Сексуальный переворот в Оушн-Сити - Листик Джо - Страница 36

«Поверь, дорогая, сейчас ты забудешь о неприятностях…», – донеслись через открытые окна «Бьюика» слова молодого мужчины в темных очках.

В ответ его спутница громко выругалась.

– Только попробуй с кем-нибудь танцевать! – добавила она, что есть силы хлопнув дверцей.

Приятели уже начали было вылезать из машины, когда вдруг услышали за спинами громкий шепот Хили.

– Эй, тихо! Это она…

Гинекологи послушно вернулись на свои места.

– Кто – она? – спросил Джонс, осторожно высовывая голову в люк.

– Моя сегодняшняя пациентка! – откликнулся Хили.

Эванс опять заерзал на заднем сидении.

– Хочешь сказать, это тот самый парень, что превратился в беременную?!

Хили хмыкнул:

– Фил, ты, как всегда, невероятно догадлив!

Он уже заметил, что парочка направилась ко входу в заведение.

– Ладно, пошли, – кивнул Хили приятелям. – Тем более, что нам с ними по пути.

Вся четверка быстро вылезла из машины и молча устремилась к сияющему разноцветными огнями ресторану.

Метрдотель «Золотой ракушки» знал свое дело и умело выполнял просьбы клиентов. Столик, за который он усадил гинекологов, находился как раз напротив того, где только что разместилась молодая беременная леди и ее спутник в темных очках.

– Надеюсь, вам у нас понравится… – вежливо заметил пожилой метрдотель, прежде чем удалиться.

Как только он ушел, Хили кивнул в сторону беременной:

– Ну, что я вам говорил?

Друзья восторженно переглянулись. Эванс шумно сглотнул слюну.

– Потрясающе… Даже если это правда, я все равно ни за что не поверю! – он не сводил глаз с беременной женщины.

Хили недовольно поморщился:

– Теперь понятно, почему так быстро сдохла твоя карьера!

– Боже, я бы осмотрел ее прямо здесь! – простодушно заметил Питерс, у которого явно чесались руки.

– Терпение, Дафф, – Хили небрежно раскрыл меню. – Думаю, судьба еще подарит нам такую возможность.

Хотя и с трудом, ему все же удалось убедить друзей на время отвлечься от волнующей темы и сделать заказ официанту.

Камакин удивился, когда вечером к ним в гостиницу прикатил в серебристом «БМВ»-кабрио пляжный приятель Эдика. Максу ужасно не хотелось ехать в ресторан с этим пижоном, но и отпустить Эдю с едва знакомым мужчиной он не мог.

Эл, похоже, неплохо ориентировался в обстановке, и сразу повез подружек в «Золотую ракушку», считавшуюся одним из лучших заведений города. Окунувшись в атмосферу праздности и веселья, Дьячкофф, наконец, почувствовал себя по-настоящему счастливым и, раскрыв рот, слушал рассказы Эла о былых похождениях. Макс, наоборот, едва скрывал растущее раздражение.

Эл был явно в ударе.

– На том приеме слева от меня сидела принцесса Анна с кем-то из свиты, – весело вспоминал он. – А справа – архиепископ Кентерберийский. На нем была великолепная сутана из шерсти дикой козы… – Эл сделал выразительную паузу, отпив глоток бордо.

Дьячкофф тут же воспользовался моментом.

– Как чудно! – он обворожительно улыбнулся. – Простые смертные только мечтают о таких встречах.

Эл небрежно пожал плечами:

– Дорогая, для меня это лишь очередной эпизод.

– О-о, Эл!… – простонал восхищенный Эдик.

От бесстыдного подхалимажа приятеля у Макса окончательно пропал аппетит.

– Угораздило же нас сегодня переться на пляж… – небрежно заметил он и отвернулся, чтобы не видеть слащавой физиономии Эдикова ухажера.

Эл сделал вид, что не услышал обидной реплики.

– Это еще что! – воскликнул он. – Однажды Фрэнк Синатра попытался обыграть меня в гольф.

Макс больше не мог терпеть это издевательство и ушел покурить в туалет. Когда он вернулся, его голубки танцевали, тесно прижавшись друг к другу.

Танцуя, Эдик волновался сильнее, чем в тот день, когда впервые угнал автомобиль.

– Эл, мне кажется, что мы знакомы целую вечность, – шептал он, вслушиваясь в звуки нежной мелодии.

– Даже немного дольше… – едва слышно откликнулся партнер.

Они улыбнулись друг другу, и Дьячкофф быстро сообразил, что настал подходящий момент для уточнения кое-каких вопросов.

– Ты так и не сказал мне, чем занимаешься, – укоризненно заметил Эдик. – Для женского любопытства это тяжелое испытание.

– Вот как?!

– Признайся, ты – посол в Европе, – осторожно допытывался Дьячкофф.

– Никогда не хотел быть дипломатом.

– Тогда наверняка внук Генри Форда: у вас похожие носы…

Эл отрицательно покрутил головой и притворно вздохнул.

– О'кей, придется сознаться… Я посредник между людьми и звездами, – шепнул он на ушко партнерше.

– Так ты работаешь в администрации Президента?!! – встрепенулся Эдик, у которого от нахлынувших чувств буквально замерло сердце.

Эл усмехнулся.

– Что-то в этом роде.

Когда Камакин издали заметил, что они целуются, то едва не плюнул себе в тарелку.

– Боже, у него повадки уличной девки! – сделал Макс неутешительный вывод и стал лихорадочно соображать, как избежать надвигающейся катастрофы.

Как только парочка вернулась к столику, Макс озабоченно посмотрел на часы. Потом перевел взгляд на сияющего от счастья приятеля.

– Эдна, по-моему, пора бай-бай…

Эл тут же недоверчиво глянул на циферблат золотого «Ролекса»:

– Девочки, но ведь сейчас только двенадцать!

– Посидим еще немного! – взмолился Дьячкофф, но Макс был непреклонен.

– Мне нужно принять ванну и сделать массаж, – не долго думая, соврал он.

– Вот так всегда, – вспыхнул Эдик. – Не успеешь повеселиться, как тебя уже тащат домой!

– Может, поедем ко мне? – предложил заботливый Эл.

– Как-нибудь в другой раз! – отрезал Макс и кивнул приятелю: – Пошли, детка.

Чувствуя, что неподчинение грозит тяжелыми последствиями, Дьячкофф неохотно вылез из-за стола.

– Я вас провожу! – воскликнул явно раздосадованный ухажер и подозвал официанта.

Глава 23

Несмотря на непринужденную обстановку, Сэнди чувствовал себя неважно. Стэйси тщетно пыталась его развеселить, но улыбка лишь раз появилась на лице Николса-младше-го, когда Стэйси случайно опрокинула бокал с вином себе на брюки. Пока официант помогал ей справиться с возникшей проблемой, Сэнди огляделся по сторонам и с удивлением обнаружил, что за ним наблюдают четверо мужчин, сидящих неподалеку. Двое из них напоминали поросят в очках, а третий возвышался над столом, как фонарный столб.

– Дорогая, тебе плохо? – спросила Стэйси, заметив его беспокойство.

– Похоже, эти жеребцы заинтересовались моей особой, – Сэнди кивнул в сторону странной компании.

Стэйси внимательно посмотрела в указанном направлении, но ничего подозрительного не обнаружила.

– Тебе показалось… Если их сейчас что-нибудь интересует, так это водка.

Сэнди опять взглянул на мужчин, но те, как ни в чем не бывало, подняли и затем осушили свои рюмки.

– Может, ты и права… – неуверенно согласился он.

В течение следующего часа Сэнди еще пару раз ловил незнакомцев на подглядывании. Когда он резко поворачивал голову в их сторону, самый высокий из наглецов, сообразив, что обнаружен, нырял носом в свою тарелку, а толстяки в очках делали вид, что разглядывают кого-то за соседним с Сэнди столиком.

Когда длинный клюнул свою тарелку в очередной раз, терпение Сэнди окончательно лопнуло.

– Довольно! – заявил он. – В конце концов, кто из нас мужчина?!

Стэйси честно приняла вызов.

– Дорогая, сейчас я все улажу, – пообещала она и сняла очки, обнажив огромный синяк под глазом.

В тот момент, когда Стэйси подошла к мужскому столику, вся четверка оживленно болтала о какой-то ерунде.

– Извините, господа, но моей жене показалось, что вас заинтересовал ее живот. – Стэйси говорила достаточно громко, и звучащая в зале музыка ей почти не мешала.

– Вы ошибаетесь, – воскликнул тот, что все время сидел спиной к Сэнди. – Мы обсуждаем план экспедиции в Гималаи… – он незаметно мигнул сидящему напротив длинному, и тот машинально подмигнул ему в ответ. На их беду, Стэйси увидела эти недвусмысленные сигналы.