Никто, кроме нас - Васильев Владимир Николаевич - Страница 29

– Ну, ладно, – сказал Скотч. – С нашей восьмеркой все ясно. Держат подальше от родной галактики, как взрыватели от мин. Но остальных-то зачем тут бросать? Зачем клипер оставлять на орбите?

– А захоронение?

– Хм… – Скотч поразмыслил. – Тоже нелогично. Где мы, а где захоронение! Да и охрана там нужна посолиднее. И вообще, вывозить надо эти генераторы, сначала на «Квазар», потом в нашу галактику. Не понимаю, чего они тянут?

– Скотче, а головой думать ты не пробовал? – поинтересовался Мельников с нескрываемым сарказмом. – У нас чертова уйма генераторов нуль-коридора. На хрена нам вывозить их обычным манером, через «Квазар» и первый коридор, а потом этапами по галактике, под носом у имперцев?

– А… – пробормотал Скотч и секундой позже до него дошло. – Что, провешивают второй коридор? Непосредственно к цели?

– Ну, наконец-то! – Мельников картинно поаплодировал.

– А куда? В Солнечную?

– Не знаю, наверное. Причем я полагаю, что коридоров провесят несколько, к ключевым мирам доминанты. Союзники в свою очередь занимаются тем же. Парные генераторы уже в пути. А на шельфе смонтирован средний икс-привод. Захоронение вместе с куском Тахира уедет, как только соответствующий генератор будет инициирован. Куда уедет – в данную минуту не знает никто, по обстановке. Захоронение сейчас, как мышь перед гигантским куском сыра, испещренным дырами. Осталось только выбрать, в какую дыру влезть.

– Погоди. – Скотч ошалел от обилия новой информации. – Ты сказал – вместе с куском шельфа? Да там же цунами образуется! Океан хлынет в оставшуюся воронку…

– Можешь не сомневаться. Цунами образуется. Океан хлынет. Непременно.

– Полпобережья смоет!

– Смоет, – подтвердил Мельников. – Тебе-то что?

Скотч насупился. Что ж… Война. Жертвы. Все логично, все как всегда. Лес рубят, щепки летят.

– Но ведь… местные нас после этого…

– Сомневаюсь. – Мельников был невозмутим. – Оружие и камуфляж у нас имеются. А еще у нас осталось невыполненное задание здесь, на Тахире. Надо кое-что разнюхать. Пойдем небольшой командой, человек восемь-десять. Вы идете.

– Это приказ? – спросил Скотч.

– Для меня – да. – Мельников пожал плечами. – Если ты не хочешь, возьму кого-нибудь из твоих молодцов, полномочия у меня есть. Впрочем, ты не откажешься.

Скотч мысленно выругался – Мельников снова был прав. Сидеть без дела он не станет, сидящий без дела сержант провоцирует подчиненных на разболтанность, а кому оно нужно?

– Идет вся восьмерка… меченых?

– Не обязательно. Нам нужны эксперты, поэтому я хотел бы прихватить тебя, Саня, а также Маримуцу, МакГрегори и Сориала. И нам нужны бойцы – это ты, Скотч, я, ну и те же Цубербюллер, Тамура, Суондреды. Но большая толпа тоже ни к чему, мы не на штурм идем, а скорее в разведку.

– Я бы взял Гавайца, – посоветовал Скотч. – Проверено.

– Бери, – не стал возражать Мельников. – Пошли, надо перекусить, чем начальство послало, и идти. Не думаю, что у нас прорва времени.

Мельников встал. Встали и Скотч с Саней Веселовым – этот человек без прошлого и будущего действовал на окружающих гипнотически. И Скотч, и Саня сначала оказались на ногах и только потом это осознали.

– Ну, дела, – проворчал Скотч на ходу и подумал: «Надо сказать ребятам, чтобы палатки замаскировали как следует и не снимали пустотных комплектов. Так оно спокойнее будет».

Осознание того, что горстка землян осталась на невообразимо далекой чужой планете, аборигены которой вряд ли питают к пришельцам теплые чувства, давно уже не пугало бывалого десантника.

2

Резиденции главы Клондайка здорово досталось: было видно, что некогда ухоженный парк во многих местах обезображен следами обстрела, а аккуратные домики частично разрушены. Нигде не было видно ни души, видимо, и президент, и другие важные лица, и охрана, и обслуга эвакуировались в более спокойное место. Шли скрытно, с включенным камуфляжем – мало ли что? Скользили тенями мимо проломов на дорожках, мимо валяющихся под ногами отстриженных импульсами ветвей, мимо брошенных автомобилей, мимо опустевших строений. Вскоре вышли к высоченному забору, увитому побегами местного плюща. На верхней кромке забора среди побегов безошибочно угадывались спирали колючей проволоки.

Штурмовать забор не стали, Мельников сказал, что где-то неподалеку должны располагаться ворота, надо только отыскать дорогу, петляющую в парке. То, что дорога прихотливо извивалась, Скотч мысленно одобрил: аборигены знали толк в делах охраны и безопасности. Нечего по такому важному объекту, как резиденция первого лица государства, гонять на повышенных скоростях. Да и противника в случае штурма ворот легче перехватить, если он на колесах. А что до пеших – так пешим и бездорожье не помеха.

Ворота (двойные, кстати) они отыскали минут через семь. И внутри периметра, и за вторыми воротами приткнулись будочки охраны. Между воротами по бокам дорогу сдавливали две толстые бетонные трубы с бойницами – надо полагать, для расстрела непрошеных гостей.

Во внешней будочке дежурили два аборигена в униформе и при оружии. Будь на их месте люди, они бы явно выглядели бледными с лица. Аборигены вели себя тревожно даже на взгляд Скотча, видевшего их второй раз в жизни – озирались, то и дело поглядывали в окна, да и оружие не выпускали из рук.

– Снять? – шепотом спросил Гаваец.

– Не надо, – тихо отозвался Мельников. – Так пройдем.

Он вдруг отключил камуфляж и, не кроясь, пошел к воротам. Приблизился, постучал. Ворота стали медленно уезжать вбок, освободив проход для одного человека.

Мельников сделал неуловимый жест – один за другим десантники принялись просачиваться в щель мимо него, пока Мельников якобы замешкался.

Просочились, отбежали в сторону от ворот, присели на обочине.

Мельников совершенно спокойно вошел в будочку к аборигенам; сквозь прозрачную мембрану окна было видно, как он с ними беседует, сдержанно жестикулируя.

– Вот шельма! – восхищенно прошептал Гаваец. – Уже и язык выучил! Скорые ребята эти, погранцы!

Скотч не ответил. Погранец, как же… Впрочем, в словах Гавайца проступал некоторый сарказм, вполне возможно, что он догадывался, кем приходится служить Мельникову на самом деле.

МакГрегори, Тамура и Цубербюллер молча вслушивались в диалог.

Вскоре Мельников вышел из будочки и уверенно направился вдоль по дороге. Шаге примерно на двадцатом он врубил камуфляж и исчез – визуально, понятное дело. Аборигены в будочке тут же спрятались за стол и присели.

– Пошли, – сказал Мельников, проходя мимо коллег. – Минут двадцать топать.

Вдали, в совершенно чистом поле виднелись какие-то приземистые ангары, а еще дальше, подернутый влажной дымкой, вставал исполинский горный хребет. И никакого намека на снежные шапки – сказывался более теплый климат Тахира.

Топали и впрямь минут двадцать; примерно за километр до очередного периметра в виде проволочного заграждения Солянка углядел на обочине упрятанную в траву штуковину, удивительно похожую на металлический гриб с глазком. Мельников на всякий случай велел всем замереть, только Саня Веселов, Сориал и МакГрегори осторожно подобрались поближе к грибу.

Гриб оказался не металлическим, а керамическим и внутри был начинен электроникой. Даже Скотч, далекий от специальной техники вояка, после сканирования не усомнился: это датчик слежения. Скорее всего местность вокруг напичкана такими же.

Дальше двинулись осторожнее, тщательно сканируя путь перед собой.

«Все смешалось, – думал Скотч отстранение. – Погранец в чине рядового командует отрядом из капитана, флаг-лейтенанта, сержанта, двоих капралов, одного гражданского и троих таких же рядовых. Вот они, будни спецслужб».

Капитан Маримуца подчинялся Мельникову безропотно: скорее всего имел соответствующие указания. МакГрегори и технарь-Сориал тоже восприняли это как должное. А у Скотча и его бойцов просто не оставалось выбора.

«Впрочем, – продолжал размышлять Скотч, – при чем тут звания? Мы сейчас пираты, просто пираты в разномастных комплектах и вооруженные кто чем. Какие офицеры, какие рядовые? Осколок когорты ведет самый осведомленный. Так и должно быть».