Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Стихотворения

Блок Александр Александрович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Стихотворения - Блок Александр Александрович - Страница 28

Изменить размер шрифта:

Я был весь в пестрых лоскутьях…

Я был весь в пестрых лоскутьях,

Белый, красный, в безобразной маске

Хохотал и кривлялся па распутъях,

И рассказывал шуточные сказки.

Развертывал длинные сказанья

Бессвязно, и долго, и звонко –

О стариках, и о странах без названья,

И о девушке с глазами ребенка.

Кто-то долго, бессмысленно смеялся,

И кому-то становилось больно.

И когда я внезапно сбивался,

Из толпы кричали: «Довольно!»

Апрель 1908

По городу бегал черный человек…

По городу бегал черный человек.

Гасил он фонарики, карабкаясь на лестницу.

Медленный, белый подходил рассвет,

Вместе с человеком взбирался на лестницу.

Там, где были тихие, мягкие тени –

Желтые полоски вечерних фонарей, –

Утренние сумерки легли на ступени,

Забрались в занавески, в щели дверей.

Ах, какой бледный город на заре!

Черный человечек плачет на дворе

Апрель 1903

Просыпаюсь я – и в поле туманно…

Просыпаюсь я – и в поле туманно,

Но с моей вышки – на солнце укажу

И пробуждение мое безжеланно,

Как девушка, которой я служу.

Когда я в сумерки проходил по дороге,

Заприметился в окошке красный огонек.

Розовая девушка встала на пороге

И сказала мне, что я красив и высок.

В этом вся моя сказка, добрые люди

Мне больше не надо от вас ничего:

Я никогда не мечтал о чуде –

И вы успокойтесь – и забудьте про него.

2 мая 1903

Я умер. Я пал от раны…

Я умер. Я пал от раны.

И друзья накрыли щитом

Может быть, пройдут караваны

И вожатый растопчет конем

Так лежу три дня без движенья.

И взываю к песку: «Задуши!..»

Но тело хранит от истленья

Красноватый уголь души.

На четвертый день я восстану,

Подыму раскаленный щит,

Растравлю песком свою рану

И приду к Отшельнице в скит.

Из груди, сожженной песками,

Из плаща, в пыли и крови,

Негодуя, вырвется пламя

Безначальной, живой любви.

19 мая 1903

Если только она подойдет…

Если только она подойдет –

Буду ждать, буду ждать…

Голубой, голубой небосвод…

Голубая спокойная гладь.

Кто прикликал моих лебедей?

Кто над озером бродит, смеясь?

Неужели средь этих людей

Незаметно Заря занялась?

Всё равно – буду ждать, буду ждать.

Я один, я в толпе, я – как все…

Окунусь в безмятежную гладь –

И всплыву в лебединой красе.

3 июня 1903

Bad Nauheim

Когда я стал дряхлеть и стынуть…

Когда я стал дряхлеть и стынуть,

Поэт, привыкший к сединам,

Мне захотелось отодвинуть

Конец, сужденный старикам.

И я опять, больной и хилый,

Ищу счастливую звезду.

Какой-то образ, прежде милый,

Мне снится в старческом бреду,

Быть может, память изменила,

Но я не верю в эту ложь,

И ничего не пробудила

Сия пленительная дрожь.

Все эти россказни далече –

Они пленяли с юных лет,

Но старость мне согнула плечи,

И мне смешно, что я поэт…

Устал я верить жалким книгам

Таких же розовых глупцов!

Проклятье снам! Проклятье мигам

Моих пророческих стихов!

Наедине с самим собою

Дряхлею, сохну, душит злость,

И я морщинистой рукою

С усильем поднимаю трость…

Кому поверить? С кем мириться?

Врачи, поэты и попы…

Ах, если б мог я научиться

Бессмертной пошлости толпы!

4 июня 1903

Bad Nauheim

Очарованный вечер мой долог…

Очарованный вечер мой долог,

И внимаю журчанью струи,

Лег туманов белеющий полог

На зеленые нивы Твои

Безотрадному сну я не верю,

Погрузив мое сердце в покой…

Скоро жизнь мою бурно измерю

Пред неведомой встречей с Тобой…

Чьи-то очи недвижно и длинно

На меня сквозь деревья глядят.

Всё, что в сердце, по-детски невинно

И не требует страстных наград.

Все, что в сердце, смежило ресницы,

Но едва я заслышу. «Лети», –

Полечу я с восторгами птицы,

Оставляющей перья в пути…

11 июня 1903

Bad Nauheim.

Сердито волновались нивы…

К. М. С.

Сердито волновались нивы

Собака выла. Ветер дул.

Ее восторг самолюбивый

Я в этот вечер обманул.

Угрюмо шепчется болото.

Взошла угрюмая луна.

Там в поле бродит, плачет кто-то.

Она! Наверное – она?

Она смутила сон мой странный –

Пусть приютит ее другой:

Надутый, глупый и румяный

Паяц в одежде голубой.

12 июня 1903

Bad Nauheim