Отзвуки серебряного ветра. Мы — есть! (Честь+Вера) - Эльтеррус Иар - Страница 154

— Так что посмотреть найдется на что! — рассмеялась Даша. — Когда освободишься, приглашаю в гости. И я, и мои подруги будем рады тебя видеть.

— А подруги что, тоже?

— Да, — усмехнулась девушка.

— Зайду… — протянула Барра, ухмыльнувшись. — Обязательно зайду. Как найти?

— Попроси Асиарха провести тебя в каюту Даши.

— Кто такой Асиарх?

— Дварх, душа и разум крейсера. Он здесь везде, позови его по имени, и он сразу отзовется.

— Поняла, — кивнула Барра.

— Ладно, не буду тебя больше отвлекать, там Арсан собрался вам что-то новое объяснять.

Сказав это, Даша улыбнулась, почесала спинки так и не отставшим от нее сильфам, махнула рукой на прощание и скрылась в распахнувшейся на стене воронке гиперперехода.

На дереве было хорошо. Ленни щурился, смотря на солнце сквозь густую листву. А главное, что никто его здесь не найдет, не станет дразнить, дергать, приставать. Особенно Тартик со своей компанией прихлебал. И чего им надо? Чего все время пристают и не дают жизни? Мальчишка вздохнул и посмотрел на закрытые ворота невдалеке. Весь вчерашний день их детский дом стоял на ушах, учителя и воспитатели обсуждали ужасную новость — передачу детского дома под патронаж ордена Аарн. Они носились без толку, вскидывали руки и громко причитали над горькой судьбой «бедных деточек». Ленни зафыркал, вспомнив их суету. Ну да, было бы им какое дело до кого-нибудь их этих деточек! За сытную кормушку, небось, беспокоятся. Государство выделяло на детские дома достаточно средств, только до детей, почему-то, почти ничего не доходило. Наверное, осаждалось по дороге в карманах разных добрых дядь и теть, вопящих о счастливом детстве для несчастных сироток. Ленни не спускал глаз с ворот — этим утром в детдом должен прибыть новый директор, назначенный орденом, и хотелось бы на него посмотреть заранее, надо знать, чего вообще можно ожидать. А уж как новое начальство ожидал персонал… Из каждого угла доносилось сдавленное, змеиное шипение. Каждый пророчил страшные беды, кое-кто даже договорился до того, что новый директор будет завтракать живыми детьми и заставит несчастных воспитателей на это смотреть. Дети, подслушивавшие эти разговоры, пищали от восторга и предвкушали что-то невероятное, смотря как бесятся обычно преисполненные чувства собственного достоинства воспитатели и учителя.

К воротам подошел одетый в короткие, до колен, залатанные черные штаны и ярко-красную косоворотку длинноволосый парень. Типичный хиппи из молодежных лагерей неподалеку, где собирались любители потусоваться и попеть бездарных песенок собственного сочинения. Приличное общество с брезгливостью отворачивалось от этих недоумков, на них старались не обращать внимания, а они не обращали внимания на остальных. Ленни с недоумением посмотрел на него — подобных личностей полиция обычно отлавливала еще на подступах к Кларету, маленькому городишке в сорока милях от Триррада. Недалеко от Кларета и расположился их детдом. Один из многих, состоящих на содержании у государства. Парень отбросил за спину длиннющие черные волосы и с интересом уставился на двухметровую решетку. Потом постучал в ворота, но охранник не обратил на него никакого внимания, небрежно махнув рукой — иди, мол, отсюда, болезный. Не до тебя. Хиппи пожал плечами, отошел на несколько метров, разбежался и перемахнул через ограду в тройном сальто. Ленни только рот открыл, увидев такой трюк. Такое он видел до сих пор только в приключенческих инфофильмах, и все говорили, что это монтаж, что человек на это не способен физически. Ага, вот тебе и не способен! Ошеломленный прыжком через ограду охранник опомнился и бросился к нарушителю, расстегивая на ходу кобуру плазмера. Но хиппи что-то показал ему, и охранник мгновенно сник, сразу начав кланяться и извиняться. Что за чудеса? Дети опасались подходить близко к этому злобному человеку, многие отхватывали от него по шее. Разве что изредка кто-нибудь бросал в будку охранника камень и тут же сматывался. А посетителю войти на территорию детдома было почти невозможно, для того требовалось такое количество документов, что мало у кого хватало терпения, чтобы пробиться через бюрократический барьер. Так, похоже начинается что-то интересное. Хиппи отмахнулся от охранника и двинулся по дорожке вглубь территории детдома. Но поравнявшись с деревом, на котором сидел Ленни, остановился.

— Привет! — сказал он. — А я тебя вижу! Плохо спрятался!

Неправда! Ленни хорошо спрятался, никто до сих пор его не находил. А этот, вишь, какой глазастый попался! Хиппи подождал немного, потом подпрыгнул и мгновенно оказался рядом с мальчишкой. Он уцепился одной ногой за ветку и повис вниз головой. Но сразу извернулся, изогнув туловище совершенно нечеловеческим образом, вытянув его почти горизонтально и оказавшись лицом к лицу с изумленным таким исходом дела Ленни.

— Привет! — снова сказал хиппи, покачиваясь на ветке, как покачивается змея. — Меня Барликом зовут. А тебя?

— Ленни… — неохотно пробурчал ошеломленный мальчишка. — Что ты тут делаешь?

— Я ваш новый директор, — хихикнул длинноволосый, а Ленни от этого известия чуть не свалился с дерева.

Это директор?! Ой! Интересно, а чего воспитатели на такого директора скажут? Нет, на это обязательно надо посмотреть. Мальчишка захихикал.

— Что смеешься? — иронично заломил бровь хиппи. — Не веришь?

— Да не! Я лица господ воспитателей представил… Во вытянутся!

Новый директор тоже захихикал. Потом протянул Ленни руку, мальчишка неуверенно пожал ее. И обнаружил у себя в кулаке неизвестно как оказавшуюся там конфету.

— Ну что, пошли шороху наводить? — весело спросил хиппи.

— Пошли!

Почему-то Ленни ощущал себя рядом с этим человеком очень легко, свободно. Хотелось доверять ему. Хотелось поделиться с ним всеми своими мечтами и планами на будущее. Почему-то показалось, что он не станет смеяться и читать нудные нотации, призывая не заниматься глупостями и хорошо учиться. Что вместо того выслушает и подскажет, как добиться желаемого. Господин директор не стал спускаться, он просто разжал ноги, которыми удерживал себя на ветке, и рухнул на землю вниз головой. Мягко прокатился клубком по траве и встал. Потом повернулся и протянул вверх руки.