Никто, кроме нас - Васильев Владимир Николаевич - Страница 40

Наверное, Йонас удивился бы, если бы узнал, что у физиков-оптиков уже несколько веков в ходу фразочка «забивать гвозди лазером». Но физиков-оптиков, дабы поведать об этом, рядом не случилось.

Йонас так увлекся, что не заметил, как прошли три часа из отпущенных на эвакуацию шести. Он выяснил, что система лазеров удивительно удачно сконструирована под его идею – возможно, Йонас, как и многие до него, просто стал очередным изобретателем очередного велосипеда.

В общем и целом, орбитальный комплекс походил на гигантское беличье колесо, по окружности которого располагались перекладинки стержней-лазеров. На некотором, очень небольшом, расстоянии от тыльной окружности располагались область взрывов и область обращения волнового фронта – еще одно колесо. Взрывы тщательно синхронизировались с каждым из тридцати двух лазеров. Центральный управленческий модуль обыкновенно удаляли на безопасное расстояние – камикадзе среди конструкторов комплекса явно не было.

В общем, вскоре Йонас понял, что теоретически он может даже попытаться взорвать одно микросолнце прямо внутри колеса, но так и не придумал, как его туда поместить. С беличьим колесом было проще – его так и не пограбили на стандартный модуль сопряжения с любым транспортником, имеющим на борту самый обыкновенный икс-привод. Однако икс-привод кораблика Нери Йонаса, понятное дело, был сверхмалым и категорически не годился в качестве транспортного. Да и рассчитать столь короткий прыжок тривиально не хватало времени – прошло уже три часа. Конечно, можно было не заморачиваться – мощность взрыва, как известно, убывает с кубом расстояния, и рвануть микросолнце вообще черт-те где, мощности взрыва по идее должно было хватить – но тогда не получалось корректно накачать отдельные лазеры, в силу каких-то особенностей распределения пучков, сути которых Йонас не уловил, не хватило знаний. Зато он быстро прикинул граничное расстояние от взрыва до комплекса, соотнес его со сферой безопасного приближения к микросолнцу и в очередной раз удивился, насколько все опять гармонично срослось.

Тогда он потихоньку позвонил Гектору О'Риди – механику транспортника с «Боро-Боро» – и поинтересовался, как ведет себя его чертов катамаран с каким-нибудь грузом на буксире. О'Риди посмотрел на него, как на больного, и сообщил, что буксиры бывают только при ненулевом тяготении. Невзирая на антигравитацию. «А если очень надо?» – поинтересовался Нери Йонас.

Гектор О'Риди, пилот-ас по прозвищу Ювелир, до сих пор не угодил в боевой флот только по одной причине – у него не было левой руки и кораблем он управлял при помощи индивидуально напыленного нейрочипа в голове. Солнечная еще не дошла до той грани, когда на войну забирают даже инвалидов, а поработать на гражданке Гектор согласился сразу и легко. Возить людей ему было запрещено, поэтому О'Риди числился механиком. Однако, вопреки запретам, свой катамаран он пилотировал довольно часто (ибо пилотов обыкновенно катастрофически не хватает) и всегда – без единого человека на борту, кроме себя. Тем не менее Йонас знал, что это лишь до первой аварии или первой истерики со стороны начальства. Истерик пока не случалось. Аварий тоже.

– Что везем? – угрюмо спросил О'Риди. Похоже, он решил, что Йонас хочет эвакуировать какую-нибудь левоту вроде самогона и лома ценных металлов из запасников.

– Лазеры, – коротко сообщил Йонас. – Со свалки. Поближе к микросолнцам.

– Вес? – уточнил О'Риди.

Йонас сказал – довольно приблизительно.

– Ты псих. – О'Риди вздохнул, но было видно, что произнесенное слово «лазеры» уже сделало свое дело. Не одному Нери Йонасу хотелось хоть чем-нибудь помочь Солнечной.

Времени, конечно же, не хватило, невзирая на немедленный старт, и шеф лаял их по громкой связи, закатив-таки давно ожидаемую истерику. Долго лаял, изощренно и матерно.

– У вас хватает транспорта, – единственный раз огрызнулся О'Риди. – А у нас – дела.

– Дела!!! Какие, порази вас брочинг, дела??? Я обоих под трибунал отдам, сейчас же! – орал шеф, хотя наличие у него подобных прав имело под собой, мягко говоря, немного оснований. Выслать из проекта – это да, это сколько угодно. Но под трибунал? Пхэ…

– Ну и отдавай, – закруглился О'Риди. – Руки коротки.

Больше Ювелир на громкую не реагировал, хотя и не выключал ее.

Работали они в паре. Йонас указал на ближнее, самое разогретое микросолнце из всех, и показал, с какой стороны и на каком расстоянии от него нужно будет разместить беличье колесо. Потом Йонасу предстояло запрыгивать в свой драндулет и мчать в центр управления орбитальным комплексом, а О'Риди на катамаране – в дежурку головного модуля микросолнца.

В принципе при желании шеф мог вызвать военных с патрулирующего неподалеку заградителя, но понятно, куда бы его послали с подобной просьбой в такое время. Поэтому Йонас с сообщником не спешили. К моменту, когда все необходимые эволюции были успешно завершены, вражеский флот еще толком не показался, зато «Боро-Боро» надежно обезлюдела, а шеф наконец соизволил заткнуться. Потом смылся и заградитель. Астрогатор катамарана рассчитывал пульсацию – к орбите Юпитера, а Йонас наводил последний лоск на нехитрую программку, которая управляла залпом по ближайшему скоплению масс, а не по цели на поверхности планеты, как это обыкновенно бывает с орбитальными лазерами. У орбитального оружия не существует спускового крючка – на этот раз сигналом подготовки залпа предстояло стать началу аварийного разогрева микросолнца.

А потом детекторы масс пронзительно заверещали – это перла вражеская армада, на досветовой, в режиме предпульсационного строя, когда корабли должны уходить за барьер в строгой очередности и с идентичными скоростями. Имперцы прекрасно знали, где ждет их объединенный флот Солнечной, и шли разделаться с ним, шли уверенно и без суеты. Сначала смять первый заслон, потом второй, а после начинать методично долбить защиту в сфере малых планет, пока Венера и Земля не лягут от истощения и Солнечная не падет к ногам их самозваного императора.

Йонас и О'Риди одновременно запустили таймеры, а спустя примерно час ушли в пульсацию.

Они давно уже тянули к Ганимеду-Интра, когда все и произошло – жаль, что наиболее достойные участники битвы за Солнечную систему не увидели этого воочию.

Громадный имперский флот, похожий на стаю диковинных рыб, уже начал лавиной проваливаться за барьер, когда обреченное микросолнце в последний раз вспыхнуло и взорвалось. Микросекундами позже плюнули и испарились лазеры – залп угодил в малый штурмовой крейсер шат-тсуров, готовый вот-вот уйти за барьер, угодил как раз в самое буйство нелинейности над лобастой нашлепкой ходовых генераторов; угодил, может быть, именно в тот неуловимый миг, когда икс-привод крейсера находился в режиме дупликации и обратного сдвига по времени – стартующий корабль успел возникнуть в финишной сфере, но не успел исчезнуть из стартовой. Практически одновременно с этим, совсем уж непонятно почему, в полную силу засветили шесть оставшихся микросолнц. Взрыв крейсера был не очень похож на взрыв – неяркая вспышка, и затем такие пространственные искажения, каких, наверное, не создал бы и икс-привод размером с Солнечную систему. Нечто, похожее на исполинскую стартовую сферу, поглотило и имперский флот целиком, и микросолнца, и всю космическую свалку, и обезлюдевшую станцию «Боро-Боро», сиротливо приткнувшуюся при гелиопаузе…

Тем не менее в районе предполагаемого финиша армады скелетиков никаких особенных катаклизмов отмечено не было: корабли головной заградительной воронки землян зафиксировали в фокусе множественный финиш и вскоре увидели вражеские корабли, один за другим выныривающие из-за барьера именно там, где их и ждали. Наблюдатели отметили лишь необычно высокий разброс по направлениям дрейфа, который финиширующий флот почему-то не спешил гасить и выравнивать.

Хищная рыбья стая, медленно теряя строй, надвигалась на землян. Без блеска и мерцания защитных полей перед ударными сборами. Без обычной лавины поставленных помех. Без черных ям нелинейности, гонимых могучими генераторами больших кораблей. Вообще без единого огонька, темная, безмолвная и оттого еще более страшная.