Странники (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 160

- Так выходит, мы… дома?.. - произнес Марстен, таким тоном, что становилось ясно: в утвердительный ответ он не верит ничуточки.

- Да, Марстен, да!! - прокричал в ответ Дарвальд. Я его никогда таким не видела и даже не подозревала, что он умеет настолько искренне радоваться. Дарвальд вообще был скуповат на проявление эмоций, особенно положительных, а вот поди ж ты… - Да спускайся же оттуда, оглядись, ты разве это место не узнаешь?

Марстен, недолго думая, ссыпался вниз, увлекая с собой, по меньшей мере, половину сена с верхушки стога. В каком виде он прибыл к подножию этого сооружения, я даже описать не возьмусь!

- Ну, смотри внимательнее! - продолжал ликовать Дарвальд, хватая Марстена за плечо и разворачивая к едва виднеющемуся вдалеке лесу. - Вон тот самый лес, за которым Корявый тракт проходит! А вон там… - Дарвальд развернулся и махнул рукой: - Ну вон же, приглядись, холмы видно… До дома рукой подать!

- Точно… - Марстен, ладонью прикрыв глаза от солнца, всматривался вдаль. Я при всем желании ничего не могла там разглядеть, но, как я уже, кажется, упоминала, у магов зрение было куда острее моего. - Точно!! Мы дома, Валь, дома!!!

От Марстенового вопля у меня уши заложило, честно признаться!

Про меня, разумеется, маги забыли напрочь, впрочем, я к этому давно привыкла. И вот, пока они там радовались, хлопали друг друга по спине (получалось достаточно громко) и чуть ли не скакали, взявшись за руки, опознавая очередную примету местности, я пыталась слезть на землю и при этом ничего себе не сломать. В конце концов, я последовала примеру Марстена и попросту съехала вниз в ворохе сена (бедные крестьяне, придется им этот стог заново собирать, так мы его разворотили!).

Даже странно, мы наконец-то попали, куда надо - если верить магам, конечно, - а у меня даже не было сил толком порадоваться! Я чувствовала только облегчение и еще усталость, хотелось забраться обратно в сено и уснуть, и чтобы никто меня не трогал, никуда не тащил и не заставлял ничего делать…

- Юлька! - вспомнил, наконец, обо мне Марстен. - Юлька, ты чего с такой кислой физиономией стоишь? Радоваться надо!

- Я радуюсь, - сказала я. Марстен определенно ожидал, чтобы я начала скакать от восторга, но, повторюсь, сил у меня не было. - Честное слово, радуюсь, не надо меня в воздух подкидывать, не на-а-а-до!!

- Не мучай ты ее, - вмешался Дарвальд, за что я была ему очень признательна, и Марстен неохотно поставил меня наземь. - Поедем лучше!

- Да, поехали! - согласился Марстен. - Мне, знаешь, до сих пор не верится, что мы правда дома! - Он помотал головой и начал снимать куртку. - Уф, ну и жарища… Валь, слушай, когда нас отсюда унесло, еще ж снег лежал! А сейчас… - Марстен нахмурился, соображая. - Ну да, лето уж за середину перевалило, сено убирают… Ты уверен, что мы снова не промахнулись, а?

Это прозвучало настолько жалобно, что я невольно фыркнула. Честно говоря, я бы не удивилась, угоди мы в мир, как две капли воды похожий на родной мир магов! Я уже готова была ждать от судьбы любой подлости…

- Марстен, я еще раз повторяю - наш Источник спутать ни с каким другим невозможно! - терпеливо повторил Дарвальд, вызывая лошадь. - Время… Ну, мы с тобой, извини, немало поскитались, времени прошло изрядно. И раз уж ты не веришь мне на слово, то давай, вперед, убедись своими глазами!

Марстен, что удивительно, молча вызвал своего жеребца, взгромоздил меня ему на холку, сам сел в седло, и мы направились в ту сторону, где, по утверждению Дарвальда, располагались какие-то холмы.

- А мы не по дороге поедем? - спросила я. Жарко было неимоверно, я жалела, что нельзя раздеться дальше, чем до рубашки. Тем более, чего-нибудь вроде купальника в моем нынешнем наряде предусмотрено не было.

- Напрямик короче, чем по Корявому тракту, - ответил Марстен, и я вспомнила, как он что-то подобное рассказывал полковнику Орлину. - Дорога озеро огибает, нам придется его почти целиком объезжать, а мы сейчас напрямик, через холмы. Тут недалеко!

- Да уж… - проворчала я. Путешествие по такой жаре мне вовсе не нравилось! - Недалеко! До вечера тащиться будем…

- А мы сейчас ходу прибавим!

У Марстена слова редко расходились с делом, поэтому он пришпорил коня, и мы понеслись вихрем! Признаться, такая езда мне нравилась куда больше, хотя бы потому, что меня худо-бедно обдувало ветерком, а вот коню, боюсь, пришлось несладко…

- Марстен, ошалел?! - нагнал нас Дарвальд. - Куда ты так несешься?

- А чего плестись-то? - ответил Марстен. - Доберемся поживее, я уже сварился на этой жаре, искупаться хочу - умираю!

Дарвальд только головой покачал, а я мысленно застонала. Ну зачем Марстен сказал о купании? Я теперь тоже мечтала об этом… Хорошо еще, мчались мы и в самом деле во всю прыть!

- Валь, а ты-то куда? - спохватился вдруг Марстен, завидев, как Дарвальд заворачивает лошадь к небольшой купе деревьев на краю луга. Тот только отмахнулся. - Ну вот, опять…

Он повернул вслед за Дарвальдом, и вскоре я разглядела, куда понесло нашего старшего товарища. Там, в довольно скудной тени, расположилось несколько человек, по виду - крестьяне. Впрочем, кто еще мог оказаться в такое время в таком месте? Видимо, они пережидали самую жару, а заодно обедали: на траве было расстелено грубое полотенце, на нем я углядела хлеб, какие-то овощи, небольшой кувшинчик, уж не знаю, с чем… Инструменты, подозрительно напоминающие до боли родные мне грабли и вилы, были аккуратно сложены рядом. Работы оставалось явно немало - здесь сено еще не было убрано.

Завидев всадников, крестьяне явно заинтересовались, а когда Дарвальд подъехал поближе, так и вовсе повскакивали на ноги и принялись кланяться. Не то чтобы земно, но все-таки весьма уважительно!

- Чего это они? - шепотом поинтересовалась я.

- Ты что? - возмутился Марстен. - Это ж земли Тармов! Валь здесь хозяин, я ж тебе говорил!

- Ну мне-то откуда было знать, - обиделась я.

- Я тебе рассказывал! - настаивал Марстен. Может, и рассказывал, конечно, но он столько тарахтит, что запомнить все, о чем он говорит, решительно невозможно!

Пока мы препирались вполголоса, Дарвальд успел поздороваться со старшим из крестьян, крепким чернобородым мужчиной лет этак пятидесяти на вид.