Море и звезды - Бирюлия Гавриил Михайлович - Страница 31

– Здравствуйте, друзья мои, я думала, что вы уже и не зайдете ко мне. Садитесь, пожалуйста.

Только в этот момент Ли и Павел узнали Таню. Они сели, стараясь скрыть замешательство.

– Мы очень рады видеть тебя здоровой, – оказал Павел. – Наверное, тебе надоело здесь и пора возвращаться на остров?

Таня подняла голову и посмотрела на Илью Ильича долгим взглядом так, как она раньше никогда ни на кого не смотрела.

– Нет. Павел, я еще слаба, мне еще нужен уход, и я, пожалуй, останусь пока здесь. Не правда ли, доктор?

– Конечно, конечно, – с готовностью подтвердил Илья Ильич. – Да мы вас просто не отпустим отсюда, пока вы не будете совершенно здоровы.

– Ну, что же, Таня, – как можно бодрее сказал Павел, – поправляйся скорее, мы регулярно будем заходить к тебе.

– Я буду вам благодарна, – сказала Таня, – но не забудьте появиться на конференции.

Они подошли к октаэдрическому зданию из цветных пластмасс – новому Дворцу советов. Здесь проводилась конференция по вопросам использования ресурсов океана. Они вступили на движущуюся лестницу главного входа.

Конференция открылась в зале заседаний. На первый взгляд этот зал не отличался от других подобных ему. Сидения располагались крутым амфитеатром перед сравнительно небольшой платформой для президиума и ораторов. Стены и потолок почти не имели украшений и были выкрашены в теплые серовато-песочные тона. Каждый ряд отделялся от следующего прозрачной плеткой, почти незаметной для глаз и совершенно не мешающей видеть сквозь нее. Однако при включении электронного устройства на пленке появлялись изображения ораторов и президиума, а за ними и всего зала, но так, как его видел оратор; сам он казался стоящим от каждого слушателя в 5 или 10 метрах. Таким образом, каждый видел не только оратора почти рядом с собой, но и всех слушателей лицом к себе. Это было очень удобно, гораздо удобнее обычного телевизора.

Конференция оказалась чрезвычайно представительной и многочисленной. Почти все страны, особенно приморские, прислали своих виднейших ученых-мореведов.

В связи с работами по завоеванию пространств океана наземными растениям сюда прибыло много ботаников, агроклиматологов и физиологов растений.

На первом же заседании с докладом «Зеленый лист в океане» выступил известный биолог, профессор Уша­ков.

– Товарищи, – говорил он, – сегодня мы можем подвести итоги больших работ Западно-Сибирского совета хозяйства по земледелию на океане. Не все там у нас хорошо, но получены и богатые, обнадеживающие результаты. Теперь мы вправе наметить генеральный путь развития этого дела. В связи с этим я должен напомнить вам некоторые элементарные вещи. Вы знаете, что большинство культурных растений такого типа, как пшеница, овес, рожь, ячмень, просо, кукуруза, картофель, не говоря уже о чае, цитрусовых и кофе, происходят из тропиков и субтропиков. Люди переселялись с юга на север, брали с собой семена и садили их; часть растений приживалась, другая часть погибла. И вот на протяжении длительного времени образовались растения-космополиты, способные жить и плодоносить почти всюду на земле, а часть растений может жить – и сейчас только в строго определенных условиях. Почему?

Всякому растению нужны почва, свет, тепло и влага. Некоторые растения за тысячи лет своего развития приспособились к разным сочетаниям этих условий, а некоторые нет. При этом оказывается, что существуют растения короткого и длинного дня, влаголюбивые и засухоустойчивые. Вот почему на океан мы должны переселять только растения-космополиты, так как опыты показали, что именно они смогут приспособиться и к океаническому климату, резко отличному от наземных условий. То, что создала природа за тысячи лет, нам не переделать. Эволюция не может происходить мгновенно. Для этого нужны сотни поколений. А мы вот собираемся создавать на искусственном острове «Атлантида-1» плантации португальского винограда. Это нереально.

Всем известно, что сорта винограда вырастают только в определенных местах. Вот пример. Ливадия и Ялта. Они находятся друг от друга в 10–15 километрах.

В Ливадии культивируются ценные сорта винограда, а в Ялте, сколько ни бились, такого винограда вырастить не удалось. Почему? Да потому, что сумма летнего тепла в Ливадии 4100°, а в Ялте – только 3900°. В этих случаях многое зависит и от почвы. Недаром название вин – это название селений: Карданахи, Цинандали, Шванчхари и т д. Или местностей – Шампанское, Бургундское, Цимлянское. А вы хотите посадить виноград в полимер и получить сорт, который растет-то только в одной Португалии.

Предлагаю на «Атлантиде-1» возделывать чилийский картофель. Ручаюсь – эффект будет поразительный! Не нужно забывать, что «растение-это продукт среды».

Сидящий в президиуме профессор Поллинг оказал:

– Вопрос, товарищи, интересный и имеет большой практический смысл, поэтому, с вашего разрешения, я позволю себе попросить выступить товарища Светлова – автора идеи плавающих островов.

Когда Павел шел к трибуне, зал сдержанно гудел.

Ли с любовью следил за Павлом. Он, конечно, не был так элегантен, как Поллинг, но от его мощной фигуры веяло силой, уверенностью и достоинством.

Павел взошел на трибуну, поправил очки и негромко заговорил:

– Со многими положениями товарища Ушакова следует согласиться. Именно так, как он говорил, происходило расселение и формирование культурных растений, и действительно, самые ценные для нас растения, как например виноград, приурочены к вполне определенным условиям. Но не нужно забывать, что сами-то эти условия были созданы человеком, и культурность растений – это плод труда человека… Поэтому в старую формулу мы должны внести поправку и сказать так: «Культурные растения есть продукт среды и труда человека». Так вот, почему картофель? Картофеля для всех страд и для всех народов хватает, дальний север дает колоссальное количество его, а вот винограда маловато. Но я не стану задерживать вас, только дам справку: на нашем тихоокеанском острове несколько кустов дают до тысячи килограммов винограда. По вкусу он напоминает калифорнийский. По всему видно, что скоро у нас будет свой сорт – «тихоокеанский», и этот сорт будет не хуже других. «Атлантиду-1» можно и нужно сделать виноградником.

Последние слова он говорил под гром аплодисментов. Павел поспешно сошел с трибуны. Он не привык говорить на таком большом форуме, как этот.

Еще днем, после окончания заседания, Павлу и Ли предложили поехать на завод, изготавливающий приборы управления для плавающих островов. Они с удовольствием поехали, так как всегда стремились вникать во все, что относилось к их делу. Электромобиль плавно и быстро понес их по сиреневым полимерным покрытиям улиц, заменившим теперь асфальт. Павел и Ли любовались неповторимо прекрасной панорамой города, где старинные ансамбли зданий, окруженные небольшими парками, чередовались с новыми зданиями-дворцами, построенными из пластмасс, прозрачных и непрозрачных, весело блестевших на солнце своими свежими и яркими красками. Город, который в прошлом неделями тонул в тумане, теперь купался в солнечных лучах – мы уже говорили о том, что атомная энергия обеспечила существование здесь микроклимата.

Однако, когда электромобиль покинул город и помчался по ту сторону атомного кольца, он сразу оказался на скользкой дороге среди белых хлопьев снега, медленно падающих с неба. Здесь-то была обычная зима северо-запада России.

Скоро перед глазами Павла и Ли выросли многоэтажные здания из серебристой пластмассы. Окна, или, вернее, прозрачные стены, занимали до трети их общей поверхности. За этими зданиями виднелись другие, приземистые, и уже не имевшие ни одного окна. В холле главного здания их встретил высокий пожилой человек в аккуратном белом комбинезоне. Он представился:

– Иванов, оператор. – Затем спросил: – Вы, товарищи, биологи с тихоокеанских берегов?

– Да.

– Ну, тогда мы познакомим вас немного подробнее с нашими делами. Сейчас начинается совет завода, на котором будет обсуждаться как раз план изготовления пространственно-ориентирующего устройства ис­кус­ствен­ного острова «Атлантида-1». Пойдемте.