Противостояние - Шидловский Дмитрий - Страница 58

Рассматривая лицо старого знакомого, Алексей думал: "Постарел, осунулся. Нелегко это - руководить государством во время войны".

- Скажите, Алексей, - без традиционного вступления начал Черчилль, - вы действительно убеждены, что советская оккупация Северороссии автоматически означает ее советизацию?

- Превращение в марионеточное социалистическое государство - как минимум, - ответил Алексей.

- Вы полагаете, что советский режим не склонен к эволюции и после окончания войны продолжит свою экспансию? То есть Сталин не удовлетворится передачей ему Северороссии и некоторых других стран Центральной Европы, а лишь использует их как плацдарм для дальнейшего прыжка?

- Именно так, господин премьер-министр. Британия уже пыталась задобрить Гитлера в Мюнхене и лишь разожгла его аппетиты. Не стоит повторять эту же ошибку со Сталиным. Он куда более опасный зверь.

- Поляки и прибалты считают так же, - проворчал Черчилль. - На удивление, Оладьин тоже. Как я понял из вашего письма, вы считаете, что ввод британских и американских войск на территорию Северороссии может предотвратить ее советизацию. Это так?

- Совершенно справедливо, - кивнул Алексей.

- Видите ли, в чем дело, - проговорил Черчилль. - Простой ввод войск союзников может быть расценен Сталиным как недружественная акция. Могут возникнуть осложнения.

- Это не проблема, - пожал плечами Алексей. - Если Оладьин одобрит этот план, вы можете объявить войну Северороссии и высадить десант в Мурманске. А там задача уже Оладьина и Маклая - обеспечить, чтобы войска капитулировали, только завидев союзников, и дрались бы до конца на советском фронте.

- Оладьин одобрил этот план, - подтвердил Черчилль, - притом именно в такой форме, в какой его предложили вы. Он уже понял, к чему приведет война. Правда, кроме десанта под Мурманском, мы еще проведем войска через Норвегию и Финляндию. Согласие финнов получено. Это, конечно, тоже не гарантирует от некоторой напряженности в отношениях с Москвой... но политические выгоды куда больше. Этот вопрос решен. А пригласил я вас с другой целью. Нас не устраивает кандидатура Оладьина на посту президента после капитуляции Северороссии. Слишком уж замаран сотрудничеством с Гитлером. Это будет козырь в руках коммунистов. Кроме того, его амбициозные планы создания великой Северороссии, авторитарные методы правления... Неприемлемо.

- Кого же вы видите следующим президентом? - Алексей уже понял, куда клонит собеседник.

- Вас, - коротко ответил британец. - Вы - популярная фигура в Северороссии. Известна ваша оппозиция как нацистам, так и коммунистам. Вы гибкий политик, способный пройти в хитросплетениях послевоенного передела мира. Вы почти демонстративно ушли из политики, когда наметился союз между Гитлером и Оладьиным. Кроме того... вы старый друг Британии, и мы это ценим.

- Вообще-то я планировал покинуть политику, - ответил Алексей. - Это письмо, так сказать, взгляд стороннего наблюдателя. Я не намеревался сам реализовывать план.

- Вы нужны и нам, и своей стране, - произнес Черчилль. - В Северороссии нет сейчас фигуры, не замешанной в сотрудничестве с нацистами и равной вам по политическому весу и популярности.

- Каким вы видите будущее Северороссии? - быстро спросил Алексей.

- Конституция восемнадцатого года должна сохраниться, - пояснил Черчилль. - Мы надеемся, что Северороссия будет демократическим, свободным государством... нашим союзником.

- Как вы представляете себе процедуру передачи власти?

- Вот это уже разговор, - довольно улыбнулся Черчилль. - Мы предлагаем следующую схему...

* * *

- Алло, Катя?

- Господи, это ты, Алексей? Где ты?

- Пока в Лондоне.

- Что-нибудь происходит?

- Да. Тебе с детьми надо срочно вылететь в Британию.

- Я собираюсь,

- Нет, тайно. Через полчаса к вам приедет мебельный грузовик. Якобы мы купили мебель в том магазине на Галма Стан. Водитель и грузчики - сотрудники британской разведки. Они выгрузят шкаф и помогут вам незамеченными забраться в фургон. С собой берите только самое необходимое. Так, чтобы даже прислуга не заметила. Как выяснилось, горничная Марта завербована немцами, а садовник Карл - Советами. Можешь положиться только на кухарку. Она работает на британскую разведку. Телефон сейчас слушают лишь британцы, они отключили немецкую прослушку четверть часа назад. Но я не уверен, что СД не восстановит ее в ближайшее время. Поэтому после того, как я повешу трубку, больше никому не звони. Вас доставят в аэропорт, из которого тайно вывезут сюда, в Англию. Под Лондоном для вас подготовлен уютный коттедж, где вы будете жить под охраной и на полном содержании британского правительства.

- А ты? Ты встретишь нас?

- Нет, когда вы прилетите, меня уже не будет в Британии.

- Что ты задумал?

- Я должен вернуться в Северороссию. Если со мной что-нибудь случиться, все наше имущество перейдет к тебе. Кроме того, британское правительство обещало взять тебя на полное содержание до конца жизни и обеспечить образование детям.

- Алексей!!!

- Я люблю тебя. Прощай.

В трубке раздались короткие гудки.

* * *

На следующий день двухмоторной самолетик частной шведской авиакомпании "Эйр Гётеборг" сел в Пулково. Как только он вырулил к месту стоянки, к нему подъехал огромный черный "руссо-балт" с правительственными номерами. Дверь машины распахнулась, и на утоптанный снег аэродрома вышел человек в форме контр-адмирала Североросского флота. Кто-то из экипажа спустил трап из салона, и на ингрийскую землю ступил единственный пассажир этого рейса, тот, кого ждал контр-адмирал.

- Здравствуйте, Алексей Викторович, - произнес Вайсберг, шагнув к гостю и подобострастно улыбаясь. - Вас уже ждут в Думе.

- Здравствуйте, Гюнтер, - ответил Алексей, пожимая ему руку. - Едем.

Они сели в машину, которая тут же двинулась к выезду из аэропорта.

- Ваше высокопревосходительство... - проговорил Вайсберг.

- Я еще не высокопревосходительство, - прервал его Алексей.

- Считайте, дело уже сделано, - улыбнулся Вайсберг.

"Холуй, он и есть холуй", - подумал Алексей, но вслух произнес:

- Какие новости?