Раба любви, или Мне к лицу даже смерть - Шилова Юлия Витальевна - Страница 47

– В смысле?

– С чего ты решила со мной уединиться?

– Не знаю. Просто давно не виделись.

Мы поднялись на крыльцо и вошли в просторный холл. Говорить было не о чем.

– Теперь тебе до конца жизни хромать? – наконец спросила я.

– Поживем – увидим. Пуля кость задела. Ладно, Машка, ты же сюда не трещать приехала. Давай трахнемся, да и дело с концом. Ты же сама этого захотела.

Я скинула туфли, затем костюм и, оставшись в одном белье, подошла к Батону. Он тяжело задышал и быстро расстегнул брюки.

– Черт побери! Где в этом доме находится спальня?! – вызывающе спросила я.

– Наверху, – хрипло выдохнул Батон и вытер пот со лба.

– Так пошли наверх, – произнесла я со злорадством в голосе. – Давай быстрее, а то я передумаю.

Батон кивнул и помчался по лестнице, совершенно забыв о своей хромоте. Я неспешно последовала за ним.

– Машка, хорош издеваться. Я уже не могу, – прорычал Батон. – Иди ко мне, у тебя фигура классная, аж дух захватывает. Давай быстрее, в натуре, а то я сейчас тебе по голове настучу.

– А как же презерватив? – усмехнулась я.

– Какой, к черту, презерватив?! Я терпеть не могу с резинкой трахаться.

– А не боишься?

– Чего?

– Заразиться.

– От кого? От тебя, что ли?

– Хотя бы и от меня.

– Слушай, не сажай меня на суету! Я тебе сразу голову оторву. Меня один раз подруга триппером заразила, так я ее потом чуть живьем на кладбище не закопал. Ладно, Машка, кончай болтать. Иди ко мне и покажи, на что ты способна.

– Ты хочешь посмотреть, на что я способна? – усмехнулась я.

– Хочу.

– Я думаю, что ты запомнишь мои способности надолго.

Я бросилась на Батона и, зная, что отомстила ему, испытала сумасшедший оргазм. Я совершенно не чувствовала вины. Мне было приятно, что смертный приговор этому подонку я подписала собственной рукой. Спустя пятнадцать минут Батон лежал на кровати, вытирая пот.

– Марусь, тебе хоть здорово было? – спросил он уставшим голосом.

– Меня зовут Маша, – резко оборвала его я.

– Ей-богу, ты чо такая обидчивая? Тебе со мной хорошо было?

– Еще бы! Мне было просто замечательно, – засмеялась я, натягивая костюм.

Батон поднял голову и недовольно посмотрел на меня.

– Зачем ты одеваешься?

– Мне пора домой.

– Я думал тебя еще раз раскрутить. Можно полежать, немного отдохнуть и повторить.

– Думаю, одного раза будет достаточно.

– Для кого? Для тебя или для меня?

– Для нас обоих.

– Машка, ну останься еще ненадолго. Я сейчас пять минут полежу и буду в форме.

– Я больше не хочу.

Наспех поправив волосы, я спустилась вниз. Батон нехотя встал и пошел за мной.

– Давай хоть чай на дорожку попьем, – предложил он.

– Давай, – безразлично произнесла я и посмотрела на Батона как на покойника.

– Ты чо? Чо ты так уставилась?

– Батон, у тебя дети есть?

– Нет. А что?

– Ничего. Хорошо. Было бы намного хуже, если бы они были.

– Маша, я что-то не пойму, к чему ты клонишь?

– Да это я так, просто. Где твой чай?

Батон протянул мне чашку и сел напротив.

– Марусенька, а кто же тогда ночью стрелял?

– Меня зовут Маша, – резко перебила я Батона.

– Маша, кто тогда ночью стрелял?

– Не знаю.

– Я чудом уцелел в ту ночь. Добрался до своего врача. Мне сделали операцию. Как только немного оклемался, взял своих пацанов и отправился в коттедж, чтобы найти трупы погибших ребят.

– Ну и как, нашел?

– Нет, – вздохнул Батон.

– Как это «нет»?

– Молча. Мы обыскали весь дом, все кусты облазили, но трупов не обнаружили, следов крови не осталось. Прямо мистика какая-то!

– Куда же они делись? – вздрогнув, прошептала я, вспомнив призрака-ковбоя, приковавшего меня наручниками к кровати.

– Не имею представления. Словно испарились. Будто их и не было вовсе. Может, мне все это приснилось? Но ребят-то нет, и ногу еле спасли. Выходит, это не сон, а самая настоящая реальность, черт бы ее побрал. Пацаны говорят, что у меня крыша поехала. Мол, если бы трупы были, то они никуда бы не делись. Может, их менты зацепили? Я по своим связям в отделение звонил – там глухо. Не могли же они сквозь землю провалиться! Так мы их и не похоронили. Эти пацаны до сих пор числятся без вести пропавшими.

Батон замолчал и задумчиво посмотрел в окно. Затем повернулся ко мне и спросил:

– А ты как оттуда выбралась?

– Потеряла сознание. Под утро очухалась и убежала.

– А когда ты очухалась, трупы видела?

– Не было никаких трупов. Вообще ничего не было.

– Я грешным делом подумал, что это Илья. Сбежал и решил нас всех завалить.

– Это был не Илья. Илья умер сегодня ночью.

– Умер?

– Умер. Он уже давно болел, ты разве не знал?

– Нет. Я с ним так тесно не общаюсь. Что с ним?

– Рак легких.

– Он что, так много курил?

– Я бы этого не сказала.

– Жаль, неплохой пацан, а самое главное, молодой. Я все равно этот случай с Валетом так не оставлю. Кто-то же должен ответить мне за те деньги, которые я ему одолжил.

– Зря ты заводишься, Батон. Мой тебе совет: забудь про деньги и радуйся, что остался жив. Жизнь бесценна и не стоит никаких денег.

– Машка, ты и вправду не знаешь, где у Валета деньги лежат?

– Ты что, совсем сдурел! – разозлилась я и стукнула кулаком по столу. Удар получился такой сильный, что рука заныла. Мне захотелось заплакать от боли, но Батон даже не обратил внимания на мою выходку.

– Знаешь, Машка, мне кажется, что в коттедж кто-то приходит, а может быть, в нем кто-то живет.

– С чего ты взял? – расширила я глаза.

– Я несколько раз туда наведывался. Там кто-то бродит. Вернее, бродит только по ночам.

– Тебе могло померещиться.

– Я что, похож на психа?

– Вроде бы нет.

– Я все равно выслежу того, кто там бродит. Я его обязательно поймаю. Скорее всего, он знает, куда делись тела моих друзей. Наверное, он тоже охотится в этом доме за деньгами. Ну конечно: он ищет деньги – как же я сразу не догадался!

Я почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Нет уж, с меня хватит! Быстро поднявшись, я направилась к выходу.

– Машка, ты куда?

– Короче, ты едешь со мной или нет?

– Конечно, еду. Ты же прекрасно знаешь, что моя машина осталась у ресторана. Не пойду же я пешком в Москву.

– Тогда собирайся!

– Странная ты какая-то. Вскочила как ненормальная. Я хотел тебе еще одну палку всунуть.

– Всунь другим, я больше не хочу.

Батон закрыл дом и сел в машину. Я завела мотор и рванула с места.

Подъехав к ресторану на Никитской, я помахала Батону рукой:

– Ну все, давай, Земля круглая, может, встретимся.

Батон пожал плечами и сказал:

– Какая-то ты странная, Машка. Прямо на глазах переменилась. Была как курица-наседка, тупая и нерасторопная, а стала как акула. Не нравятся мне такие перемены.

– А я никогда и не мечтала тебе понравиться, – закурив сигарету, я вызывающе посмотрела на Батона.

– Ну ты и сука!

– Я тебя до ресторана довезла, а ты так со мной разговариваешь! Вот оставила бы тебя на твоей гребаной даче и добирался бы пешком до города. Пошел вон из машины!

– Что ты сказала?

– Пошел вон из машины!

– Сука!

Батон вышел, громко хлопнув дверью, и направился к своему джипу. Я выкинула сигарету и с силой надавила на газ. Машина взревела и помчалась вперед на сумасшедшей скорости.