Путь с небес - Шалыгин Вячеслав Владимирович - Страница 66

– Сами ходят? – с сомнением спросил советник. – Деревянные?

– Нет, – мальчик рассмеялся. – Конечно, не сами. Мы их передвигаем. Думаем и передвигаем. Вот так…

Он взял коня и поставил на белое поле.

– Вот сейчас конь угрожает вашему ферзю. Если вы не уйдете или не слопаете коня, то потеряете самую сильную фигуру во всем вашем войске.

– Ха-ха, – сдержанно рассмеялся советник. – Забавно… Слопать коня… Хорошо еще не слона.

– Можно и слона, но он вам пока не угрожает, к тому же от него можно прикрыться пешкой, а вот от коня не прикроешься, – не уловив причины его веселья, пояснил Кирилл.

– Забавно. – Конта чуть подался вперед, внимательно уставившись хитрыми глазками на княжича. – А ты умный мальчик. Из тебя получится хороший Правитель. Князь Василий правильно решил дать тебе планету. Ты сможешь управлять ею уже сейчас, даже в столь юном возрасте. Жаль, что это будет не Европа и рядом не будет вашей сестры.

– Да. – Кирилл смущенно опустил взгляд. Похвала этого явно высокопоставленного «заморыша» была ему приятна. – Но Вася сказал, что это ненадолго.

– Да, мы все надеемся, – продолжая сверлить мальчика взглядом, проворковал Конта. – Но ведь каждая минута пребывания княжны в неволе – это почти вечность! Неволя – это страдания, да еще рядом с таким чудовищем, как Преображенский! Я знаю, что князь Василий тоже искренне сопереживает Нине, но у него связаны руки. Он не может сейчас открыто появиться на Каллисто и потребовать освобождения сестры – его тут же схватят, он не может освободить ее силой, ведь наш флот далеко отсюда. А доверить такое поручение кому-либо постороннему… Ты же понимаешь, как высоки ставки. Так что придется ждать.

– Если бы я знал, как это сделать, я бы пошел сам! – гордо заявил Кирилл. – И ничего бы не потребовалось ждать. Я не хочу, чтобы сестра мучилась.

– Да, ты смелый юноша, настоящий воин, – Конта одобрительно закивал. – Я могу подсказать тебе один способ, но, боюсь, твой брат не одобрит, если ты решишь отправиться в логово врага.

– Он не узнает! – В ясных голубых глазах Кирилла зажглись огоньки. – Я смогу пробраться куда угодно! У меня есть экипировка, снаряжение…

– Нет-нет. – Советник поднял руки ладонями вперед. – Тебе не потребуется специальное снаряжение. Все, что тебе будет нужно, это железная выдержка. Воля настоящего разведчика. Способы и навыки спецназа в такой операции не пригодятся.

– А я думал… – Кирилл разочарованно надул губы.

– Действовать в открытую гораздо сложнее, – спокойно продолжил Конта. – И если тебе удастся победить, это будет вдвойне почетная победа. Это будет победа на высшем уровне!

– Как же я смогу победить в открытую? – растерялся княжич. – Один против всей охраны дворца… и полиции, и в порту… У нас, например, там десантники дежурят. Я же не супермен-гуманоид из марсианского видеокомикса.

– Но ты княжич, брат Нины, – напомнил советник. – Значит, тебе не будут препятствовать, если ты захочешь встретиться с сестрой. Все очень просто, Кирилл, очень просто… Прилетишь на малом рейдере, экипаж которого будет состоять из трех молодых женщин, примерно одного с Ниной роста, веса, комплекции и похожей внешности. Тебя пропустят к ней в сопровождении одной из этих девиц. Там они поменяются одеждой и…

– Здорово! – Кирилл снова загорелся. – А как же та, которая останется?

– Вряд ли ей что-нибудь сделают, ну, бросят в тюрьму, после обменяешь ее на какого-нибудь шпиона с Каллисто. Обычное дело.

– Обычное дело. – Княжич потер руки. – А если… если Нину держат под воздействием препаратов? Я видел по инфо, она какая-то не такая. Словно заторможенная. Движется так плавно, медленно.

– Это тоже не проблема. – Конта извлек из рукава странный остроконечный наперсток с надетым на него пластиковым колпачком. – Никто не заметит. Это сильное, но абсолютно безопасное средство. Оно позволяет подчинять волю людей. Если Нина накачана их злодейским зельем, уколи ее и шепни на ухо всего одно слово: «повинуйся». С той же секунды она начнет слушаться только тебя.

– Повинуйся… – Кирилл взял наперсток и попытался снять колпачок, но Конта положил руку сверху.

– Нет, княжич, раньше времени не снимай. Еще сам уколешься. Кто тогда будет спасать вашу сестру? Ведь ты станешь доступен любому внушению.

– Да, раньше времени снимать не буду. – Мальчик спрятал вещицу в карман. – Вы только Васе не говорите. Он не одобрит.

– Конечно! – Советник приложил руку к сердцу. – Тайна!

– Привезу Нину, и он сразу поймет, что я уже вырос!

– О да, сразу же поймет!

– И возьмет меня в самую горячую точку пространства!

– Э-э… горячую? Зачем?

– Как зачем?! Воевать! – Кирилл взмахнул кулачком и едва не опрокинул шахматы.

– Эй, Кир, что это ты развоевался? – усмехнулся из дальнего угла Бородач. – Научил советника играть?

– Да-да, научил, – улыбнулся Конта. – Я только что слопал коня…

Райский уголок Галактики – планета Терция отделалась легким испугом. Так считали все, кто мог сравнить положение на Колонии до и после Катастрофы. В столь приличном состоянии находились буквально две-три планеты Солнечной и столько же на окраинах. Колонии Терция и Колонии Деа, ее соседке в ближайшей звездной системе, повезло оказаться в их числе. Терция оправилась после Катастрофы первой. В момент взрыва на местном солнце от потока губительного излучения и плазмы ее заслонял сосед-гигант Тритос, да и орбитальные технические службы были к вспышке подготовлены – удар по местному светилу стал одним из последних. И вот теперь Терция по-прежнему куталась в оболочку мощной атмосферы и плескалась в океане. Бескрайнем, синем и спокойном. Суши на планете было вполне достаточно, но вся она состояла из архипелагов, островков-одиночек, атоллов, рифов и прочих неровностей дна мирового океана. Материков как таковых здесь не существовало. Впрочем, жителей островов-городов, островов-хозяйств, парков, фабрик, баз, всевозможных учреждений, частных владений и просто диких пляжей это не удручало. Представить себе, что такое большая суша с жестким континентальным климатом, неуютными бескрайними лесами, высокими сухими горами и ужасными пустынями они не могли и не хотели. Им нравились золотые отмели экваториальных архипелагов, прибрежные луга в средних широтах, уходящие ковром мягкой травы прямо в море, прохладные шхеры каменистых северных островов… Жить на Терции было приятно в любом ее месте, независимо от широты и долготы. Даже после Катастрофы.

Да, стало немного жарче, в среднем по планете на три-четыре градуса. Да, вроде бы немного усилилась ультрафиолетовая «нагрузка». Медики по всем каналам твердили о небезопасности длительного пребывания на пляже. Ах да, еще что-то там не совсем ладилось с магнитным полем. Но этого никто не замечал. Разве что гипертоники.

Жизнь на Колонии почти не изменилась, и граждане продолжали заниматься повседневными делами, с той лишь разницей, что основными новостями стали не виды на улов, а сообщения из других систем. События на Данае на фоне благополучия Терции выглядели особенно ужасными. Полиция не сомневалась, что вольнолюбивые колонисты устроят пару пикетов в знак протеста против политики ОВК, но никто не ожидал, что пикеты постепенно преобразуются в массовые манифестации, а те приведут к мелким стычкам и погромам. Обычно жители Терции были более равнодушны к проблемам прочих Колоний. В этот раз они не только покинули солнечные пляжи, но и раскачались на некое действие. Разгонять какие-то демонстрации на благостном курортном фоне полиции еще не приходилось. Это было не просто странно, но даже почти абсурдно и потому тревожно…

…– Палачи! – Небритый худой человек в разорванной майке попытался вырваться из рук двоих равнодушных полицейских. – Утопить! Всех вас надо утопить! И Преображенского вашего, и Гордеева!

– Так и запишем. – Стоящий у машины с зарешеченными стеклами офицер пометил что-то в блокноте. – Призывы к свержению существующего строя, сопротивление властям… Кребс, что еще на нем?