Красный шторм поднимается - Бонд Ларри - Страница 149

— «Конура», это «Ищейка». Вижу цель. — Эдварде понимал глупость своих слов. Хваммсфьердур имел в длину почти тридцать миль и примерно десять в своей самой широкой части.

Собеседник Эдвардса в Шотландии был приятно удивлен — группа прошла пятнадцать километров за десять часов.

— Как вы себя чувствуете?

— Если вы хотите, приятель, чтобы мы продолжили путь, то рация может выйти из строя.

— Понял. — Майор попытался удержаться от смеха. — Где точно вы сейчас находитесь?

— Примерно в пяти милях к востоку от высоты 578. Теперь, раз мы уже у цели, может быть, скажете, почему нас сюда послали? — поинтересовался Эдварде.

— Если вы заметите любые, повторяю, любые передвижения русских, немедленно сообщите нам о них. Стоит вам увидеть, как русский солдат мочится у скалы, сразу передавайте об этом. Вы меня понимаете?

— Понимаем. Указать размеры в дюймах. Пока не видим русских. Слева от нас какие-то развалины, а вдали, вниз по реке, ферма. Ни в первом, ни во втором месте не заметно движения. Может быть, вы направите нас в какое-то конкретное место?

— Мы выясняем это. Пока оставайтесь там, где находитесь сейчас. Подыщите укрытие получше. Как у вас с пищей?

— Достаточно рыбы на один день, и я вижу озеро, где можно пополнить запас. Припоминаю, «Конура», что вы обещали прислать нам пиццу. Сейчас я готов ради нее на убийство. Выберите пиццу с пепперони и луком.

— Рыба полезна для здоровья, «Ищейка». А вот сила радиосигнала падает. Постарайтесь экономить батарейки. У вас есть что-нибудь еще?

— Нет. Выйдем на связь, если что-нибудь заметим. Конец. — Эдварде выключил источник питания. — Ребята, мы дома!

— Приятно слышать, шкипер, — засмеялся Смит. — А где дом?

— Будхардалур на другом склоне горы, — заметила Вигдис. — Там живет мой дядя Хельги.

У него, наверно, мы могли бы вкусно поесть, сказал себе Эдварде. Мясо молодого барашка, пара кружек пива, может быть, и что-то покрепче, и постель…, настоящая мягкая постель с простынями и пуховыми одеялами, которые так здесь любят. Ванна, горячая вода для бритья. Зубная паста. Лейтенант почти физически ощущал исходящий от него запах. Они старались мыться в ручьях, когда выдавалась такая возможность, вот только выдавалась она редко. Я воняю как козел, подумал Эдварде. Или даже хуже. Но мы прошли такое расстояние не для того, чтобы совершить подобную глупость.

— Сардж, позаботьтесь об охране.

— Слушаюсь, шкипер. Роджерс, спать. Гарсиа, у нас первая вахта. Четыре часа. Располагайся вон на той вершине. Я займу место справа. — Смит встал и посмотрел на Эдвардса. — Это хорошая мысль, шкипер, дать всем отдохнуть, пока у нас есть такая возможность.

— Я тоже так считаю. Увидите что-то важное, толкните.

Смит кивнул и отошел ярдов на сто. Роджерс уже спал, положив голову на сложенную маскировочную куртку. Автомат он держал у себя на груди.

— Значит, мы оставаться здесь? — спросила Вигдис.

— Мне чертовски хотелось бы познакомиться с твоим дядей, но в этом городе могут оказаться русские. Как ты себя чувствуешь?

— Очень устала.

— Устала как мы? — с улыбкой спросил Эдварде.

— Да, устала как вы, — призналась девушка и легла рядом с лейтенантом. Она была грязной. Ее шерстяной свитер порвался в нескольких местах, а ботинки износились так, что о починке не могло быть и речи. — Что случится с нами теперь?

— Не знаю. Правда, нас отправили сюда по какой-то причине.

— Но тебе не сказали о причине! — возразила она.

А ведь и впрямь интересное замечание, подумал Эдварде.

— Они говорить тебе, а ты не говорить нам? — спросила Вигдис.

— Нет, ты знаешь ровно столько, сколько знаю я.

— Майкл, почему все это происходить? Почему русские придти сюда?

— Я не знаю.

— Но ведь ты офицер. Ты должен знать. — Вигдис приподнялась и оперлась на локоть. Она казалась искренне удивленной. Эдварде улыбнулся. Нельзя винить ее в том, что она не понимает происходящего вокруг. Роль вооруженных сил в Исландии играет ее полиция. Это по-настоящему мирная страна, у нее никогда не возникало необходимости в армии. Несколько вооруженных суденышек для защиты рыболовства и полиция — вот и все, что требовалось Исландии для поддержания порядка. Разразившаяся война нарушила тысячелетние традиции. С незапамятных времен страна, не имевшая ни армии, ни военно-морского флота, не подвергалась нападениям. Сейчас это произошло лишь потому, что она встала на пути великих держав. А произошло бы такое, если бы в Кефлавике не было базы НАТО? Конечно, это ничего бы не изменило. Идиот, ты же видел, какие приятные парни эти русские! Была бы база НАТО в Исландии или нет, крохотная страна все равно стояла у них на пути. Но все-таки почему началась война, черт побери?

— Видгис, я метеоролог. Моя профессия — предсказывать погоду для военно-воздушных сил. — Такое объяснение ее запутало еще больше.

— Значит, ты не солдат? Не морской пехотинец? Майк покачал головой.

— Я — офицер ВВС США, это верно, но не такой военный, как сержант Смит. У меня другие обязанности.

— Но ты спас мне жизнь. Ты солдат.

— Да, пожалуй. Однако это была случайность.

— Что ты будешь делать, когда все это кончится? — Она посмотрела на него с нескрываемым интересом.

— Всему свое время. — Сейчас он мыслил категориями часов, а не дней или недель. Если мы выживем, что тогда? Нельзя думать об этом. Сначала надо выжить. Стоит подумать о своем будущем «после окончания войны», и у тебя не окажется этого будущего. — Я слишком устал, чтобы думать об этом. Давай спать.

Ей не хотелось примириться с таким ответом. Эдварде видел, что она хотела знать то, о чем он сознательно отказывался думать, но Вигдис устала больше, чем признавалась, и через десять минут уснула и начала храпеть. Эдварде раньше не замечал этого. Эта девушка — совсем не фарфоровая куколка. У нее есть сильные стороны и слабые, достоинства и недостатки. У Вигдис — лицо ангела, но ведь забеременела же! Ну и что? — подумал он. Смелости у нее еще больше, чем красоты. Она спасла мне жизнь, когда появился вертолет. Далеко не всякий мужчина проявил бы такую сообразительность и самообладание.

Эдварде заставил себя лечь и заснуть. Сейчас не время думать об этом. Сначала надо выжить.

— Когда подтвердится информация об этом районе? — спросил майор. В глубине души он не рассчитывал, что Эдвардсу и его отряду удастся пройти такое расстояние, особенно когда на острове восемь тысяч русских солдат. Всякий раз, когда он думал об этих пятерых, идущих по голой скалистой местности, а над головами кружат советские вертолеты, у него по коже пробегали мурашки.

— К полуночи, наверно, — ответил сотрудник управления специальных операций. Когда он улыбался, вокруг черного кружка, закрывающего пустую глазницу, появлялись морщинки. — Вам придется подумать о награде для этого молодого парня. Мне случалось бывать на его месте. Вы даже не можете вообразить, насколько трудно сделать то, что сделали они. Не говоря о том, что над их головами висел этот проклятый «хайнд»! Я всегда говорил, что наибольшее бесстрашие проявляют вот такие маленькие спокойные типы — именно их нужно опасаться больше всего.

— Как бы то ни было, пора забросить туда для их поддержки нескольких профессионалов, — заявил капитан королевской морской пехоты.

— Позаботьтесь о том, чтобы они захватили побольше пищи, — напомнил майор ВВС США.

— Так в чем же проблема? — спросила Накамура.

— В наружной оболочке нескольких ракет обнаружены отклонения от нормы, — объяснил инженер.

— «Отклонения от нормы» — это означает, что они могут взорваться?

— Не исключено, — согласился инженер.

— Просто великолепно! — заявила майор Накамура. — От меня ждут, что я вытащу это чудовище прямо вверх на семнадцать миль, а там выяснится, что вместо него на орбиту выбрасывает меня! — Когда такая ракета взрывается, ничего особенного не происходит. Она просто распадается на несколько частей, которые сгорают сами по себе.