Отзвуки серебряного ветра. Мы — есть! (Честь+Вера) - Эльтеррус Иар - Страница 312

— Точно, девка… — удивленно подтвердил напарник, низкорослый, похожий на борца паргианин. — Ни фига же! Эт чего ж она такого натворила, шо ей пожизненное дали?

— А хрен ее знает, — рассудительно ответил толстяк, почесывая задницу. — Но красивая сучка. Во повеселимся после старта!

— А то! — довольно осклабился Фахи. — Ты ее тады в трюм не запирай, закрой в нашей каптерке. Никуда не денется.

Действительно, событие было неординарным. Женщин на Эрелен почти не ссылали. А если и ссылали, то это было замаскированным смертным приговором. Ничего удивительного — сперва над узницей тешилась охрана, а потом ее бросали в трюм, где добычу подхватывали три-четыре сотни сотни озлобленных, изголодавшихся по женскому телу мужиков. Понятно, что долго несчастная не жила, да и умирала очень нелегко. Никого ведь не интересовало, что творят друг с другом узники в трюме. Трупы каждое укладывали перед входом, охранники крючьями вытаскивали их и скармливали топке биопреобразователя. Скоро переработанная биомасса уже поступала на кухню, где из нее готовили еду для заключенных.

Приняв приговоренную у полицейских, охранники от души полапали очень красивую, миниатюрную черноволосую девушку. Она упрямо молчала, только в глазах горела мрачная, жестокая ненависть. Ох, как же это напоминало Маре питомник! Учитель сказал, что она должна вынести все, что с ней сделают и не сломаться. Что ж, вынесет. И сломать ее не получится ни у кого. Наигравшись, охранники с сожалением зашвырнули девушку в каптерку — до старта времени на забавы у них не было, капитан корабля, в случае чего, способен доставить любому вертухаю немало неприятностей. Экипаж охрану и так едва переносил, с радостью подставляя при любой возможности. Они отвечали астронавтам злобной ненавистью.

Мара сидела на полу каптерки и ковырялась пронесенной во рту шпилькой в замке оков. Очень не хотелось встречать насильников беспомощной. Она вовсе не собиралась отдавать этим потным скотам свою девственность без боя. Они, идиоты, как видно, не прочли сопроводительных документов, а то бы не рискнули оставлять опасную преступницу наедине с собой. Очень жаль, что учитель запретил использовать магию, но что делать? Запретил и явно где-то неподалеку за ней наблюдает маг-соглядатай. Лучше не рисковать. Девушка только сомневалась, что сумеет выдержать изнасилование и не сорваться.

«Злюка, марш в самую глубину, — холодно приказала Умница. — И не смей даже носа казать!»

«Иди ты в задницу! — огрызнулась та. — Понимаю я. Тут не меня, тут Ведьму контролировать надо».

«А чего меня контролировать? Я все понимаю и сама поставила блок, чтобы, не дай Благие, не коснуться вероятности. Жить не меньше вашего хочу. Вот в трюме уже придется драться всерьез. Ты готова, дорогая?»

«Всегда… — ласково пропела в ответ Убийца. — Вы мне их только покажите, а там уже я справлюсь».

Все пятеро довольно гнусно захихикали, представляя, как оторвутся в трюме. Но для начала придется перетерпеть изнасилование. Очень не хочется, но придется. Впрочем, если отбить кому из охранников его причандалы, то может и отстанут, сразу в трюм отправят. Только вряд ли, им редко попадают в руки красивые женщины и ветухаи не упустят возможности насладиться ее унижением. За всеми этими мыслями Мара и не заметила, что гул двигателей усилился и перегрузки стали для нее неожиданностью. Девушка рухнула на металлический пол и только застонала от боли в спине. Она едва могла дышать и думала, что этот кошмар никогда не закончится. Но он закончился. На очень короткое время воцарилась невесомость и капитан включил с главного пульта искуственную гравитацию. Тюремный корабль начал свой полуторамесячный путь к каторжной планете Эрелен.

Долго ждать не пришлось. Дверь каптерки распахнулась и в дверях появился приземистый охранник. Судя по акценту, паргианец. Он ухватил Мару за ногу и вытащил в большую кают-компанию. Там уже собрались предвкушающие развлечение вертухаи. Девушка, шипя от боли, сосчитала их и вздрогнула. Благие! Десятеро! Как бы не все охранники, кроме дежурной смены, тут собрались. А чего, впрочем, она ждала? Жаль не успела ноги хотя бы освободить… Мало бы этим сволочам не показалось. Но они и сами оказались перед дилеммой. Узница ведь скована по рукам и ногам, такого вертухаи давно не видели. С чего это так жестко обошлись с какой-то девкой? Ее даже раздеть в таком положении невозможно. И охранники сдуру сняли с Мары ножные оковы…

Казалось, по кают-компании пронесся вихрь. Уже несколько вертухаев выли по углам, держась руками за отбитые напрочь причинные места. Остальные бестолково мотались со стороны в сторону, орали, хватались за оружие, не понимая что случилось и куда делась девка. Только паргианец не растерялся. Он выхватил парализатор и провел по комнате широким лучом, не обращая внимания, что валит своих же товарищей. Странно, но это помогло. Луч краем задел Мару и она рухнула на пол. В сознании остались только трое ошеломленных до онемения вертухаев. Но они быстро опомнились и если бы не паргианец, забили бы девушку насмерть. Но тот оттащил брызгающих слюной от ненависти охранников от Мары и снова сковал ее. Потом внимательно посмотрел на изящное существо и только покачал головой при виде того, что оно натворило со скованными руками. После чего взял сопроводительные документы и принялся читать.

— Я сейчас эту суку поганую… — стонал толстяк, которого девушка хорошенько «приласкала» по самому нежному месту. — Она у меня спермой, падла, захлебнется…

— Не советую, Депет, — фыркнул паргианец. — Мы с тобой два идиота. Нет, чтоб сразу сопроводиловку поглядеть, накинулись на девку, думая, шо обычная.

— А шо не так?

— Статья 15/2 бис. На ней полторы тыщи трупов. Голыми руками людей на клочья рвала, понял? Спасибо скажи, шо мы ей руки не расковали.

— Ни хрена себе! — отвисла челюсть у толстяка. — Не брешешь?

— Сам погляди, дубина, — проворчал паргианец. — Тебе мало? Смотри, допрыгаешься.

— А шо она сейчас сделать могёт? Скована! Щас распну и отымею.

— Как хочешь. Я тебя предупредил. Сам рисковать не стану, такие обид не забывают.