Отзвуки серебряного ветра. Мы — есть! (Честь+Вера) - Эльтеррус Иар - Страница 374

— Там поглядим… — проворчал вор, понимая, что с корабля все равно никуда не денется. С магами ему дела иметь не сильно-то хотелось. Каждый слышал о безжалостности умеющих управлять вероятностью, и мало кто хотел становиться у них на дороге.

— Ладно, Харбиль, так ты свяжешься? — повернулась к снова опустившемуся на пол магу Мара.

— Уже, — ухмыльнулся тот. — Нам приказано отойди к астероидному полю в двадцати световых годах отсюда, около внешней планеты системы Паренкет, и ждать там. На территорию Гнезд граф запретил соваться при любом раскладе. И ты права, база эвакуирована, ни хрена собачьего мы там не нашли бы.

Остальные семеро довольно мрачно посматривали на магов, пытаясь понять, что будет дальше. Каждый слышал о них, видеть вот только не доводилось. Да и слухи о колдунах ходили страшноватые. Для чего они этой девице? Раньше все казалось ясным — девка хоть и чокнутая, но своя. Пуд соли вместе сожрали. И идти за ней бывшие зеки готовы были хоть в огонь, хоть в воду. Показала уже, чего стоит. А что теперь делать? Каждый задавал себе этот вопрос и не находил на него ответа.

— Не бойтесь, мужики! — рассмеялась Мара, уловив их смятение. — Наши люди никогда в обиде не остаются. Кто не захочет в мою команду, тому дам денег и отпущу.

— Там поглядим… — глухо пробормотал Донник, настороженно поблескивая глазами, остальные промолчали.

Несколько часов прошло в молчании. Мара даже поспала немного. Она не беспокоилась, что на нее попытаются напасть — знают, что никто, кроме нее, не умеет пилотировать корабль. Да и Убийца была начеку. Она привела «Клинок» к орбите внешней планеты системы Паренкет и спрятала его в тени одной из шести мелких лун, походящих скорее на крупные астероиды. Ожидание затягивалось, и девушка понемногу начала нервничать. Выйдя в кают-компанию, она взяла себе поесть и хотела было усесться на один из диванов, но услышала голос искина корабля.

— Капитан, нас вызывают на связь, — доложил он. — По указанному вами шифрованному каналу «бета-34».

— Ответь!

— Готово, включаю, — сказал искин через несколько секунд.

Большой голоэкран на стене кают-компании загорелся, и на Мару уставились хорошо знакомые, слегка насмешливые глаза Дарва ис Тормена.

— Ну, здравствуй, девочка! — улыбнулся граф. — Рад тебя видеть. Справилась хорошо, Харбиль уже доложил мне. С этого момента ты допущена к настоящему делу. Хватит тебе в игрушки играть.

— Я тоже рада вас видеть, учитель! — ответила девушка. — Что мне делать дальше?

— Пока жди, мы через четверть часа выйдем из гипера около вас. Успокой своих людей, иду большим флотом. Сама знаешь, каких кораблей. А то увидят и сходить с ума начнут.

— Успокою, — кивнула Мара.

— Капитан Герсен! — вдруг встал на ноги Плюхатый. — Это вы или я брежу?

— Ба! — в голосе графа зазвучала искренняя радость. — Кого я вижу?! Кугар! Морда твоя коцаная! Так это тебя моя девочка с каторжного корабля вытащила?

— Получается, что меня, — развел руками вор. — Я когда из госпиталя вышел, вас искал, но «Пьяный Парус» не вернулся из последнего рейса. Думал, вы погибли.

— А мне сообщили, что тебя во время фарланского конфликта убили. Ты же в наемники тогда, насколько я знаю, подался. Где был-то? Как на каторгу загреметь ухитрился?

— В фарланской заварушке едва жив остался, — проворчал Плюхатый. — Посекло здорово. Подлечился и домой, в Тиум, подался, думал поживу спокойно. Ага, разогнался один наивный дурак. Долго рассказывать, а если коротко, то связался сдуру с ребятами из одной хитрой касты, пришлось всех их замочить, хотели слишком многого. Объявили меня в розыск, старые дружбаны помогли скрыться и осесть на дне столицы. Понемногу в авторитет вошел. Только все равно взяли. Сами знаете, как работает тиумская криминалка. Они, суки долбаные, еще и охотников подключили. Газом подземные уровни потравили, а всех выживших — на каторгу.

— Лучше бы ты на меня работал, Кугар, — скривился граф. — Ну да ладно, теперь все в порядке будет. Дел у нас немеряно впереди. Больших дел.

— Да я с удовольствием! — усмехнулся вор. — Капитан Герсен своих людей никогда не обижал, это каждой собаке в галактике известно. Так эта девочка ваша?

— Моя, — кивнул ис Тормен. — Надеюсь, поможешь ей опериться, а то горячая сильно, может влететь по глупости. Но толковая.

— Я заметил, — едва сдержал смешок Плюхатый. — Сдерживать себя пока не умеет.

— Научим, — махнул рукой граф. — Задатки зато большие.

— Но она маг…

— А я кто, по-твоему? — приподнялись брови ис Тормена. — Думаешь, с чего у меня все получалось? Никогда не интересовался?

— Да этим все интересовались! — фыркнул вор. — Каких только слухов не ходило. Поговаривали даже, что вы душу Проклятому за удачу продали. Чего только не выдумывали.

— А я всего лишь маг. Вот и все объяснение моей удачливости. Только и маги порой проигрывают. Некогда долго говорить, сейчас возьму ваш кораблик на борт, и будем ноги в темпе уносить. За нами сейчас три флота ордена гоняются. Очень бы не хотелось попадаться им. Зубы у них, гадов, большие…

— Это точно, — согласился Плюхатый. — Аарн лучше не попадаться. Мявкнуть не успеешь, как упакуют.

— Я уже и забыл твою любимую присказку! — расхохотался граф. — Ладно, отключаюсь, мы на подходе. Уйдем в глубокий прыжок, там будет время поболтать. Ты все так же предпочитаешь черное тиумское?

— А то! — осклабился вор. — Знатное пойло, от одного глотка глаза на лоб лезут.

Граф только ухмыльнулся в ответ, и голоэкран погас. Мара с интересом посмотрела на Плюхатого.

— А откуда ты графа знаешь? — спросила она.

— Слыхом не слыхивал, что капитан Герсен из графьев, — проворчал он. — Самый лучший из капитанов, с которыми я когда-либо летал. Немало мы с ним на старом «Пьяном парусе» по космосу в свое время пошастали. И от ордена драпали, и от полиции бывало. Он себе экипаж в последний рейс когда собирал, то я не попал, в госпитале валялся. До сих пор жалею. Только не спрашивай ничего конкретного, без разрешения капитана слова не скажу, с ним шутки плохи. Не любит он длинных языков.

— Полностью согласна! — хихикнула Мара. — Не дай Благие его подвести. Мало не покажется. Я его поначалу ненавидела. За дело ненавидела, а теперь смотрю снизу вверх и каждое слово ловлю. Редкий человек.