Кольцо Гекаты - Солнцева Наталья - Страница 51

– Как вы себе это представляете? – Людмила Станиславовна устало вздохнула. – Не знаю, сколько вам лет, но я старше вас. Дело даже не в возрасте, а в том, как я ощущаю себя. Мне заранее известно все, что вы можете мне предложить… И почти ничто из этого меня не привлекает настолько, чтобы я променяла свою свободу на сомнительные обязательства и снова ввязалась в старую игру. Ну не умею я быть любимой женщиной! Вы понимаете? Не умею!

– Давайте попробуем. Вам ничто не помешает отказаться завтра, через неделю, через месяц. И обязательств я от вас никаких не требую. Только не отказывайтесь сейчас! Я предоставлю вам возможность изучить меня, вы можете проверять мои чувства сколько угодно. Наверное, я не безупречен и буду совершать ошибки. Но я готов исправлять их, вместе с вами! Я хочу… счастья. Почему-то мне кажется, что вы – именно та женщина, которая может мне его дать. Не знаю, откуда такая уверенность, но она есть.

– У вас же были любовницы! И моложе, и красивее… и не такие побитые жизнью. – Госпожа Авдеева горько усмехнулась. – Зачем вам связываться с усталой, разочарованной женщиной? Возиться с ней, убеждать в чем-то, доказывать, какой вы хороший, надежный? Вы еще не были женаты… У вас все впереди.

– За одного битого двух небитых дают, Людмила Станиславовна. И позвольте мне самому решать, кому уделять внимание и на кого тратить время и силы. Я далеко не мальчик, поверьте, и наивности у меня еще меньше, чем у вас. Половина жизни прошла, прежде чем я понял, чего мне стоит добиваться и чего я на самом деле хочу. Теперь никто не сможет убедить меня свернуть с дороги. Даже вы.

Авдеева долго молчала. За окном совсем стемнело, и вдруг раздался громкий частый стук по подоконнику, по стеклу…

– Дождь пошел… – мечтательно сказала она. – Слышите? Ливень! Как хорошо… Давайте откроем окно.

Фарид распахнул окно во двор, и через него ворвались шум ливня и свежий запах мокрой земли, листьев; крупные капли залетали в уютное тепло кухни.

– Вы любите слушать страшные истории под шум дождя? – обернувшись к Гордееву, спросила Людмила Станиславовна.

В ее глазах светилась странная, отчаянная решимость. За плотной стеной ливня сверкнуло, и через мгновение раздался оглушительный раскат грома.

– Хотите испугать меня? – засмеялся Фарид. – Предупреждаю: это не так просто.

Госпожа Авдеева с сомнением посмотрела на него и начала свой рассказ.

– Десять лет назад в Петербурге появился маньяк…

– Звучит зловеще!

– Не перебивайте меня, пожалуйста! – рассердилась она. – Итак… Маньяк убивал женщин ударом в висок, потом… вступал с трупами в интимные отношения.

– Меня тогда в Питере не было, – серьезно сказал Фарид. – Это повышает мои шансы понравиться вам? К тому же я предпочитаю живых женщин. Впрочем, извините… Продолжайте, я весь внимание.

– Убийца выбирал молодых и красивых женщин, следил за ними, ожидая удобного момента – обычно поздним вечером или ночью, – проникал в квартиру, пользуясь беспечностью своих жертв, и расправлялся с ними. Знаете артистку Веронику Лебедеву? Маньяк убил ее. Потом он выследил и убил молодую девушку, студентку. Потом… нашу соседку, Изабеллу Юрьевну. Она жила во второй квартире, – Людмила Станиславовна махнула рукой вправо. – Представляете? Там теперь живет профессор Рубен. Как он только не боится? Говорят, призраки погибших насильственной смертью продолжают витать в своих жилищах.

– Альвиан Николаевич купил квартиру убитой женщины? – спросил Фарид.

– Да. Наверное, он не знал. Профессор приехал откуда-то из Прибалтики, ну и… слухи к тому времени приутихли. Может быть, он до сих пор не знает.

– А призрак бродит по дому… пугает мирных жильцов. Особенно в грозовые ночи… Или нет. По законам ужасов это должно происходить в полнолуние. Ведь так?

Авдеева пожала плечами.

– Трудно сказать. Я ни разу не видела.

– Это и вся ваша страшная история? – удивился Фарид.

– Нет, что вы! Моя история про другое. Призрак тут ни при чем. Бедная Изабелла! Она была такая… ветреная, легкомысленная… Бытие призраком ей стало бы невмоготу.

– Так дело не в призраке?

– Разумеется, нет. Я рассказываю не о жертвах, а об убийце. О маньяке…

– Его поймали?

Людмила Станиславовна покачала головой.

– Нет… Видите ли, Фарид, я такая трусиха! Стыдно признаться, но я боялась собственной тени. Мне было страшно оставаться допоздна на работе, идти в темноте по улицам, входить в подъезд. По ночам я просыпалась и боялась заснуть вновь. Меня преследовали кошмары. Это наваждение продолжалось долго…

– И чем закончилась страшная история? Ведь она закончилась?

– Как вам сказать…

За окном снова сверкнуло, и сильный удар грома потряс старый дом. Людмила Станиславовна вздрогнула, а Фарид совершенно неожиданно для себя обнял ее за плечи.

– Вы все еще боитесь? – шепотом спросил он.

– Я знаю, кто убил их всех! – так же шепотом ответила она. – Этот маньяк… был моим мужем.

ГЛАВА 24

Артем Пономарев вернулся из поездки на Волгу, куда направил его господин Салахов, уставший и недовольный собой.

За два дня он успел узнать все, что можно было, о родственниках Аграфены Норэ. Сведения были ничего не значащие. Две тетки, приютившие ее в Нижнем Новгороде, – Глафира и Мария – бездетные, незамужние, кроткие, как овечки, обожали девушку. Жили бедно, но дважды их пытались ограбить, а потом, когда Аграфена вышла замуж и ушла от них, случился пожар, дом сгорел, и тетки доживали свой век у племянницы – высокой, сухопарой старой девы, которая и рассказала все это Артему.

Старой деве было под девяносто. Ее спина сгорбилась, маленькие глазки слезились, но голова была светлая. Она поведала, что тетки умерли у нее на руках, одна за другой. Кто бы мог подумать, что они переживут Аграфену…

Но больше всего ее удивили ограбления.

– Сколь живу, а со мной такой оказии не приключалось! Чего у меня брать-то? И тетки были неимущие, жили скромно…

– У них что-то пропало? – на всякий случай спросил Пономарев.

– Вроде все на месте оставили, только все вверх дном перевернули. А вещи… кому такой хлам нужен? Чай, не полезли бы, коли знали!

Пономарев позвонил Салахову и доложил, что ему удалось узнать. В общем, негусто, разве что грабежи. Чем нищие тетки привлекали преступников, непонятно. Брать у них ничего не брали, а только устраивали разгром.

– Да, странно… – только и сказал Юрий Арсеньевич, выслушав адвоката.

И тут он вспомнил, как дедушка Платон Иванович рассказывал, что кто-то дважды пытался ограбить его квартиру. Правда, ничего ценного не пропало, но… беспорядок устроили страшный, отовсюду все повыбрасывали, раскидали по полу.

– Спасибо, Артем Михайлович! – поблагодарил Юрий и спросил: – А как моя супруга? Ничем не порадуете?

– По последним данным, которые мне удалось выудить у сторожа, Анна Наумовна предполагает в ближайший четверг приехать на ночь в Андреевское.

– В этот четверг? – удивился Юрий.

– Да.

– А зачем?

– Не знаю. Сторож сообщил, что приезжала хозяйка, велела натопить дом, все прибрать и ждать ее во второй половине дня, в четверг, и уточнила, что останется на ночь. Вам не помешало бы самому съездить в Андреевское и посмотреть, что там собирается делать ваша супруга. И с кем. Я вам настоятельно советую.

– Но как же… – растерялся Салахов. – Она же может меня заметить?!

– А вы приезжайте заранее, поговорите со сторожем, заявите, что вы муж. Мне надо учить вас?

– Наверное, надо. Подскажите, как мне лучше всего поступить. Когда речь идет об Анне, я… больше не бизнесмен, не решительный человек, я… просто не знаю, что мне делать! Анна… она такая… никогда не угадаешь, как она будет реагировать. Мне бы не хотелось огорчать ее.

– То есть вы не хотите, чтобы ваша жена догадалась…

– Не хочу! – перебил его Салахов. – Совершенно не хочу! Пусть все останется в тайне.