Железный город - Шалыгин Вячеслав Владимирович - Страница 70

– Но не опровергают других фактов, моих аргументов.

– Вы предлагаете всех арестовать и допросить с применением спецсредств?

– Это будет слишком, Краузе. Я предлагаю пойти от обратного.

– Как это?

– Очень просто. Встаньте на мое место, и вы поймете, что существуют только два разумных объяснения: либо кто-то вертит ситуацией так, чтобы запутать следы, подставив под удар максимальное количество ложных фигур, либо эти фигуры реально враги, и тогда верить никому нельзя.

– Но мне, выходит, верить можно?

– Вам? – Штраух вдруг многообещающе ухмыльнулся. – Да, у вас, в отличие от других, почти безупречное алиби на все эпизоды. Во всяком случае, гораздо надежнее, чем у других. И вы очень убедительны, Краузе. Все это так, но в ваших действиях не хватает главного: результата. И, заметьте, это уже закономерность. Вы талантливый инспектор, работаете в поте лица, но в этом запутанном деле так и не добились результата. Почему? Неужели я вас переоценил? С моим-то кадровым опытом! Исключено. Значит, проблема в другом. Проблема заключается в том, что спрятано у вас в голове.

– Зачем же вы пригласили меня на этот мозговой штурм? – Краузе приготовился уйти в защиту.

– Чтобы убедиться, Краузе, – Штраух приложил палец к экранчику компа. – Чтобы убедиться, что вы и есть тот, кого мы так давно и безуспешно ищем. Алло, дежурный, конвой ко мне в кабинет!

14. Март 2299 г., орбита Нептуна – Эйзен

До выхода из прыжка оставалась ровно минута. Рука так и тянулась к компу, чтобы вызвать Барышева и узнать, как идут дела на «невидимом фронте», но на долгие разговоры времени не оставалось, а узнать главное можно было и так. Надо только набраться терпения и подождать, когда бортовой комп-навигатор флагмана объявит о выходе из гипердрайва.

Адмирал Вяземский, большой любитель женщин, приказал настроить голосовую функцию навигатора соответствующим образом, и когда корабль вышел из гипердрайва, комп промурлыкал сообщение об этом событии весьма приятным голосом. В обычной обстановке Преображенский обязательно отпустил бы в адрес старого друга какую-нибудь колкость, но сейчас генералу было не до того. Он прилип к плоскому боевому экрану, едва не воткнувшись в него лбом.

– Дырку не проломи, – проворчал Вяземский. – В доспехах своих ты на мостике, как слон в посудной лавке. Вон там они, на два часа. Теплая встреча во всей красе.

– Ничего не вижу, одни звезды, – признался Павел. – А-а… тени!

– Так точно. Тени в количестве… до хрена, – Вяземский обернулся к своим офицерам. – Боевая тревога! В отсеках по местам стоять! Компьютер, план атаки номер один!

Первый план разрабатывался с расчетом на то, что конвой будет сопровождать не только сотня рейдеров, но и более существенные силы. Преображенский бросил попытки рассмотреть врага вживую и переключил внимание на тактический экран. На нем вражеский флот можно было увидеть в режиме компьютерного моделирования: на фоне все тех же звезд, но уже не черные пятна, а вполне понятные контуры кораблей и судов в двадцатикратном приближении – до головного дозора армады было около десятка мегаметров, а вся процессия растянулась еще на «полмега». Гражданских лайнеров и больших десантных кораблей в караване было действительно не меньше пяти сотен. Примерно столько же кораблей крупного тоннажа шли впереди конвоя и в охранении с флангов. Без сомнения, это были корабли армады, примчавшиеся по сигналу «крота». Штатная охрана из малых и средних рейдеров плелась где-то в кильватере каравана.

Смотреть на все это было жутковато, зато радовал факт того, что «игра с кротом», пожалуй, вошла в финальную стадию. Скоро Барышев возьмет его тепленьким. Вот только светит ли самому Преображенскому узнать имя предателя? В прицеле армады шансы на это становились более чем призрачными. Осознав, наконец, какая в действительности боевая мощь приближается встречным курсом, князь невольно присвистнул.

– Сколько же их!

– Я же сказал, до…

– Слышал тебя, Петя, но хотелось бы поточнее!

– А не все ли равно? – Вяземский усмехнулся. – Наша задача атаковать? Вот и атакуем, а там сориентируемся. Внимание, приказ операторам компьютерной группы: выбрать цели, автоматические брандеры… запустить! Эскадрилья «Стилвингс», доложить готовность!

– Флагман, командор Трентон на связи, к бою готовы!

– Ждите приказа! Ваш выход после удаления первой волны брандеров на три мегаметра. Держи дистанцию, Майкл, не суйся в пекло.

– Да, сэр!

– Ну что ж, – адмирал взглянул на Преображенского, – и ваш выход не за горами, генерал. Готовы?

– Разве что кофейку да дорожку выпить, – князь усмехнулся и надел шлем. – Одна просьба, Петя, выбери для моих абордажников кусок пожирнее, чтоб не зазря саблями махать.

– Вражеский флагман подойдет?

– Конечно, только как ты его вычислишь в такой массе?

– У нас, девочек, свои секреты, – адмирал пробежал пальцами по экрану тактического компа. – Прямо сейчас могу тебе его показать. Вот это корыто, в самой безопасной зоне: между армадой и конвоем.

– И как мы к нему подберемся?

– Мы вас проведем, сэр, – вмешался Трентон. – Всех не получится, но три абордажных бота – легко!

– А удрать вовремя сумеем? Мне как-то не улыбается сгореть вместе с фрицами, когда Накано им пятки поджарит.

– Так точно, сэр, сумеем. Наши «Стилвинги» втрое быстрее немецких истребителей и в пять раз маневреннее тяжелых кораблей. Чистая арифметика. Плюс в нашем активе антирадарная обшивка и новейшая система постановки помех. Ваши боты не столь маневренны, а остальные ТТХ почти такие же. Все, что немцы сумели бы услышать при нашем пролете – шум двигателей, но тут не Голливудский павильон, в космосе звуков нет.

– Знаю, Майк, потому и попросил вашу эскадрилью у Стивенсона. Для очистки совести поинтересовался. Ладно, господа и джентльмены, займемся войной.

Преображенский отсалютовал изображению Трентона в экране, пожал Вяземскому руку и отправился с мостика к шлюзам, где его ожидали экипажи абордажных катеров и десант; все уроженцы Каллисто, и все как один ветераны Пятой космической. Без ведома Генштаба князь Преображенский мог свободно распоряжаться только армией своей планеты. Естественно, вторым после генерала командиром в этом отдельном десантно-штурмовом батальоне был подполковник Воротов. Он и доложил князю о готовности.

– По машинам! – приняв рапорт, крикнул Преображенский. – С Богом!

– Наша третья, – Ярослав указал на шлюзовой люк с красной трафаретной тройкой.

– Вот и славно, путаться не будем. У первого звена катеров будет отдельная задача. Остальных Вяземский наведет на корабли с наименее мощным вооружением.

– Понимаю, – Воротов кивнул. – Это чтобы неопасно было оставлять эти корабли на плаву. Даже если десант не преуспеет, ничего страшного не случится.

– Верно. Не забывай, мы только отвлекаем. Сверхзадача перед нами не стоит, – Павел хитро подмигнул. – Ну, разве что взять на абордаж флагман армады.

– Другое дело! – просиял Воротов. – А то как-то все… не по-нашему, не по десантному.

– Но не увлекаться! – строго добавил Преображенский. – Скомандую отход – полный назад на всех парах, ясно? Даже если в двух шагах от адмиральской каюты окажетесь. Война не здесь выигрывается, это лишь звено в цепи.

– Нешто мы приказы обсуждаем? – Ярослав вытянулся в струнку. – Не имеем такой привычки, ваша светлость!

– И не заводите, – Павел пропустил Воротова вперед и поднялся на борт катера последним. – Эй, кабина, задраивай! Готовность ноль!..

…Брандеры проредили порядки армады, как крупный град пшеничное поле. Рейдеры и фрегаты немцев пытались маневрировать, и зачастую им удавалось уклоняться от столкновения, но примерно половина судов-камикадзе все-таки нашла свои цели. Те, что не смогли врезаться во вражеский борт и не имели конструктивных возможностей заложить крутой разворот (гражданские все-таки), подрывались операторами компьютерной группы, когда подходили ближе к конвою. Протаранившие врага брандеры гибли вместе с жертвами, прыгая в последний момент в гипердрайв, поэтому их подвиги были почти не видны невооруженным глазом, а вот вспышки судов-автоматов, добравшихся до конвоя, увидеть было нетрудно. Почти так же ярко горели «синим пламенем» и суда, вовсе не добравшиеся до рубежа атаки, сбитые врагом на подходе. Все это только усиливало иллюзию серьезного боя, а заодно (особенно вспышки в тылу, на уровне конвоя) создавало отличную маскировку приближающемуся флоту Накано.