Черная роза - Солнцева Наталья - Страница 25

Черт! Что же делать? От отчаяния он пнул ногой тяжелую дверь с полукруглым верхом. Никакого эффекта. Горский был на редкость упрям и не привык отступать, – поэтому вместо того, чтобы повернуться и уйти, он начал что было сил дергать за ручку из потемневшего металла. В какой-то момент ему показалось, что дверь поддалась, и он удвоил усилия. Разозлившись, Сергей дергал и вертел ручку, так, что если бы она не была по-старинному прочной, то давно отвалилась бы. Вдруг раздался громкий щелчок, и…с легким приятным шорохом дверь отворилась, отбросив Горского чуть назад, так как он приложил к этому слишком большое усилие.

Незваный гость опешил: оказывается, ему нужно было только слегка повернуть ручку! Выходит, дом не заперт? В таком случае, в нем точно есть кто-то, – либо сама хозяйка, либо прислуга. Сергей оглянулся, – за его спиной сияло солнце и зеленели освобожденные от снега холмы. Перед ним зиял полумрак дверного проема, словно вход в потусторонний мир, – тихий и зловещий, внутри которого затаилась угроза…

– У меня нервы разыгрались, как у чувствительной барышни, – недовольно подумал Горский.

Он не ожидал от себя подобного малодушия. Когда дверь не поддавалась, он ломился в нее, как дикий вепрь сквозь лесную чащу, а стоило ей открыться, как он… Мысли о собственной трусости Сергей просто не мог допустить. Он вздохнул и решительно сделал шаг вперед, внутрь чужого незнакомого жилища.

За дверью оказался длинный сумрачный коридор. Пахло старым камнем, деревом и пылью. Гость сделал несколько шагов в темноте, и услышал слабый стук, – это закрылась входная дверь. Что за чертовщина! Горского обступила полная темнота… Он вернулся назад и попытался выйти. Безуспешно. Изнутри дверь оказалась совершенно гладкой и скользкой, без ручки и каких-либо выступов. Ему ничего больше не оставалось, как идти вперед. Должен же кто-то быть в чертовом доме, раз дверь не заперта?!

Горский шел наугад по коридору и придумывал, что он скажет. Почему он вломился в чужое жилище без приглашения? Что ему здесь нужно? С прислугой беседовать будет нетрудно, а вот с хозяевами… Не хватало только, чтобы и тут разыгрался скандал, как в офисе Франсуа! Как глупо все это выглядит! Пока что, кроме дневников Артура Корнилина, ему ничего не удалось раздобыть.

– Эй! – громко сказал Сергей. – Здесь есть кто-нибудь?

Его слова растаяли без следа в темных пространствах дома. И снова наступила тишина. Один коридор сменялся другим, и все они поворачивались налево, против часовой стрелки. У Горского появилось ощущение дурноты, как на корабле в сильную качку. Наконец, очередной коридор кончился двумя лестницами, – одна из которых вела вверх, а другая вниз. Гость решил подняться на второй этаж: именно там он видел свет в окне. Ориентироваться в странном доме было трудно, почти невозможно. Сергей не понимал, где он находится. Фонарика у него с собой не было, спичек или зажигалки тоже. Окна, очевидно, были только в комнатах, а как в них попасть, гость не знал. Из коридоров какие-то двери вели в другие помещения, но все они оказались заперты.

Горский двигался наугад, и одна из дверей поддалась. Через зарешеченное окно едва проникал внутрь слабый свет… Никакой мебели не было, кроме круглого мраморного столика, на котором стояла большая черная свеча. Она горела, но пламя казалось тусклым и маленьким.

– Значит, я был прав, и в доме кто-то есть! – обрадовался Сергей.

Со свечой передвигаться по бесчисленным пустым коридорам и закрученным лестницам было намного легче.

– Эй! – снова крикнул он. – Отзовитесь! Кто тут живой?

Слабое эхо ответило ему, и воцарилась прежняя тишина. Неожиданно Горский попал в просторное, пыльное помещение, полное пустых плетеных коробов и сундуков. На полу валялись осколки фарфора и стекла, глиняные черепки, громко трещавшие под ногами. Три крошечных окошка, больше похожие на узкие бойницы, пропускали солнечный свет и холодный воздух. Сергей посмотрел в одно из них, и понял, что каким-то образом забрел на чердак! Странно… Никто не слышал, как он ходит по дому? Лучше спуститься вниз и попробовать открыть дверь. Похоже, здесь таки никто не живет! Мебели нет, электричество отключено…

Он долго блуждал, пока смог спуститься и найти входную дверь. Увы! Она захлопнулась, и все попытки открыть ее оказались тщетны. Сергей почувствовал усталость, и присел на пол отдохнуть. Показалось, что он бродит по замку несколько дней, хотя прошло всего пару часов. Как его угораздило позволить двери закрыться? Это все беспечность! Сиур и Влад его предупреждали.

– О чем они меня предупреждали? – разозлился на себя Горский. – Об опасности! Что за мной будут охотиться! А не о том, что я заблужусь в пустом доме… Черт!

Этого только не хватало! Как теперь отсюда выбраться?

Незаметно он провалился в сон, который длился минут двадцать или около получаса. Ему ничего не снилось, а пробуждение не принесло радости. Горский зевнул, поднялся, отряхнул пыль и паутину, и вновь отправился на поиски выхода. Теперь он был гораздо внимательнее, и обнаружил необычное устройство внутренних помещений, – все лестницы и коридоры были в середине здания, узкие и крутые, закрученные против часовой стрелки. Ступеньки едва позволяли поставить на них ногу, а низкие железные перила заставляли горбиться и наклоняться. Постоянная угроза упасть, потерять равновесие и свалиться вниз, держала в напряжении, вызывала головокружение и дрожь в теле. Некоторые коридоры оканчивались тупиками, в которых царила непроглядная темень; арочные своды напоминали монастырские переходы, а маленькие комнатки – пустые кельи. И повсюду – черная липкая паутина, гулкая пустота и сквозняки.

Горский никак не мог смириться с мыслью, что в доме никого нет. Кто же, в таком случае, зажег черную свечу? Что за голубоватый свет мелькал в окне второго этажа? Если второе могло ему привидеться, то свечу он держал в руке, и она была вполне твердой и реальной. Кроме того, Сергей понял, что ошибся, думая о запертых комнатах. Многие оказались открыты и пусты; на каменных стенах висели рамы от картин, темные пыльные драпировки, бронзовые канделябры.