Огненный шторм - Янковский Дмитрий Валентинович - Страница 52

Мы вошли в полутемный зал, который располагался в полуподвальном помещении. Все, кто входил, оказывались на ярком фоне открытой двери, и сидящие в зале могли рассмотреть вошедших, сами оставаясь невидимыми. Старый трюк, использовавшийся на сотнях планет. Но он не был каким-то затруднением для нас. Натренированные бойцы федеральной армии могли почти в полной темноте чувствовать присутствие противника. Не говоря уже о «бессмертных».

Володаров спустился в зал. Мы с Игнатьевой пошли за ним. Паршков остался у двери. Военные навыки действовали и в более-менее мирных условиях. Но насколько они мирные, здесь еще было непонятно. Я чувствовал, что у каждого из находившихся в зале как минимум по одной единице огнестрельного или лазерного оружия. В полумраке тонули столы, за которыми сидели люди группами от трех до шести человек.

Пиратский капитан занял стол и сел. Присела и Игнатьева. Я остался стоять, пока к нам не подошел Паршков и тоже не сел. Генерал внимательно смотрел по сторонам. Я был уверен, что он не пропустит начала нападения, если таковое последует. Вскоре к нам приблизилась официантка.

– Что будете заказывать? – прощебетала она.

– Мне, пожалуйста, только вино. Что-нибудь полегче, – ответил Володаров. – А ты будешь что-нибудь, Игорь?

– Окрош… – начал было я и осекся. Только сейчас я вспомнил, что не ел с утра. А учитывая то, что мы не ели во время перелета, аппетит разыгрался зверский. Но я вовремя сообразил, что моего любимого блюда у них нет. – Принесите что-нибудь мясное. А запить какой-нибудь безалкогольный напиток.

– А вам что? – спросила официантка, обращаясь к Паршкову и Игнатьевой.

– А нам то же, что и товари… – начал Паршков и чуть не проговорился, но Игнатьева его перебила.

– То же, что и ему, – девушка небрежно махнула рукой в мою сторону. Отлично играет, я мысленно ей поаплодировал.

– Сейчас заказ будет готов, – официантка собралась уйти, но Володаров ее остановил:

– И, пожалуйста, фирменное.

– Сейчас, сейчас, – еще шире улыбнувшись, проговорила девушка.

– А что у них считается фирменным? – спросил Паршков, когда она ушла.

– Если клиент просит «фирменное», значит, он хочет, чтобы к нему подошел человек, с которым можно договориться о найме бойцов, – пояснил Володаров.

– А почему такая конспирация? Это что, нелегально?

– Полулегально, – с улыбкой ответил Володаров.

Вскоре официантка появилась с двумя тарелками в руках. Одну она поставила передо мной, а другую перед Паршковым. Блюдо пахло довольно аппетитно. Оно представляло собой хорошо зажаренный кусок мяса, залитый сверху местным аналогом сыра и еще политый каким-то темно-красным соусом. Паршков быстро принялся за еду. Он отрезал большой кусок и стал его жевать.

– Вкусно! – сказал он, проглотив кусок и положив в рот следующий.

Официантка появилась снова, неся в одной руке тарелку с порцией Игнатьевой, а в другой – поднос, на котором стояли заказанные нами напитки и бокалы.

– Скажите, – спросила Игнатьева, когда официантка поставила перед ней тарелку, – а что это вообще такое?

– Это сейок в собственном соку и под сырным соусом.

– А что такое сейок? – спросила девушка у Володарова, когда официантка удалилась.

– Это местный аналог лягушки, – меланхолично ответил пират, наблюдая за реакцией Паршкова. Когда до меня дошел смысл сказанного, я тоже уставился на генерала, почти расправившегося со своей порцией. – Но побольше. Длина достигает двух метров, а вес – ста пятидесяти килограммов. Готовят его в желчи, извлеченной из его же желудка. Это и называется «в собственном соку».

Паршков поднял глаза на Володарова. А в следующую секунду за нашим столом раздался взрыв хохота. Не смешно было только генералу. Он выплюнул все, что у него было во рту, на тарелку и, спешно открыв бутылку с заказанным мною напитком, принялся глотать прямо из нее. Он оторвался от горлышка только спустя треть минуты, полностью выпив все содержимое.

– Могли бы предупредить! – с детской обидой проговорил Паршков.

– А вы не спрашивали! – весело ответил Володаров.

– Фу! – воскликнул генерал, – Какая гадость!

– А когда вы его уплетали, так не говорили! – пиратский капитан жестом подозвал официантку и сказал: – Унесите пожалуйста пустую тарелку, бутылку и оба сейока.

– Они вам не понравились? – спросила официантка, собирая тарелки.

– Слишком экзотично, – ответил я, – Нашему другу после этого сейока стало не очень хорошо, – я кивнул в сторону Паршкова.

– Вам еще что-нибудь принести?

– Да, пожалуйста, еще одну бутылку этого безалкогольного напитка.

Когда полная бутылка оказалась на нашем столе, я открыл ее и разлил по бокалам. Осторожно отпив немного, я поморщился. Напиток был очень кислым. Прочитав этикетку, я удивился, как Паршков выпил аж полтора литра этой кислятины одним махом. Но, видимо, после лягушки ему и оружейное масло показалось бы медом.

– Надеюсь, это не какой-нибудь экстракт из крови очередной улитки? – спросила Игнатьева, с подозрением рассматривая жидкость в своем бокале.

– Нет, напиток растительного происхождения. Его делают из… – Володаров не успел закончить фразу, так как за наш столик сел элегантный молодой человек в черном костюме.

Его телосложение было явно не военным, но жесты и механика движения выдавали в нем опытного бойца, явно служившего в армии, а на бедре висела кобура, сейчас скрытая одеждой.

– Это выжимка из плодов местного аналога земной малины, – улыбаясь всеми тридцатью двумя белоснежными зубами, уточнил молодой человек. – Но вы, кажется, пришли сюда не для дегустации напитков.

– Да, нам нужна серьезная боевая группа, – Володаров отставил бокал. – И офицеры.

– Ох, это будет стоить дорого, – человек улыбнулся еще шире, хотя раньше казалось, что шире уже некуда. – А сколько вам необходимо человек?

– Десять бойцов для абордажа и пять офицеров – второй пилот, артиллерист, офицер связи, начальник санчасти и командир инженерной секции.

– Пятнадцать человек. Что же вы «Месть» хотите брать, что ли?

– Да, – с честными глазами ответил Володаров.

– Хорошая шутка, – засмеялся наш собеседник. – И хороший способ напомнить, что у вас могут быть свои тайны. Да, конечно, это ваше дело, зачем вам нужны бойцы. Нужны, значит, нужны. Это не наша забота. Наша забота только в том, чтобы вы заплатили вовремя. Итак, сколько вы можете предложить? И на какой срок вам нужны бойцы?

– Мне они нужны всего на два дня. Но плачу я за месяц. Пять тысяч за каждого.

– Пять тысяч, – протянул человек, – вообще-то мы берем по три тысячи за месяц. А учитывая то, что вы нанимаете столько бойцов сразу, мы еще сделаем вам скидку. Скажем, не три тысячи, а две тысячи пятьсот.

– Нам не нужны скидки. Я плачу пять тысяч. И бойцы возвращаются сюда через два дня. Но мне нужно, чтобы они были у меня на борту через полчаса.

– А куда вы так спешите? Хотя это тоже не мое дело. За пять тысяч они будут у вас через пятнадцать минут. Договорились! Вы теперь всегда желанные клиенты у нас, – человек встал и собрался уходить, но внезапно остановился. – И, разумеется, этот ужин за счет заведения. Мы доставим бойцов на наших челноках. У какого причала вы остановились?

23:04:20.

– Отлично, теперь мы в расчете! – воскликнул молодой человек, когда Володаров ввел в переносной компьютер секретный код и сумму, снимаемую со счета. – Можете возвращаться на свой корабль. Наши бойцы уже дожидаются вас. И я буду рад видеть вас еще…

Следующие несколько секунд показали, что парень не будет рад видеть нас. И вообще, он больше ничего и никогда не увидит.

Я сидел спиной к выходу, но даже так почувствовал опасность, исходящую оттуда. Дверь распахнулась, и тут же, с порога, в нас открыли огонь. Первый лазерный выстрел попал в парня и пробил ему сердце. Мгновенно в моей руке оказался «ЛПМ», и я дал длинную очередь по нападавшим. Они стояли в так называемой воронке смерти, в зоне, которая находилась в дверном проеме помещения и, будучи освещенной светом, проникающим через проем, хорошо простреливалась изнутри. Практически одновременно нападавшие – как я оценил, их было трое – рухнули на пол. То, как эти люди действовали, было непрофессионально. Любой военный, который хоть что-то понимал в своем деле, постарался бы как можно скорее преодолеть «воронку смерти» и открыть огонь, находясь уже внутри.