Никто, кроме нас - Васильев Владимир Николаевич - Страница 61

– Андрей Константинович, – прервал Бекасова Попов. – Операция займет максимум сутки. После этого забирайте своего Свирского на здоровье, никто не возражает. Но на операции управлять сшивкой будет он, и только он. Потому что никто лучше него со сшивками не управляется, вы ведь сами говорили.

– Понятно, – вздохнул успокоенный Бекасов. – Что ж, мне остается лишь подчиниться и пожелать вам удачи. Когда придет транспорт за моими… хотя, наверное, теперь уже не моими людьми?

– Часа через два, полагаю. Намекните Веселову, Шулейко, Забирану, Танасевичу, МакГрегори и Сориалу, чтоб паковали вещички. Ну и Свирскому, разумеется.

– Понял, господин полковник. Это все?

– Все.

– До свидания.

– До свидания, профессор.

Бекасов уже протянул руку к сенсору, когда Попов неожиданно снова окликнул его:

– Профессор!

– Да, коллега?

– Спасибо вам. Вам и вашей группе.

Бекасов улыбнулся, шевельнув эспаньолкой и протяжно вздохнул:

– Служу доминанте…

3

Разбор закончили быстро, минут за сорок, и к великой радости не обнаружили никаких отклонений от загодя просчитанного графика. Впрочем, если Бекасов, не дожидаясь обратной переброски бота, дал команду вносить испытываемую сшивку в список активных, значит, он на двести, на тысячу двести процентов уверен в положительном результате.

После разбора с шутками-прибаутками ухнули две бутылки розового игристого вина с Фалькау. Сориал чуть не разбил фамильный бекасовский бокал какого-то древнего хрусталя – спасибо, Вася Шулейко среагировал, поймал на лету, у самого пола. Бекасов пообещал зашвырнуть Сориала куда-нибудь в хромосферу Регора или, например, Менкиба. Сориал ужаснулся – можно было легко подумать, что искренне.

Саня, приятно одурманенный шампанским, уже прикидывал, какой будет следующая сшивка. Практически все варианты усиленной октагональной схемы они отработали, так что можно переходить и к схемам позамысловатее. Эдик Свирский вполголоса толковал об этом же с другим физиком – Найджелом Вайнштейном. В общем, настроение у квазаровцев было приподнятое.

И только Бекасов казался печальным. Нет, он вел себя совершенно естественно, шутил, смеялся, чокался своим любимым хрусталем. Но глаза… Его выдавали глаза. Саня как заметил это – сердце екнуло.

«Та-а-ак! – подумал он, быстро трезвея. – Кажется, грядут перемены…»

И действительно: через полчасика Бекасов встрепенулся, отгоняя какие-то свои непостижимые мысли, и тихо, тише, чем обычно и чем требовала обстановка, объявил:

– Ну, что, коллеги? Как выяснилось, мы сделали, все, что от нас требовалось. «Квазар-четыре» расформировывают.

– То есть как? – не поверил Эдик Свирский. – Мы же только начали?

– Сейчас война, – напомнил Бекасов. – Исследования, конечно же, когда-нибудь будут продолжены, возможно, даже (и я на это надеюсь) кем-то из нас. Но это будет уже не «Квазар-четыре». За диссертацию, Эдик, не беспокойся, ничего, в сущности, не меняется и я тебя не бросаю. Только тебе, а также кое-кому еще, придется сначала выполнить еще одну миссию – очень важную, насколько я понимаю.

– Кое-кому – это кому? – пробасил Вайнштейн с нескрываемым подозрением.

– Не тебе, Найджел, – успокоил его Бекасов. – Искателям. Тоже не всем. Веселову, Шулейко, Забирану и Танасевичу. А также вам, Дейв и Жорж. Причем отбыть вам предстоит прямо сейчас – примерно через час придет бот. Дела сдавать не нужно, тут есть кому разобраться. Идите пакуйте вещи. Только очень прошу: без прощаний и объятий, я этого не люблю. Обнимемся, когда встретимся вновь. До свидания.

Бекасов по очереди пожал руки всем, кому велел отбыть, кивнул остальным и вышел, даже не забрав свой любимый хрусталь.

Часа хватило и на сборы, и на финальные посиделки с ребятами – правда, без Бекасова. Просто не решились его позвать, раз шеф предпочел попрощаться заранее.

А потом пришел бот и семеро из более не существующего проекта «Квазар-четыре» довольно быстро переместились на просто-таки огромный корабль. Еще на подлете МакГрегори, глядя в иллюминатор, впечатление присвистнул:

– Ого! Флагман флота! Ничего себе!

– А откуда видно, что флагман? – спросил Свирский, который помимо физики и математики в жизни знал мало что.

– Огни, – снисходительно пояснил Серега Забирай. – Причем мы сейчас находимся где-то в тылу, иначе огней не было бы.

Он говорил сущую правду. Искатели в таких вещах разбираются не хуже военных.

– Братцы, – вдруг встрепенулся Вася Шулейко, до этого мирно дремавший в кресле. – Е-мое! На созвездия взгляните! Мы же в Солнечной! Это «Евразия», не иначе!

И Вася не ошибся. Большой корабль действительно оказался флагманом флота «Евразия».

Им не дали даже толком разместиться – велели оставить вещи в отведенных каютах и привели в класс-кабинет, где предложили рассаживаться за изогнутые столики. В классе, кроме прибывших с «Квазара-четыре», было человек десять военных и четверо в штатском. Едва экс-квазаровцы расселись, один из штатских вышел к небольшой трибуне, призванной скорее удобно раскладывать записи и трансляторы, нежели возвысить оратора над слушателями.

– Господа! – обратился он к присутствующим. – Война вступает в заключительную фазу, и это не может не вселять в наши сердца оптимизм. Однако враг еще не разгромлен. Вы призваны союзом и доминантой нанести врагу один из решающих сокрушительных ударов. Для всех присутствующих в общем и целом не секрет, чем вы занимались еще сегодняшним утром, поэтому буду говорить без обиняков: ваша миссия состоит в управлении одной из последних отработанных объемных сшивок. Цель миссии – забросить группу из пятнадцати человек и одного шат-тсура в указанную точку пространства, а в указанное время вернуть ее в стартовую область, то есть нужна типовая двухцикловая трансгрессия. Предварительно вы должны будете в исключительно сжатые сроки обучить еще семь групп, состоящих из инженеров и ученых, уже имеющих довольно богатый опыт работы с несложными объемными сшивками. Времени у нас в обрез, поэтому начинаем прямо – сейчас. Учебные группы уже сформированы; группой А будет руководить Эдуард Свирский – это физики, группой В – Александр Веселов и Василий Шулейко, соответственно – головная наводка и позиционирование, группой С – Иван Танасевич и Сергей Забиран, оперативные работы и группой D – Денис МакГрегори и Жорж Сориал, техноконтроль и дубляж. Занятия…

– Простите, можно вопрос? – перебил оратора Свирский.

Тот поиграл желваками, видимо, не привык, когда его перебивают, но все же позволил:

– Только коротко.

– Сшивки какого типа предстоит использовать?

– Вам и еще одной группе – «Омикрон-два», остальным – «Омикрон-один-бис». Еще вопросы будут?

– Пока – нет, – ответил Свирский и чему-то заулыбался.

– С вашего позволения, я продолжу. Итак, занятия…

«Неужели все? – отрешенно подумал Саня. – Неужели конец войне? Неужели напряжемся еще разок и наконец-то расхлебаем эту кашу, которую заварили мы с Тахиром, мир его праху, Васькой и мымрами-научницами?»

Хотелось в это верить.

Веселов встряхнул головой, отгоняя назойливые мысли, и принялся внимательно слушать сурового, как и все силовики из начальства, мужчину в штатском.