Никто, кроме нас - Васильев Владимир Николаевич - Страница 56

2

– Разрешите, господин президент?

– Входите, полковник, входите! Жду вас с нетерпением.

Полковник Попов, не нарушая тиши президентского кабинета, тенью переместился к гостевому креслу. Рядом с креслом висел над покрывающим пол ковром небольшой столик для документов.

– Не правда ли, неизмеримо приятнее встречаться вот так, лично и разговаривать не с изображением в видеостолбе, а с живым человеком? – усмехнувшись, спросил президент. Заполнить неизбежную паузу – святое дело!

– Не знаю, мне все равно, – равнодушно отозвался Попов. – Но теперь действительно можно позволить себе наносить персональные визиты вместо виртуальных. Перелеты перестали отнимать уйму времени. Это и в самом деле радует.

Попов и не думал рисоваться. Его пост подразумевал отрешенность от романтики, да и вообще от эмоций. Полукиборг Чиль Опте и то выглядел живее шефа контрразведки доминанты. Наверное, так и должно быть – если вдуматься как следует.

Президент терпеливо ожидал.

Полковник не любил ненужной спешки, поэтому он неторопливо уселся в кресло, неторопливо раскрыл тоненькую непрозрачную папочку с вакуумным замком, пристроил ее на столике и лишь после этого изобразил на лице готовность к диалогу.

– Итак, что вы снова затеяли? – оживился Вернер Винцль.

– Господин президент! Я в общих чертах знаком с выкладками аналитиков и с планом предстоящих чрезвычайных ударов по Тсурре, Оа, Файд-Зегу и Багуте. Однако я считаю, что перед этим следует провести еще одну операцию. Суперчрезвычайную, если не возражаете против подобной формулировки.

– Какую же?

– Непосредственный захват императора Унве и доставку его в контролируемую нами область пространства.

До сих пор президент слушал с живейшим интересом, подавшись к собеседнику. Однако последняя фраза заставила его откинуться на спинку кресла.

– Но полковник… Если вам не удалось на брошенной силами оаонс Иншуди захватить шефа их клановой разведки, то как…

Президент умолк, справедливо посчитав дальнейшие слова излишними. В самом деле – уж шеф-то контрразведки доминанты Земли прекрасно осведомлен, в какой неприступной крепости обитает главный баламут галактики и основная головная боль стратегов союза – самозваный император Шат Унве. От империи которого, к счастью, на сегодняшний день мало что осталось. Но чтобы додавить эту неуступчивую гидру, все равно придется изрядно попотеть и вложить немало средств, это уж без сомнений. А полковник Попов предлагает новую авантюру после того, как провалилась многообещающая прежняя, калибром пожиже!

– По поводу ваших последних слов у меня два комментария, господин президент. Комментарий первый: к моменту начала операции на Иншуди мы еще не располагали генераторной сшивкой достаточно сложной топологии. Сегодня мы ею располагаем. Дабы не вдаваться в ненужные подробности, скажу вам, что семнадцать часов назад физики «Квазара-четыре» успешно трансгрессировали в мой кабинет…

– Простите, – перебил президент. – Транс – что?

– Трансгрессировали, – невозмутимо пояснил Попов. – Новый, а точнее, хорошо забытый старый термин, означающий нетрадиционное перемещение вещества в пространстве. С некоторых пор этим термином физики союза описывают транспортировку материальных тел посредством генераторных сшивок исполинов.

– Ага, понял, продолжайте.

– Так вот, – не меняя тона, вернулся к докладу Попов. – Семнадцать часов назад физики проекта «Квазар-четыре», испытывающие генераторную сшивку сложной топологии, трансгрессировали в мой кабинет вот этого крепыша.

Попов подал президенту плоскую голограмму, изображавшую рыжего хомяка, самозабвенно грызущего морковку.

– Крепыша зовут Сольдо; морковку он начал грызть в пятидесяти двух тысячах световых лет от моего кабинета. Так вместе с морковкой мне на стол и плюхнулся, прямо на скатерть. Погрешность трансгрессии – семь сантиметров. Чуть меньше.

Попов умолк, выжидательно глядя.

– То есть… – неуверенно начал, президент, приглашая развить мысль.

– То есть для десантирования группы захвата не нужно засылать корабль с финишным генератором. Мы можем отправить группу непосредственно в помещение, где пребывает император.

Президент все еще недоверчиво глядел на Попова.

– Но ведь отправить группу – это всего лишь полдела…

Однако. Попова трудно было смутить:

– Я еще не все вам рассказал, господин президент. Просидев у меня на столе пятнадцать минут, благополучно расправившись с морковкой и малость попутешествовав по скатерти, крепыш Сольдо отправился назад, в точку старта. За пятьдесят две тысячи световых лет. И вытащила его все та же сшивка сложной топологии. Безо всяких коридоров и финишных генераторов.

– Погодите… насколько я помню, генераторы работают только в вакууме и невесомости? Или на сшивки это правило не распространяется?

– Распространяется, господин президент. Сшивка, перемещавшая Сольдо, все время находилась именно в вакууме и именно в невесомости. Сольдо был помещен в специальный сосуд с воздухом, а сосуд – в стартовую сферу. Так вот, сшивка вынула Сольдо и часть воздуха прямо из герметичного сосуда.

Президент, подавшийся было вперед, снова откинулся в кресле и провел рукой по враз покрывшемуся испариной лбу.

– Господи… Что же за джинна работы исполинов мы выпускаем на свободу? Что еще можно сотворить с этими вашими сшивками? – глухо промолвил он.

– Пока не знаю, господин президент. На сегодняшний день могу лишь сообщить, что у нас в распоряжении появился идеальный транспорт. Мобильность порядком выше я пока не могу себе даже представить. Мы выиграли эту войну, господин президент, осталось лишь несколько финальных штрихов.

Некоторое время президент молчал. Потом поднял тяжелый взгляд на полковника и устало спросил:

– И кого вы намерены послать на эту… суперчрезвычайную операцию?

На это у Попова имелся заранее приготовленный ответ:

– Да все тех же сорвиголов, которых посылал на Иншуди.

Президент удивленно вздернул брови:

– Но позвольте! Их ведь захватила разведка Оа!

– Прошу прощения, но этого как раз касается второй комментарий к докладу, господин президент. Операция на Иншуди представляла собой более сложную, с позволения сказать, сшивку, нежели казалось со стороны. Живы наши сорвиголовы, здоровы и свободны, чего им сделается? И шеф клановой разведки нами захвачен, по нему как раз сейчас работают молодцы из отдела дознания. Уж извините, но кое-какие детали операции я позволил себе скрыть даже от вас – исключительно для пользы дела. Главное, что эта матрешка блестяще сработала…

База реабилитации личного состава подразделений «Хозчасти».

1

Скотч вынырнул из беспамятства, словно без минуты утопленник, внезапно глотнувший воздуха. За веками брезжил желтоватый свет.

Он помнил все, вплоть до момента, когда его хватили по голове.

«Плен», – подумал Скотч уныло и потерянно. Продолжение мысли было отчетливо нецензурным.

– Давай-давай, отворяй очи, – насмешливо сказали рядом до боли знакомым голосом. – Веки все равно дрожат, не притворяйся. Мы тебе лошадиную дозу стимулятора вогнали.

Тотчас знакомо заныло плечо – действительно вроде как после инъекции.

– Ау, Скотче! Оживай давай, хорошие новости.

Голос принадлежал не кому иному, как Мельникову.

Скотч медленно открыл глаза. Он лежал на обычном топчанчике, какие составляют непременную часть обстановки любого медпункта. Рядом переминался с ноги на ногу румяный толстячок в белом халате; чуть дальше стоял Мельников собственной персоной. Толстячок улыбался – рот до ушей, Мельников ухмылялся – с эдакой дружелюбной ехидцей.

– Ну что? Уже успел придумать способ самоубийства, а? Гвардия умирает, но не сдается, а?