Незнакомец в килте - Блэр Сэнди - Страница 26

— Самое настоящее. Это привидение — мужчина, высокий, сильный, мускулистый. Он постоянно ходит за Кейти вверх и вниз. — Бет принялась бинтовать Дункану плечо. — Кейти даже как-то раз застала его, когда он подсматривал, как она купается, — произнесла она заговорщическим шепотом.

— Не может быть! А где же в это время находился муж этой Кейт, и как он это позволил?

Бет едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. Дункан, отличавшийся в двадцать первом веке крайним любопытством, в пятнадцатом пришел в ужас при одной мысли о том, что мужчина может подсматривать за женщиной.

— У Кейти не было никакого мужа. Там, откуда она родом, мужчина выбирает себе жену, у которой хорошенькое личико и пышная грудь. Чем больше грудь, тем лучше. К сожалению, Кейти не отличается соблазнительными формами. Она худая и некрасивая.

— Кому до этого дело! Красота с годами блекнет, а грудь обвисает. Ценность женщины должна определяться наличием у нее земель.

— Или золота — желтого металла! — подхватила Бет.

— Нуда. — Дункан нахмурился. — В клане леди Кейти странные порядки, Бет. Очень странные.

Бет погладила мужа по здоровой руке.

— Ну вот и все. Повязку мы с тобой сменили.

— Помоги мне сесть, детка.

— Пока еще рано.

— Нет, уже давно пора. — Он протянул ей здоровую руку. Понимая, что возражать дальше бесполезно, Бет нехотя ухватилась за нее и потянула его на себя. Однако как только Дункан принял вертикальное положение, он побледнел, покачнулся и начал падать прямо на нее.

В этот момент в комнату вошел Ангус. Мигом оценив ситуацию, он успел подхватить Дункана, прежде чем голова его коснулась груди Бет.

— О Господи! — воскликнул он. — Зачем ты сел? Тебе пока нужно лежать и лежать.

— Нет, — покачал головой Дункан. — Как же я встану, если у меня нет сил даже на то, чтобы сесть? Ничего, голова сейчас перестанет кружиться.

Ангус укоризненно взглянул на Бет — таким взглядом обычно одаривают родителей в супермаркете или на улице, чьи дети не умеют себя вести, как полагается, — но она умоляюще вскинула руки:

— Ангус, я тут недавно прочла книгу под названием «Чему хозяйка дома должна научить свою дочь»: так вот в ней написано, что я должна выполнять все пожелания мужа с улыбкой на устах. И не нужно так на меня смотреть. — Бет положила ткань, смоченную в холодной воде, на лоб мужа. — Сделай несколько медленных глубоких вздохов, ми… — Она запнулась и поспешно продолжала: — Все еще кружится голова?

— Немного.

Придерживая Дункана, чтобы он снова не упал, Ангус спросил Бет:

— А что означает слово «ми»?

Бет почувствовала, как краска залила ей лицо.

— Ничего оно не означает. Я просто оговорилась.

Она с облегчением заметила, что Ангус лишь вскинул густые рыжеватые брови и недоверчиво хмыкнул.

— Жена, мне нужно поговорить с Ангусом. Не могла бы ты оставить нас одних и вернуться через час? Тогда ты дорасскажешь мне свою историю.

Бет кивнула, радуясь тому, что может уйти. Впереди у нее полным-полно времени, чтобы рассказать ему эту, как он выразился, «историю» до конца. Чем скорее он поймет, в каком положении она оказалась, тем быстрее они найдут способ, как ей из него выбраться, и тогда она наконец вернется к своему призраку, кофе и косметике.

Размышляя над тем, почему при этой мысли у нее вдруг больно сжалось сердце, Бет закрыла за собой дверь.

— Ты не должен был пытаться сесть, дружище, — укоризненно произнес Ангус, но Дункан в ответ лишь покачал головой.

— Нет, должен. — Он взглянул на закрытую дверь. — Что ты узнал о леди Бет?

Ангус прищурился.

— Быть может, тебе с твоей любовью к пышногрудым красавицам она кажется страшненькой и тощей, но у нее доброе сердце и умелые руки. Если бы не она, не быть тебе в живых. Ты и представить не можешь, как я был поражен, когда она совала свои нежные ручки в кипяток — и не один, а много раз, чтобы в тебя не проникли… гм… как это она их называла… микробы.

— Она что, колдунья? — Мысль об этом неприятно поразила Дункана.

— Да нет, какая она колдунья! Просто она уверена, что если рану держать в чистоте, все быстрее затянется. — Ангус пожал плечами. — Я понятия не имел ни о каких микробах, а вот Рейчел с Айзеком прекрасно о них знают. Наверное, в Библии Айзека про них написано. Зная, что Айзек человек набожный, хотя и не нашей веры, и твой верный друг, я не стал мешать твоей жене. — Усмехнувшись, Ангус вытер пот со лба Дункана. — Да у меня и выбора-то не было, дружище. Еще немного, и ты бы умер, так что я предоставил твоей жене полную свободу действий.

Дункан кивнул:

— Поскольку я все еще жив, могу сказать тебе, что ты поступил правильно. — Однако ему не слишком приятно было слышать, что он обязан Бет жизнью и в то же время никак не может найти ответа на вопрос, в своем ли она уме и та ли она, на ком он, согласно договору, должен жениться. Для их общего блага ему необходимо как можно скорее докопаться до истины.

— Ангус, не будешь же ты весь день стоять, держа меня в руках, словно колоду? Лучше помоги мне сесть.

Ангус пододвинул стул к кровати и подхватил Дункана на руки, а когда тот начал протестовать, буркнул:

— Я не хочу, чтобы из-за меня ты свалился на пол и ударился своей полоумной башкой. К тому же, если ты все-таки настолько туп, что попытаешься встать, мне не придется далеко тащить твою дурацкую тушу.

Устроившись поудобнее на стуле с высокой спинкой, Дункан пробормотал:

— Спасибо.

— Не стоит благодарности, — с усмешкой ответил Ангус.

— Ну как там ведет себя Брюс? — поинтересовался Дункан. — Снова потрепал наши стада и отдаленные фермы?

Поскольку Дункан собственноручно убил шестерых человек Брюса, Ангус вряд ли удивился бы, если бы Брюс спалил дотла все дома, до которых только смог добраться.

— Пока все тихо, но это лишь вопрос времени. Брюс непременно попытается отомстить.

Дункан кивнул. Не один Брюс жаждет мести. Он, Черный Дункан, тоже намерен смыть кровью страшное оскорбление.

— Ты выяснил, кто те две женщины, которых мы обнаружили мертвыми в карете вместе с моей женой? — Не зная, кто они такие, но предполагая, что это не простолюдинки, он приказал похоронить их в освещенной земле.

Покачав головой, Ангус принялся чистить ногти кинжалом:

— Вряд ли аббатиса успела получить твое послание. Дункан предположил, что женщины, сопровождавшие Бет, приехали вместе с ней из монастыря, расположенного во Франции, из чего следовал еще один вопрос: почему Бет о них не упомянула? Сначала она была выбита из колеи всем происшедшим, но сейчас уже успела прийти в себя. Может быть, она в конце концов скажет ему, как их зовут? А если ей по-прежнему неприятно разговаривать на эту тему, что ж, он настаивать не станет — все равно их уже нет в живых, и единственное, что он может сделать, это сообщить об их смерти родственникам.

— А как идут работы в церкви и что на полях?

— Работы медленно, но идут. На полях растут овес и рожь, как им и положено. — Ангус откашлялся. — А мне нужно тебе еще кое-что рассказать.

— Что? — насторожился Дункан.

— Мать Элеоноры умерла.

— Умерла?

Зная, что у старой карги нет родственников, к которым она могла бы переехать, после того как он выгнал ее из Блэкстоуна, Дункан не решился окончательно изгнать ее со своей территории. Ее часто видели на границе его земель и земель Брюса. Хорошо, если ее все-таки не убили.

— Как именно она умерла?

— По словам Бетти, женщины, которая ее приютила, в ту ночь, когда приехала леди Бет, старуха пришла в страшное возбуждение. Решив, что виной тому гроза, Бетти попыталась ее успокоить, но та неистовствовала все больше и больше. Целых два дня она бесновалась и исторгала из себя бессмысленные проклятия, а потом умерла. — Ангус пожал плечами. — Я подумал, что ты не будешь возражать, и приказал похоронить ее быстро и безо всяких церемоний.

Дункан облегченно вздохнул. Слава Богу! Теперь ему не придется мстить женщине, к которой он относился с таким презрением.