Оборотная сторона полуночи - Шелдон Сидни - Страница 65

С искренним уважением,

Р. Руттенберг,

инспектор-распорядитель.

Ноэль держала все сообщения и вырезки о Ларри в особой кожаной сумке, ключ от которой был только у нее. Сумку она запирала в чемодан, который прятала в спальне в глубине платяного шкафа. Ноэль поступала так не потому, что боялась, как бы Демирис не стал рыться в ее вещах, а просто из осторожности, потому что знала, что он любил всякую интригу, а эта интрига касалась ее одной. Она решила сама отомстить Ларри, и ей хотелось быть уверенной в том, что Демирис не раскроет ее тайну.

Константину Демирису предстояло сыграть определенную роль в ее плане мести, но он никогда не узнает о своей причастности к нему. Ноэль в последний раз с удовлетворением взглянула на полученное от Барбе сообщение и спрятала его.

Пришла пора действовать.

Все началось с телефонного звонка.

Кэтрин и Ларри обедали дома. Оба ели молча и чувствовали себя не в своей тарелке. В последнее время Ларри очень редко бывал дома, а когда это случалось, он постоянно злился и грубил жене. Кэтрин понимала, что у него тяжело на душе.

– Словно какой-то рок меня преследует, – сказал Ларри Кэтрин, когда обанкротилась «Глоубал эйрвейз».

И он был прав. Ему на редкость не везло. Кэтрин пыталась успокоить Ларри, все время говорила ему, какой он замечательный летчик, и уверяла его, что все почтут за счастье принять на работу такого классного пилота. Тем не менее Кэтрин не покидало чувство, что она живет в клетке с раненым львом. Никогда не знаешь, что ему взбредет в голову. В любой момент он может наброситься на тебя. Боясь еще больше испортить Ларри настроение, Кэтрин старалась терпимо относиться к его вспышкам ярости и не обращать на них внимания. Когда она подавала на стол десерт, зазвонил телефон. Кэтрин взяла трубку.

– Слушаю!

С другого конца провода раздался мужской голос:

– Будьте добры Ларри Дугласа. – У мужчины было английское произношение. – Его спрашивает Йан Уайтстоун.

– Подождите минуточку. Я сейчас позову его. – Она протянула Ларри трубку. – Тебя спрашивает Йан Уайтстоун.

Сначала Ларри не понял и нахмурился:

– Кто?

Тут до него дошло, кто это, и он просиял. Он подошел к телефонному аппарату и взял у Кэтрин трубку.

– Йан? – А затем порывисто рассмеялся. – Да-а-а! Почти семь лет прошло. Как, черт возьми, ты меня нашел?

Кэтрин видела, как, слушая, Ларри кивал и улыбался. Примерно через пять минут он ответил:

– Да, это заманчиво, старина. Конечно, могу. Где? Хорошо. Давай через полчаса. Я тебя найду.

Затем он на секунду задумался и повесил трубку.

– Это твой друг? – спросила Кэтрин.

Ларри повернулся к ней:

– Нет, просто знакомый. Странно, что он позвонил мне. Мы вместе летали в английских ВВС, но у нас было мало общего. Тем не менее он говорит, что у него есть ко мне предложение.

– Какое? – спросила Кэтрин.

Ларри пожал плечами.

– Расскажу, когда вернусь.

Ларри вернулся домой около трех часов ночи. Кэтрин читала, сидя на кровати. Ларри появился в дверях спальни.

– Привет!

Кэтрин заметила перемену в его настроении. Он был приятно возбужден. Такого с ним уже давно не случалось.

– Ну, как прошла встреча?

– Да вроде бы прекрасно, – осторожно ответил Ларри. – Так прекрасно, что мне до сих пор не верится. Пожалуй, я смогу получить работу.

– Будешь работать у Йана Уайтстоуна?

– Нет. Йан тоже летчик. Такой же, как я. Я же говорил, что мы вместе летали в английских ВВС.

– Да, я помню об этом.

– Ну так вот. После войны его приятель, грек, устроил его на работу личным пилотом Демириса.

– Богатейшего судовладельца?

– Да, он владеет судами, нефтяными месторождениями, золотыми рудниками... Демирису принадлежит весь мир. У Уайтстоуна появилась одна прекрасная возможность.

– Какого рода?

Ларри взглянул на нее и улыбнулся.

– Уайтстоун ушел со своей работы. Он уезжает в Австралию. Кто-то помогает ему начать свое дело.

– Я все еще не понимаю, – перебила его Кэтрин. – Какое отношение все это имеет к тебе?

– Уайтстоун поговорил с Демирисом о том, чтобы я занял его место. Он только что уволился, и у Демириса не было времени подыскать ему замену. Уайтстоун считает, что меня непременно возьмут.

Тут Ларри слегка замялся.

– Трудно заранее сказать, что из этого выйдет, Кэти.

Кэтрин подумала о других временах, о прошлых местах работы Ларри. Ей вспомнился отец с его прекрасными, но несбыточными мечтами. И она решила не подбадривать Ларри, не вселять в него напрасных надежд. Вместе с тем ей не хотелось окончательно разочаровывать мужа.

– Ты ведь говорил, что вы с Уайтстоуном не были друзьями.

Ларри вновь замялся.

– Да, это так.

Он слегка наморщил лоб. Они с Уайтстоуном в общем-то не любили друг друга. Сегодняшний вечерний звонок оказался для Ларри большой неожиданностью.

Во время встречи Йан чувствовал себя неловко. Когда он объяснил, в чем дело, Ларри заметил:

– Я удивлен, что ты предложил меня.

Уайтстоун растерялся, последовала мучительная пауза, а затем он пояснил:

– Демирису нужен классный пилот, то есть такой, как ты.

Создавалось впечатление, что Йан навязывает ему эту работу, а Ларри оказывает ему услугу. Когда Ларри признался, что заинтересован в его предложении, тот почувствовал большое облегчение и постарался поскорее уйти. В сущности говоря, это была довольно странная встреча.

– Подобный шанс представляется раз в жизни, – заявил Ларри жене. – Демирис платил Уайтстоуну пятнадцать тысяч драхм в месяц. Это равняется пятистам долларам, и он жил там как король.

– Значит, ты будешь жить в Греции?

– Мы будем жить в Греции, – поправил он. – При такой зарплате мы за год сумеем скопить столько, что не будем ни от кого зависеть. Мне нужно попытать счастья.

Кэтрин колебалась. Тщательно подбирая слова, она сказала:

– Ларри, ведь это так далеко, и ты даже не знаешь Константина Демириса. Здесь тоже можно найти работу и получить место пилота, которое...

– Нет! – грубо перебил ее Ларри. – В этой стране всем наплевать на мастерство пилота. Здесь заботятся только о регулярной уплате проклятых профсоюзных взносов. Там я обрету независимость. Я всегда мечтал об этом, Кэти. У Демириса есть свой авиапарк. Если я скажу тебе, какие там самолеты, ты мне просто не поверишь. И потом я снова буду летать, детка. Мне придется угождать только Демирису, а Уайтстоун говорил, что я ему понравлюсь.

Кэтрин вновь вспомнила о работе мужа в компании «Пан-Америкэн» и о тех надеждах, которые он на нее возлагал, о том, какой плачевный опыт был у него в мелких авиакомпаниях.

«Боже мой, – подумала она, – на что я себя обрекаю! Придется бросить свое дело, которое я так упорно создавала, жить за границей с незнакомыми людьми, с мужем, который стал для меня почти чужим человеком».

Он смотрел на нее.

– Так ты со мной?

Она взглянула на его взволнованное лицо. Ведь это же ее муж, и, если она хочет сохранить семью, ей придется жить вместе с ним. И как было бы хорошо, если бы все сложилось удачно. Он снова превратился бы в прежнего Ларри. Обаятельного, веселого, удивительного человека, за которого она вышла замуж. Нужно попытаться еще раз.

– Ну конечно, я с тобой, – ответила Кэтрин. – Почему бы тебе не слетать в Грецию и не повидаться с Демирисом? Если у тебя получится с работой, я тоже приеду и мы будем жить вместе.

Он улыбнулся своей чарующей, детской улыбкой.

– Я знал, что могу рассчитывать на тебя, детка. – Ларри обнял ее и прижал к себе. – Тебе лучше снять эту ночную рубашку, а то я наделаю в ней дыр.

Однако, медленно снимая с себя ночную рубашку, Кэтрин думала о том, как ей обо всем сказать Биллу Фрэзеру.

Ранним утром следующего дня Ларри вылетел в Афины для встречи с Демирисом.