокрый дождь, расхохотался и снова исчез из виду.

– Ай да Настрадамус! – воскликнула Гальянка. – Какой умница! Если бы не твоя прозорливость, мы бы ни за что не догадались, что яйцо в сорочьем гнезде и есть Дух Колдовского леса.

– Это точно, – согласился Друль и погладил филина по голове, от чего тот довольно ухнул. – Теперь нам осталось найти его два раза. А два раза это лучше, чем три. Ну что ж, раз, два, три, четыре, пять!

– Мы идем искать! – хором подхватили Гальянка и Настрадамус.

И они опять пошли на поиски. Только для них это была вовсе не игра, а серьезное важное дело, где речь шла о жизни и смерти. Вот почему они были серьезны и задумчивы.

До самого вечера друзья проплутали по лесу, но не встретили не одной живой души. Все вокруг словно вымерло. Это доказывало, что Дух Колдовского леса прячется где-то рядом, но вот найти его они не смогли, сколько не старались. Филин и девочка искали его на деревьях, надеясь, что Дух снова спрятался в воздухе, и залезли в каждое дупло, в каждую трещинку, в каждое гнездо. Друль и Сучок-Проводничок искали на земле – в траве, в звериных норах, под кустами и корнями деревьев, в лужах и ямах, в ручьях и оврагах.

Но все было тщетно.

Усталые и расстроенные легли они спать.

– Ничего, – постарался приободрить спутников Друль, – утро вечера мудренее. Завтра мы его обязательно найдем.

– Хотелось бы верить, – вздохнула Гальянка.

– Конечно найдем, – уверено сказал Настрадамус. – Раз один раз нашли, то и второй отыщем. Что нам остается? К тому же с вами я, а со мной вы не пропадете!

Утром они поднялись ни свет, ни заря и снова принялись за поиски. И снова стали они осматривать, все, что попадалось им на пути. Не очень увлекательное это было занятие. Но деваться им было некуда, и друзья разошлись в разные стороны и искали, искали, искали…

Так наступил полдень. Солнце было в самом зените и палило невыносимо. Принцесса-эльф от усталости давно не летела, а брела по земле. Хотелось пить, но Друль строго-настрого запретил Гальянке пить из лесных источников:

– Выпьешь и превратишься в козленочка или овечку. Что нам тогда с тобой делать?

Но вода в ее походной фляжке кончилась, и во рту было так сухо, что девочке казалось, что сейчас она высохнет и уже больше никогда не станет хорошенькой и привлекательной. Если бы вокруг нее была березовая роща, то принцесса просто попросила бы у берез немного березового сока и быстро утолила жажду. Но вокруг как назло были только одни осины. А осиновый сок, как известно, очень горький, и пить его невозможно. Гальянка еле волокла ноги, и у нее даже не было сил позвать Друля или Настрадамуса.

– Ах, нет у меня с собой зеркала, – вздохнула принцесса. – Наверно я уже покрылась морщинами.

И она стала огладываться по сторонам в поисках какой-нибудь лужи, в которую можно было бы посмотреться. Она находилась на небольшой земляничной полянке. Ягоды еще не поспели и были противными и совершенно сухими. Жажду утолить они тоже не могли.

Тут Гальянке повезло. Она увидела, как в траве что-то сверкнуло. Это явно была лужица. Гальянка побежала к ней. Несколько шагов она даже пролетела. Про запрет Друля она позабыла и решила, во что бы то ни стало напиться из нее.

А вот, наконец, и лужа. По форме очень напоминает козье копытце.

Девочка бухнулась перед ней на колени и увидела свое отражение.

– Какое счастье! – вскрикнула она. – Я еще не успела усохнуть! И все такая же красавица! Но больше я терпеть не буду. Умираю от жажды!

И Гальянка припала сухими губами к воде. Она жадно стала пить, но через мгновение поняла, что во рту у нее нет ни капли.

– Что такое? – спросила девочка, удивленно глядя на лужу. Она попробовала еще раз. И опять ее губы не нашли воду, хоть она окунулась в лужу чуть ли не по уши, воды в ней не было. Это была какая-то заколдованная лужа.

Гальянка чуть не заплакала от горя и обиды.

– Я же так умру! – обиженно крикнула она.