Повелитель гоблинов - Суслин Дмитрий Юрьевич - Страница 29

– Пряжа! – закричал повелитель гоблинов. – Золотая пряжа! Бросайте все и ловите эту птицу!

Но некому было выполнять его волю. Тролли разбежались, а гоблины сидели вокруг своего повелителя в трясине, и как великанские жабы лишь тупо лупили глазами в небо.

– Уходим! – сказал Настрадамус, когда осмотрел Гальянку и убедился, что с ней все в порядке.

– У меня нет сил, – пожаловалась девочка. – Мои крылышки сейчас отлетят.

Что делать? Не долго думая, филин бесцеремонно схватил ее за шиворот когтями и полетел с ней так, словно это была пойманная мышь. Вы удивлены? А между тем хочу вам напомнить, что эльфы очень легкие, можно сказать почти невесомые. Так что филину это было вполне по силам. Да к тому же сам он чувствовал себя таким богатырем, что казалось, унесет и настоящую девочку.

– Куда ты меня несешь? – спросила Гальянка.

– Как можно подальше отсюда. Там за замком развернемся и полетим искать Друля. Он нас ждет.

Некоторое время они летели молча. Затем девочка запрокинула голову наверх и позвала:

– Настрадамус.

– Что? – Когда опасность немного миновала, к филину снова вернулся его ворчливый и недовольный тон.

– Ты меня спас, Настрадамус. – Гальянка уже немного опомнилась и тоже заработала крыльями. – Спасибо тебе.

Филин даже не нашел, что сказать, так он взволновался. Лишь что-то невнятно гукнул.

Как только они перелетели через замок, то в сотне шагов от него сразу увидели Друля и Шиша, которые спешили им навстречу. Настрадамус взял направление к ним, и через минуту они плавно спикировали вниз на ближайшую от них кочку.

Глава четырнадцатая

РУЧЕЙ МУДРОСТИ И КОЛЫБЕЛЬНОЕ ОЗЕРО

Ох, как же они все обрадовались! Но говорить и обнимать было некогда. Враг вот-вот опомнится и снова кинется на них, а он несмотря ни на что коварен, злобен и опасен. Надо было бежать. Тем более, что так им советовала и королева Трясиница Тропиница. И тут удача еще раз улыбнулась им.

– Смотрите, наши лошади! – вдруг закричал Шиш.

И в самом деле, жуки плавунцы, которые удрали от Друля и Шиша, когда увидели гоблина, тоже возвращались домой.

– Ай, бессовестные! – укорил их Шиш. – А ну-ка идите сюда.

Плавунцы стыдливо затрещали, виновато понурили смешные усатые головы и подкатили к хозяину. Друзья сели на них, и помчались с огромной скоростью к южному берегу, естественно в обход того опасного места, где были гоблины, их повелитель и тролли Хоскингсы.

Солнце закатилось за горизонт, когда они достигли берега и вышли на сушу. Друзья сердечно попрощались с Шишем, пожелали ему всего хорошего и тронулись дальше. Нужно было до наступления темноты уйти как можно дальше от болотистого берега, где было полным полно гоблинов.

Но перед тем, как отправиться в путь, Друль вспомнил, что с ними нет Ларисы. Пони осталась в черепаховом замке.

– Как же мы теперь будем? – чуть не заплакала Гальянка. – Я так устала. Лететь больше не могу. И идти тоже.

– Принцесса! – понимающе вздохнул Настрадамус. – Нежное существо. Голубка моя, я понесу тебя.

– Ну, уж нет, – возразила девочка, которой больше не хотелось висеть в клюве филина.

– Что за беда? – успокоил ее Друль. – Есть из-за чего волноваться. Сейчас я ее призову. А заодно и карты отправлю обратно к хозяйке. Я еще ни у кого ничего не зажиливал.

И он быстро стал читать непонятные слова и махать перед собой руками. Это было обменное заклинание. Волшебники его читают в тех случаях, когда что-то дали друг другу, а затем им надо обменяться этими вещами обратно. Заклинание было простое и короткое, но Друлю долго и сильно понадобилось дуть на колоду карт, которую он держал на ладони. Наконец она благополучно исчезла, а рядом с Друлем появилась как из-под земли Лариса. Она была запряжена, оседлана и нагружена для дальней дороги и мирно что-то жевала. Она хитро посмотрела на друзей большими добрыми глазами, довольно всхрапнула и помахала хвостом, словно поприветствовала.

– Ну вот, теперь мы все в сборе и можем продолжить наше путешествие, – сказал Друль, вынимая из-за пазухи карту Колдовского леса. – Нам в ту сторону. – Он показал на восток.

И они поехали туда, куда показал Друль. Стремительно наступала темнота. Не очень хорошее это было место – Колдовской лес. Друлю уже один раз довелось здесь побывать, и немало приключений выпало на долю его, рыцаря Катерино и оруженосца Кристиана. Теперь с ним была другая компания. Но это тоже были друзья, хорошие и верные, которые уже успели доказать свою преданность и храбрость. Две золотых пряжи уже были у Друля, и теперь он направлялся к Янтарной поляне, где, как показывала карта, находилось королевство пчел, которым правила пчелиная мать королева Жужильда Третья. До нее была пара дней пути. И путь этот пролегал через не очень приятные места: Ручей Мудрости и Колыбельное озеро.

Они прошли совсем немного, как стало темно, и продолжать путь не было никакой возможности. Пришлось сделать привал. Друль опять окружил лагерь магическим защитным кругом. Разводить огонь он не решился.

– Здесь живет столько существ, которые терпеть не могут огонь, и которые наоборот летят на него. Нам нет надобности, встречаться ни с теми, ни с другими. Так что придется довольствоваться сухим пайком. У нас что-нибудь осталось, Настрадамус?

– А как же? – отозвался филин. – В моем мешке есть еще эльфийские пряники, кусок пирога с малиной, медовый сидр, полголовки сыра и хлебец из кулибской пшеницы.

И филин вздохнул, потому что не нашел ничего мясного.

Они поели и, прежде чем улечься спать, все трое долго вглядывались в темноту и прислушивались, не гонятся ли за ними гоблины. Они прекрасно видели в темноте. Настрадамус, потому что так положено филинам и совам – видеть ночью лучше, чем днем, Друль потому что был волшебником, и ему для этого понадобилось всего лишь небольшое заклинание, и Гальянка, так как она была эльфом, видела одинаково днем и ночью.

Но в темноте никого не было ни видно, ни слышно. Явно им ничего не угрожало. Спать легли, не оставив караула, потому что лучшим их караульным был магический круг.

Ровно в полночь Настрадамус проснулся и почувствовал зверский голод. Ничего никому, не сказав, он тихо выбрался за пределы магического круга и улетел в ночной лес. Вернулся он на рассвете. Глаза его довольно поблескивали. Филин немного покопошился, почистил клювом перья и уже хотел завалиться спать, как его окликнули сразу два голоса.

– Где ты был? – Это были Друль и Гальянка.

Настрадамус смутился.

– Да тут у меня одна знакомая совушка живет, – стал оправдываться он. – Летал ее навестить. Очень старая знакомая. Вдова и готовит великолепно.

– Все ты выдумываешь, – перебила его принцесса. – Небось, летал на охоту? И кого ты в этот раз поймал? Мышь или зайца?

– Крысу, – признался филин и сытно икнул.

– Фу-у-у! – Гальянка сморщила курносый носик и зажала его пальцами.

Спать уже никому кроме Настрадамуса не хотелось, и Друль объявил, что они едут дальше.

Быстро собрались и тронулись в путь. Было очень рано. Даже самые ранние птахи еще не проснулись, и друзья ехали по безмолвному лесу. Местность была ровной, не особо заросшей, и Лариса скакала легкой рысью. Путешественники сидели на ней втроем. Впереди – Настрадамус, который пытался уснуть и все время валился на бок. За ним Друль, который поддерживал филина, чтобы тот не выпал. За Друлем восседала принцесса. Постепенно, как они ехали, Колдовской лес просыпался. В кронах деревьев стали раздаваться голоса диковинных птиц, с ветки на ветку в поисках плодов запрыгали голубые белки. Дикий лесной петух пропел зарю, и небо окрасилось розовым цветом. Начался восход солнца.

Прямо перед Ларисой пробежала стая длинноногих ежей. Пронеслась летучая мышь, размером куда больше Настрадамуса. Она торопилась вернуться в свое логово. Ее ночное время кончилось. Мирно паслись на цветочной поляне тушканчики, каждым ростом с крупную собаку. Увидев путешественников, они испугались и молниеносно огромными мощными прыжками умчались в лесную чащу. Где-то протрубил золоторогий олень. Застучал по дереву дятел.