Бремя императора: Тропой мастеров - Эльтеррус Иар - Страница 163

Император задумался на минуту, потом продолжил:

– Твоя дочь, Диппат, просила об ученичестве у горного мастера. Я исполнил ее просьбу. Санти согласился принять ее второй ученицей.

– Но зачем?! – начальник третьего департамента недоуменно уставился на девушку.

– Мне в жизни осталось только одно, папа, – криво усмехнулась Кара. – Месть. Ни детей, ни семьи у меня после всего случившегося уже никогда не будет. Жить я не хочу, но буду. Ради того, чтобы отплатить.

– Я сам им за все отплачу, кнопка! – прижал руки к груди Диппат.

– Ее желание, это далеко не все, дружище, – тяжело вздохнул император. – Далеко не все. Ты ведь знаком с полным списком пророчества Пятерых?

– Знаком. Но какое отношение оно имеет к Каре?

– Такое. Беспалая из этого пророчества – твоя дочь.

– Что?! – вытянулось и побелело лицо Диппата.

Это чудовище – его маленькая девочка? Добрая и ласковая, как котенок, Кара? Невозможно! Беспалая, судя по пророчеству, нечеловечески жестока, она будет играть роль палача порой, и играть ее с немалым удовольствием. Впрочем, а чего он хотел? После всего, что святоши с сотворили с его дочерью, это еще самое малое. Но почему именно она? Почему эта страшная судьба должна была выпасть бедной девочке, которая и так прошла через ад? Почему?! Где же справедливость, Единый?! Диппат поверил императору сразу, такими вещами не шутят. Он молча опустился на первый попавшийся стул, обхватив голову руками. Из глаз пожилого человека смотрело само отчаяние.

Кара с трудом вышла на огромный балкон под крышей императорской башни, ноги начали болеть так, что никакого терпения не хватало, слишком много нагрузок этой ночью пережили десятки раз ломаные и неправильно сросшиеся кости. Хоть бы только не опозориться, не упасть, не показать своей слабости. За ней вышел рыжий парень, который должен стать ее наставником. Девушка искоса поглядывала на него, пытаясь составить свое мнение о человеке, который вскоре будет ближе отца и брата, если бы таковой у бывшей узницы имелся. Молодая женщина со странной внешностью, первая ученица скомороха, тоже настораживала Кару, какая-то она донельзя странная, полностью не от мира сего.

– Я, Сантиар ар Эрхи, младший горный мастер боевого братства империи Элиан, беру в ученицы Кару ар Тарнель и произношу Слово Воина! – голос рыжего неуверенно подрагивал. – Прошу его величество императора занести мои слова в Анналы Братства!

Слова Санти подтвердил Ланиг, тоже произнесший короткое заклинание.

– Ученица Кара, согласна ли ты принять ученичество? – заставил девушку вздрогнуть громовой голос императора. – По доброй ли воле ты его принимаешь?

– Согласна! – хрипло отозвалась она, горло внезапно пересохло. – Я принимаю ученичество по собственному желанию, никто меня не заставлял!

С шара на верхушке башни сорвался белый луч и ударил Кару в лицо, мгновенно окутав ее тело сияющим коконом. Император переглянулся с Ланигом – снова сюрпризы, такого не бывало даже ни с кем из Пятерых, не говоря уже о ком другом. Из белого кокона внезапно раздался звериный вой боли, что-то там происходило, но даже вся магия Марана не помогла понять, что именно. Сгусток света бешено вертелся на балконе добрых минут десять, и все это время девушка внутри кричала. Страшно кричала. Диппата пришлось держать силой, чтобы он не рванулся на помощь и не испортил посвящения.

Белый, слепящий туман вокруг рассеялся. Кара медленно встала с пола, не понимая, что случилось. Ей было донельзя стыдно за то, что не сумела сдержаться и выла, как подзаборная собачонка под плетью. Но боль, испытанная внутри кокона, оказалась куда сильнее всего, что девушка испытала во время плена. Что-то настораживало, что-то непривычное. Что-то мешало. Кара опустила взгляд и ошеломленно застыла. У нее снова была грудь! И, похоже, все остальное тоже. Шрамы и вовсе исчезли. Недоверчиво ощупав себя, девушка поняла, что права – случилось чудо, она снова полностью здорова. Понятно теперь откуда боль, полное исцеление за столь короткое время имеет свою цену. И цена эта – боль. Не такая уж и большая цена, если разобраться. Одно только было прежним. Руки почему-то остались трехпалыми, похожими на клешни краба, только крючковатые, негнущиеся пальцы стали нормальными. В придачу, присутствовал какой-то странный зуд в них. Казалось, нужно напрячься, и произойдет что-то важное. Кара послушно напряглась, и из кончиков пальцев, прорвав кожу, медленно выдвинулись когти. Страшные, загнутые, острые, полупрозрачные когти, которыми легко можно разорвать человеку горло. Это еще что такое? Откуда? Впрочем, плевать. Пригодятся. Девушка запрокинула голову, и в темное ночное небо унесся безумный, нечеловеческий хохот. Подождите, господа палачи, скоро за вами придет беспалая смерть. И не ждите пощады, ее не будет.