Бремя императора: Тропой мастеров - Эльтеррус Иар - Страница 107

Значит, в глазах отца он все еще ничтожество?! Значит, все его усилия ничего не значат?! Значит, они пошли насмарку?! Что ж, сейчас он им всем докажет! Принц зло усмехнулся, протянул руки вверх и призвал силу Жизни. Картаги прыгнули ему в ладони, запылав яростным зеленым огнем, глаза юного эльфа приняли тот же цвет, в небе над ним тучи свернулись в воронку, закручиваясь в смерч. С неба рванулись тысячи зеленых молний, они били в Тинувиэля, и юный эльф горел, хохоча во все горло. В глазах Фартаэля появилось сначала изумление, а затем и страх. Он неверяще смотрел на окутанного пламенем младшего сына, которого смерч поднял в воздух и носил над поляной, как ветер носит листья осенью. Подобного не мог сделать ни один из эльфийских магов. Тинувиэль, между тем, мягко опустился на поляну, погасил мечи, спрятал их в ножны и победно улыбнулся.

– Значит, старая и глупая сказка? – насмешливо спросил он.

– Теперь вижу, что нет… – задумчиво сказал Фартаэль. – Ты меня удивил. Откуда у тебя эти мечи?

– Выковал. Своими руками. Но заготовки получил в Доме Стали города Тарсидара. Меня учил сам император! Не только он, конечно, но и он тоже.

– Даже так? – нервно передернул ушами владыка Эльварана. – И что же понадобилось от тебя этому колдуну?

– Не знаю, – пожал плечами принц. – Да и какая разница? Говорят, мы те самые пятеро, что в пророчестве пятерых.

– Пятеро?! – побелел Фартаэль, переглянувшись с мгновенно насторожившимися магами. – Но тогда среди вас должен быть орк…

– Да. Мой кровный брат Храт Сломанный Клык.

– Ты побратался с орком?! – ужаснулась Алливи. – С чудовищем?!

– Никакое он не чудовище! – обиделся за друга Тинувиэль. – Ты бы видела, как он рисует! Валлаэлю до него далеко!

– Теперь мне понятна причина увядания… – мрачно пробормотал Фартаэль. – Как же ты мог, сын мой? Неужели ты не знал, что случится, если эльф смешает свою кровь с орком? Ты ведь учил каноны…

– Какие каноны? – растерялся принц, не понимая, что имеет в виду отец.

– Какие?! – раздраженно переспросил тот. – А такие! Иди сюда.

Тинувиэль подошел. И сразу просиял улыбкой. Отец-дерево! Его отец-дерево. Принц нежно коснулся пальцами коры, позвал и настороженно замер. Никто не ответил на призыв! Дерево молчало, как будто бы было мертвым! Оно отвергало своего воспитанника…

– Твое дерево умирает… – внимательно посмотрел на сына Фартаэль. – Когда Зеленая Стража сообщила мне об этом, я кинулся сюда. Увы, это оказалось правдой. Такое, как ты знаешь, случается только тогда, когда умирает связанный с деревом эльф. Мы выдернули тебя сюда усилиями лучших магов Эльварана, а ты оказался кровным братом орка… Ты хоть понимаешь, что стал своей родине чужим?

– Чужим? – растерялся принц. – Но почему?!

– Ты еще спрашиваешь?! В твоих жилах теперь течет кровь врага! Ты должен отречься от него. Или…

– Или что?

– Или уходи и никогда больше не возвращайся.

– Отец! – с ужасом воскликнула Алливи. – Как ты можешь?!

– Я – Хранитель Света! – отрезал Фартаэль. – На мне ответственность за всех эльфов Эльварана! Если кровный брат твари Тьмы останется среди нас, то деревья-покровители отвергнут наш народ! Ты понимаешь, что это значит, девчонка?! Мне больно от того, что Тинувиэль – мой сын!

– Тини, мальчик мой… – протянула к ошеломленному принцу руки мать, Ланлиэли, самая прекрасная женщина эльваранских лесов. – Зачем тебе этот орк? Отрекись…

– Отрекись, сын… – поддержал жену Фартаэль. – Отрекись.

– Отрекись, юный эльф… – выступил вперед Дамаэль, самый сильный эльфийский маг. – Или уйди.

– Тини! – вскрикнула Алливи, с болью смотря на брата. – Ну на что он тебе сдался? Отрекись!

Тинувиэль отчаянно звал отца-дерево, всей своей сущностью звал, но оно молчало, презрительно игнорируя его призывы. Только в шуме листвы звучало то же самое страшное слово: «Отрекись!» Да как же это? Неужели они не понимают, чего требуют? Нельзя отречься от кровного брата – это предательство! Даже хуже, чем предательство… Подлость. В глазах принца застыли слезы, он неверяще смотрел на отца, мать, сестру. Но в их глазах не было ничего, кроме требования отречься. А он вспоминал сколько раз Храт спасал его от последствий собственной безалаберности, сколько раз тащил на спине, когда Тинувиэль падал без сил. Разве можно все это забыть? Никак нельзя.

– Но я ведь носитель мечей Жизни… – неуверенно пробормотал он.

– Мечи Жизни пригодятся нашему народу, – резко кивнул Фартаэль. – Когда мы начнем войну, они могут помочь.

– Войну? – удивился Тинувиэль. – Какую войну? Зачем?

– Люди с орками загнали нас сюда, на крайний юг, – зло усмехнулся владыка Эльварана. – Мы ничего не забыли и ничего не простили. Этот мир должен принадлежать эльфам, сын. Наш долг уничтожить захватчиков. И мечи Жизни могут в этом помочь.

– Но есть ведь и другие великие мечи…

– Другие?

– Каждый из нас получил пару великих мечей. Храт носит алые мечи Ярости, Энет – синие мечи Мудрости, Санти – белые мечи Света.

– Мечи Света пришли в мир?! – едва не подпрыгнул от такого известия Фартаэль. – Почему они не у тебя?!

– Не знаю, – пожал плечами Тинувиэль. – От меня там ничего не зависело.

– Но ты говорил о пяти парах великих мечей, – пристально посмотрел на сына владыка Эльварана. – Какова же пятая?

– Черные мечи Тьмы. Их носит наш наставник, Лек ар Сантен.

Эльфы мгновенно спали с лица, посмотрев на принца с откровенным ужасом. У магов вооще начали дрожать руки, такого Тинувиэль не видел ни разу.

– Твой наставник служит Тьме?! – Алливи отшатнулась от брата.

– Никому он не служит! – рявкнул в сердцах Тинувиэль, едва не плача от отчаяния – да что они все, с ума посходили? Не были же они раньше такими! Никогда не были!

– А…

– Нас не спросили, на нас эти мечи свалились, как птичье дерьмо на голову! И все мы – кровные братья!

– Не нужны эльфу люди и орки в кровных братьях! – отрезал Фартаэль. – Да, я предпочел бы иметь мечи Жизни в Эльваране. Но только если их носитель будет истинным эльфом. Отрекись и оставайся дома, мы будем рады тебе, сын.