Возвращение танцмейстера - Манкелль Хеннинг - Страница 58

– Наверняка так и было.

Стефан покачал головой. История была абсолютно неправдоподобной. Описание поездки в Шотландию в дневнике Молина совершенно не совпадало с тем, что он услышал.

– Ты, разумеется, должна рассказать все это полиции. Они проверят эту версию. Но мне трудно поверить, что это именно она его убила.

– Почему? По-моему, в этом нет ничего невозможного.

– Звучит совершенно невероятно.

– А разве убийства вообще имеют что-то общее с вероятностью?

За дверью послышались шаги, и они подождали, пока все не стихло.

– Ты должна ответить на один вопрос, – сказал Стефан. – Почему ты не хотела рассказать все это Джузеппе?

– Как раз хотела, и обязательно расскажу. И Джузеппе, и другим, кто ведет следствие. Но сперва мне нужен твой совет.

– Почему мой?

– Потому что я тебе доверяю…

– И что за совет я могу тебе дать?

– Что сделать, чтобы правда об отце не выплыла наружу? Я имею в виду то, что он был нацистом.

– Если это не имеет отношения к убийству, то ни у полиции, ни у прокурора нет причин это обнародовать.

– Я боюсь журналистов. Как-то раз я имела с ними дело и не хочу, чтобы это повторилось. Я занималась довольно сложным слиянием двух банков – в Сингапуре и Англии. Кое-что не сложилось. И журналисты буквально охотились за мной. Они знали, что я хорошо информирована.

– Думаю, что тебе не стоит беспокоиться. И в то же время хочу сказать, что я с тобой не согласен.

– В каком смысле?

– В том, что я не считаю, что не надо раскрывать правду о вашем отце. Нацизм старого образца умер. Но он все равно жив. И процветает. В новых формах. Если копнуть там, где надо, так и повалит. Расисты, сверхчеловеки. Все те, кто ищет вдохновения на мусорных свалках истории.

– Но я могу помешать обнародованию дневника?

– Возможно. Но могут найтись и другие, кто захочет копать дальше.

– Кто?

– Я, например.

Она откинулась на стуле, так что ее лицо скрылось в тени. Стефан пожалел, что сказал это.

– Я не буду копать. Я сказал неправду. Я полицейский, а не журналист. На этот счет тебе не стоит беспокоиться.

Она поднялась.

– Ты совершил ради меня большое путешествие, – сказала она. – Конечно, в этом не было необходимости. Я могла рассказать тебе все по телефону. Но так вышло, что я потеряла присутствие духа, что со мной бывает нечасто. У меня своеобразная работа, очень и очень деликатная, поэтому меня просто уволят, если вокруг моего имени пойдут слухи. Как бы то ни было, это не чьего-нибудь, а моего отца убили в лесу. Я почти уверена, что это дело рук этой женщины, «М». Кто убил другого, я не знаю.

Стефан кивнул в сторону телефона:

– Я предлагаю позвонить Джузеппе Ларссону.

Он тоже встал.

– Когда ты едешь?

– Завтра.

– Может быть, поужинаем вместе? Это единственное, чем я могу тебя отблагодарить.

– Надеюсь только, что они сменили меню.

– Полвосьмого?

– Прекрасно.

За ужином она в основном молчала и вид у нее был отсутствующий. Стефан чувствовал некоторое раздражение. Во-первых, из-за своего нелепого страха она вынудила его совершить это ненужное путешествие, а во-вторых, из-за того, что он по-прежнему очень ее хотел.

Они расстались в вестибюле почти без слов. Она обещала перевести деньги на его банковский счет и ушла в номер.

Он захватил куртку и вышел, спросив, позвонила ли она Джузеппе. Она сказала, что не застала его, но обязательно позвонит еще раз.

Шагая по пустынному городу, он обдумывал все, что она рассказала. История с шотландской женщиной вполне может быть правдивой, но то, что она через столько лет вернулась, чтобы отомстить Молину, – в это было невозможно поверить. Это не укладывалось в рамки здравого смысла.

Сам того не заметив, он подошел к старому железнодорожному мосту. Надо было возвращаться в гостиницу, но он зачем-то перешел мост и свернул на дорогу к дому Эльзы Берггрен. В нижнем этаже были освещены два окна. Он уже хотел возвращаться, как вдруг заметил какую-то тень, мелькнувшую у торца дома. Стефан нахмурился. Он постоял, вглядываясь в темноту, открыл калитку и осторожно подошел к дому. Прислушался – все было тихо. Он прижался к стене и заглянул за угол. Никого. Наверное, показалось. Он обогнул дом – там тоже никого не было.

Он так и не услышал шаги за спиной. На затылок ему обрушился тяжелый удар. Он упал ничком. Он еще успел почувствовать, как на шее сомкнулись чьи-то руки.

И ничего больше. Только тьма.

Часть III

Мокрицы

Ноябрь 1999

24

Стефан открыл глаза и сразу понял, где он. Он осторожно сел, сделал глубокий вдох и огляделся в темноте. Ни звука. Он провел рукой по шее – кровь. К тому же больно глотать. Но он был жив. Он не знал, сколько времени пробыл без сознания. Он с трудом поднялся, держась за водосточную трубу. Голова была теперь ясной, несмотря на боль в затылке и горле. Он таки не ошибся. Кто-то прятался там, в тени позади дома, кто-то, кто попытался его убить.

Видимо, что-то помешало. Почему он жив? Потому что тот, кто душил его, внезапно ослабил хватку – что-то помешало. Что? Но возможно и другое. У нападающего не было намерения убивать его, только задержать. Он осторожно отпустил трубу и немного постоял, приходя в себя. По-прежнему ни звука.

Из окна рядом с ним пробивался слабый свет. Что-то произошло в доме, подумал он. Как и в доме Молина, а позже – Андерссона. Теперь я стою перед домом номер три. Он секунду соображал, что предпринять, хотя все было ясно. Он ватными пальцами достал телефон и набрал номер Джузеппе Ларссона. Рука дрожала и не слушалась, он дважды нажал не ту кнопку. Трубку взяла девочка.

– Папин телефон.

– Я ищу Джузеппе.

– Ничего себе! Он спит давным-давно. Ты знаешь, сколько сейчас времени?

– Мне необходимо с ним поговорить.

– Как тебя назвать?

– Стефан.

– Это ты из Буроса?

– Да. Ты должна его разбудить. Это очень важно.

– Сейчас дам ему телефон.

Прижимая телефон к уху, Стефан отошел от дома и встал в тени под деревом. Наконец послышался голос Джузеппе. Стефан коротко рассказал ему, что произошло.

– Ты ранен?

– Шея в крови, и болит горло. Ничего страшного.

– Сейчас постараюсь найти Эрика Юханссона. Где ты находишься?

– Позади дома, у торца. Под деревом. Что-то случилось с Эльзой Берггрен.

– Значит, на тебя напал кто-то, выходивший из дома? Я правильно понял?

– Думаю, что да.

Джузеппе помолчал.

– Не клади трубку, – сказал он. – Позвони в дверь и жди, пока она откроет. Если ее нет, жди Эрика.

Стефан обогнул дом и нажал кнопку звонка. Лампа над входной дверью была включена.

– И что? – спросил Джузеппе.

– Позвонил дважды. Никто не выходит.

– Позвони еще раз. Постучи.

Стефан попробовал ручку – дверь была заперта. Он постучал кулаком – каждый удар больно отдавался в затылке. Потом он услышал шаги.

– Она идет.

– Откуда ты знаешь, что это она? Будь осторожен.

Стефан отошел на пару шагов. Открыла Эльза Берггрен. Она была одета. По лицу ее было видно, что она смертельно испугана.

– Открыла она, – сказал он в трубку.

– Спроси: «Ничего не случилось?»

Стефан спросил.

– Еще как случилось, – сказала она. – На меня напали. Я уже позвонила Эрику Юханссону. Он сейчас приедет.

Стефан передал ее слова Джузеппе.

– Она не ранена?

– Не заметно.

– Спроси, кто на нее напал?

– Кто на вас напал?

– Он был в маске. Но я сумела ее сорвать. Никогда не видела этого человека.

Стефан повторил все это в телефон.

– Очень странно. Человек в маске? Что ты думаешь?

Стефан, отвечая, смотрел ей в глаза:

– Думаю, что она говорит правду, хотя правда эта кажется довольно странной.

– Оставайся с ней и жди Эрика. Я одеваюсь и тоже еду. Попроси Эрика позвонить, когда он появится. Ясно? Все.