29 отравленных принцев - Степанова Татьяна Юрьевна - Страница 70

Слышать такое было чудно. Вообще, представить Аврору в роли мамаши, прогуливающей отпрысков возле песочницы, особенно после беседы с ее бывшим мужем Гусаровым в особняке с бассейном и домовой часовней, было трудновато. Однако он послушно спустился на лифте во двор. Детская площадка находилась за домом. Аврору он увидел сидящей на низкой лавочке, но не возле песочницы, а возле скрипучей полинялой карусели, на которой с упоением катались двое малышей в одинаковых бейсболках козырьками назад.

Аврора, наклоняясь вперед всем корпусом, с силой подталкивала карусель, чтобы та не останавливала своего веселого кружения, и одновременно разговаривала с кем-то по мобильному телефону. Закончив разговор, она поднялась со скамьи.

– Все, хватит, покрутились, пора домой, – громко объявила она детям.

– Еще, ну еще, мамочка! – закричали те.

– Я сказала – все, пора обедать, бабушка Лида дома заждалась, а мне собираться пора, – Аврора потянула за руку младшего сына с карусели и тут увидела Колосова.

– Здравствуйте, – сказал он, – а я снова к вам.

– Что случилось? – Лицо Авроры изменилось, побледнело. Колосову показалось – перед ним совсем другая женщина. Та, что только что возилась с детьми, вдруг пропала. А появилась иная, в глазах которой лишь ожидание и страх.

– Ничего плохого, – ответил Колосов, – просто снова необходимо с вами поговорить, Аврора.

– Это надолго? А то я спешу. Мне надо скоро ехать, я насчет квартиры договорилась. – Аврора подталкивала упиравшихся детей к подъезду. – Постойте, а вы в машинах что-нибудь понимаете?

– Это смотря в каких.

– Вон, вон машина, – сыновья Авроры наперебой начали показывать в сторону охраняемой стоянки у соседнего дома. – Ма, ты нас покатаешь?

– Покатаю, но не сегодня. И прекратите тыкать пальцами во все стороны. Это неприлично. И потом, надо было сначала с дядей поздороваться. У меня «Тойота Королла», – сказала Аврора Колосову, – там какая-то дрянь с колесом.

Они пошли к стоянке, Аврора показала охраннику карточку и подвела детей и Никиту к фиолетовой запыленной «Королле» – не новой, но очень приличной на вид.

– Вы хорошо водите? – поинтересовался Колосов, осматривая правое переднее колесо.

– Не очень, сама езжу редко. – Аврора наклонилась, уперев руки в колени. – Ну, что там?

– Колесо спустило. Возможно, прокол, надо в шиномонтаж отдать. А запаска есть? Давайте поменяем.

Она открыла багажник, Колосов достал домкрат и запаску.

– Неудобно обременять вас, – Аврора смутилась.

– Пустяки. Сейчас все сделаем. А я вчера с вашим бывшим мужем общался. Поэтому и приехал – как обещал.

– Ну-ка, быстро давайте за руль, – Аврора сразу подтолкнула детей в салон, – кто будет главный пилот, а кто штурман?

– Я, я буду главный пилот, – старший оттолкнул младшего.

– Нет, я хочу рулить! – Малыш, сопя и хныкая, начал втискиваться вслед за братом на водительское сиденье. – Мама, ну скажи ему, я хочу тоже…

– Я буду тут пилотом. А за это ты дома по видику будешь свою «Белоснежку» смотреть, – старший тоже сопел и не сдавался.

– Не хочу я «Белоснежку», – хныкал маленький, – она умерла. Ей яблочко отравленное дали…

– Ну-ка тихо! А ты уступи брату. Ты же старший, – велела Аврора сыну. Тот нехотя переполз на соседнее сиденье, уступая младшему руль, показал ему язык и пропел: «Белоснежку отравили… свет мой, зеркальце, скажи…»

Младший, чтобы заглушить его ехидство, начал оглушительно бибикать.

Колосов приподнял машину домкратом и начал снимать спущенное колесо.

– Ваш муж – крепкий орешек, – сказал он Авроре.

Она молча смотрела на детей.

– Честно говоря, – продолжал Никита, – я бы советовал вам куда-нибудь на время уехать. Может, отдохнете где за рубежом. Попутешествуете…

– Я не могу никуда уехать, – Аврора наклонилась, помогая откатить спущенное колесо в сторону, – с квартирой надо устраиваться, а потом, у меня сын болел – только выздоровел, вот первый раз за эти дни гуляем. До сих пор на прогревание в поликлинику его возим… Я не могу уехать – мама со всем этим одна не справится. А почему вы это мне говорите? Именно сейчас? – Она тревожно смотрела на Колосова. – Вы что-то узнали от моего мужа?

– Нет. Но, видите ли… Я не хочу вас пугать. – Никита колебался: говорить или не говорить ей? И потом решил – была не была! – У нас появился свидетель, который утверждает, что на том ужине в «Аль-Магрибе» отравить хотели не Максима Студнева, а вас.

– Кто это говорит?

Колосов смотрел на нее – снова разительная перемена в этом так хорошо знакомом по фотографиям и экрану лице, в чертах его только страх и… и еще что-то гораздо сильнее простого страха.

– Я не могу назвать вам имя свидетеля, – ответил он, – мы тщательно проверяем его показания. Эту версию.

– Что там проверять? Я чувствовала… Я это знала, – Аврора стиснула кулаки, – я с самого начала чувствовала, что… Мне страшно. А как же… Макс? А Петя как же – Петя Мохов? Он-то при чем? Почему убили его?!

– Мы это выясняем.

– Вы слишком долго выясняете. – Голос ее звучал враждебно и глухо. – А почему… почему вы его не арестовали?

– Кого? – спросил Никита.

– Моего мужа! – Ее глаза сверкали. – Вы что же, просто поговорили с ним вчера и оставили его в покое?

– Мы его не оставили в покое, – ответил Колосов, – арестовать его мы не можем. Пока… А вам надо тоже успокоиться. Во-первых, потому что здесь ваши дети смотрят на вас. А во-вторых, в таком состоянии за руль садиться нельзя.

– У вас сигареты есть? – спросила Аврора.

– Возьмите у меня в кармане, там и зажигалка. У меня руки в смазке. – Колосов завинчивал гайки на поставленной запаске.

Аврора «обыскала» его, закурила.

– У меня к вам есть один вопрос. Пожалуйста, вспомните, утром в субботу после того ужина в ресторане вам кто-нибудь звонил? – спросил Никита.

– Что? – Она курила, явно думая о чем-то своем. – Я не знаю, не помню.

– Вспомните. Это важно.

– Мне многие звонят.

– И все же, утром в ту субботу? Может быть, вас кто-то разбудил по телефону?

– Кажется, мне звонили… с телевидения насчет рекламы, нет, это было в другой день, не помню. – Аврора говорила нервно. – Звонили из какой-то газеты. Господи, мне все время телефон обрывают какие-то кретины!

Никита ждал, но она больше не добавила ничего.

– Ну вот вам и новое колесо, – он поднялся, вытирая руки. – Без запаски ездить рискованно. Вы далеко собрались?

– Недалеко, насчет квартиры, – Аврора тяжело вздохнула, – надо что-то решать в конце концов. Лето проходит.

– Вчера во время допроса мы касались разных тем, – сказал Колосов. – Я заметил, что ваш муж особенно болезненно и агрессивно реагирует на ваши денежные и имущественные притязания к нему.

– Мне ничего от него не надо. Я прекращаю все, отзываю иск.

– Ваш муж утверждает, что у вас есть свои средства, вложенные в ресторан «Аль-Магриб», – продолжал Никита, наблюдая за ее реакцией.

– Это не его дело, – отрезала Аврора, – я бога благодарю, что в свое время послушала своих друзей, а не его. Не то вообще сейчас оказалась бы с детьми на улице.

– У вашего мужа в доме проживает какая-то гражданка по имени Полина. Вы такой не знаете?

– У него и раньше каждую неделю была новая «Полина». – Аврора открыла дверь машины и начала вытаскивать расшалившихся детей из салона. – Все. Довольно, наигрались, нарулились, обед давно на столе… Давайте быстренько ноги в руки… Кирюша, прекрати корчить рожи. Зеркало все запомнит… Вы извините, – обернулась она к Колосову, – но мне действительно пора. Спасибо вам за колесо.

– Но это не все, наш разговор не закончен.

– Мне пора ехать, меня ждут. – Аврора явно его отшивала, настойчиво и враждебно. – Вы и так наговорили мне достаточно – век не забуду. Советовали в этот раз уехать, в тот раз быть осторожной… Ладно, буду осторожной… Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. – Она посмотрела на Колосова и гневно воскликнула: – Я надеялась, что хоть после смерти Пети вы упрячете моего рехнувшегося мужа за решетку! Но вы, видно, решили дождаться, когда все-таки он отравит меня!