Никто, кроме нас - Васильев Владимир Николаевич - Страница 33

Резервная ставка президента Солнечной системы.

1

– Господин президент!

– Мне некогда, Шарль!

– Господин президент, осмелюсь настаивать: сообщение с грифом «трилистник». Прибыло только что. Я также имел смелость вызвать господина Байрамова, он прибудет с минуты на минуту.

– «Трилистник»? – Вернер Винцль, президент Солнечной системы, непроизвольно нахмурился.

Под этим грифом сообщения приходили чрезвычайно редко. «Трилистник» означал некие новые разведданные, не имеющие сиюминутного значения, но потенциально способные возыметь весьма серьезные последствия в будущем. Более того, гриф «трилистник» сообщениям могли присвоить всего несколько человек во всей доминанте и еще несколько за ее пределами.

– За чьей подписью?

– За подписью полковника Попова, господин президент.

– Давай!

В голосе Винцля сквозило нескрываемое раздражение – ему действительно было некогда отвлекаться. Худшие опасения оправдались: едва настало время «Ч», время транспортировки найденных генераторов к основным мирам союза, империя предприняла атаку, причем опоздала всего на пару-тройку часов. Это означало, что Унве информирован несравненно лучше, чем ожидали союзники, и что завеса секретности над деятельностью проекта «Квазар» отнюдь не так непроницаема, как хотелось бы.

Координация сил – вот и все, что оставалось союзникам, ибо империя бросила в бой блеск и гордость своих флотов. Армада, вывалившаяся из-за барьера вблизи Солнечной, превосходила группу «Доминион» и земные пограничные части минимум в два с половиной раза. Кроме всего прочего, имперцы имели в распоряжении более полусотни больших кораблей, ядро же земных сил составляли средние крейсера и мини-линкоры.

Не лучше обстояли дела и в других мирах доминанты: самый многочисленный офелийский флот «Магрибба» также уступал по численности атакующим имперцам; Пламмер-двенадцать собственного флота вообще не имел и до сих пор избежал вторжения только за счет прикрывавших его соседей и удобного расположения.

Если бы кто-нибудь прислал помощь, хотя бы вполовину сил Солнечной, от имперцев скорее всего удалось бы отбиться без особых потерь. Но на помощь рассчитывать не приходилось: соседи сами оборонялись и не прочь были принять поддержку. Собственно, сценарий будущих битв легко угадывался: затяжная позиционная возня с медленным взаимным истреблением. Однако у имперцев останутся силы в метрополии и резерве – примерно столько же, сколько сейчас готовится вступить в бой. А союзникам прикрывать свои миры будет уже нечем.

И в такую минуту приходит сообщение с пресловутым грифом «трилистник»! Страшная радость…

Вернер Винцль привычно подавил почти непреодолимое желание в голос выругаться.

Нет уж. Изрыгающий проклятия президент – это поражение еще до битвы. Президент обязан выглядеть сосредоточенным, уверенным в собственных силах и силах доминанты, должен служить примером и вдохновителем… А раз обязан и должен – значит, и будет служить. И все, и точка.

– Давай, Шарль.

Референт бесшумно положил на рабочий стол раскрытую папку с одним-единственным листком распечатки.

Вернер Винцль оторвал взгляд от документа и обнаружил, что перед столом стоит министр внешних сношений Ильхан Байрамов, а охранники министра столбами маячат в проеме дальней комнаты.

– Что скажешь? – Президент выразительно приподнял над столешницей рапорт Попова. Времени на расшаркивания и дипломатические экивоки не было – ни секунды.

– Пока рано делать выводы, там верно сказано. Но ручаюсь: в свое время это будет бомба.

– А с захватом этого… перевертыша?

– Я уже санкционировал.

– И, думаешь, получится?

– Раз Попов предлагает, значит, способ пленить перевертыша действительно существует.

– Понятно. Что ж, спасибо за информацию… – Президент вздохнул, вернул лист обратно в папку и отодвинул на край стола. – Что там на подлете?

– «Евразия» и «Австралия» построились в боевую воронку, пояс заградительного огня в боевой готовности. «Африка», «Америка» и «Антарктида» группируются вторым эшелоном. Даже если кто-нибудь прорвется сквозь заслоны, дальше орбиты Марса им не пройти. По крайней мере Онте на это надеется. Области вне эклиптики прикрыты генераторами нелинейности, но имперцы, похоже, об этом знают.

– Сколько, по-твоему, до столкновения?

– Лучше спроси у Хемерсбрандта, ему виднее. Но, полагаю, не менее суток.

Вернер Винцль глубоко вздохнул.

Нет, все-таки не случайно давно ожидаемая лавинная атака имперцев совпала с «горячей неделей». Черти бы побрали этого Унве!

– Шарль! Открытый канал на Офелию! – потребовал президент и, не дожидаясь референтского «Слушаюсь, господин президент!», потянулся к старомодной трубке оперативного пульта.