Охота на Сокола - Шалыгин Вячеслав Владимирович - Страница 86

– Исключено.

– Не спешите с ответом, Александр. Сказать «нет» вы всегда успеете.

– Я уже сказал. Нет. Это не моя война. Вам был нужен «Сокол»? Забирайте. Как можно снять «заклятье»? М-станнером?

– Но почему, Александр?! Разве для вас не очевидны преимущества обладания чипом? Поверьте, когда система будет повержена и исчезнет необходимость отвлекаться на «войну», вы в полной мере ощутите недоступную другим людям свободу. Вы получите абсолютную свободу знаний! Даже отчасти обретете власть над техносферой. Вы сможете говорить с любыми машинами на их языке…

– Управлять ими по своему усмотрению?

– Нет, это одно из технических условий функционирования системы. Об этом вы еще узнаете в подробностях, позже. Но и без этой опасной функции вы будете иметь гораздо больше, чем любой другой человек.

– Нет, – Саша был непреклонен. – Машина подчиняет личность. Это слишком большая жертва на алтарь любознательности. Я к ней не готов.

– Как вы не понимаете?! Вас ждут безграничные возможности и перспективы! Разве человек в здравом уме станет отказываться от таких подарков судьбы?

– Вы не Судьба и не вправе решать за других. Я хочу снова стать нормальным человеком. Пусть инфомир останется под опекой тех, для кого в этом весь смысл жизни. Под вашей, например.

– Я стар, и скоро мне придется оставить его на произвол все той же судьбы.

– Пусть будет так.

– Но «красные» уже почти готовы подчинить системе всю технику на планете. Грядет конец нынешней цивилизации!

– Вам-то что? Если вы этого уже не увидите, какая вам разница?

– Да, я вижу, машина берет в вас верх, господин Барков, но это происходит не так, как хотелось бы.

– Неверно. Это чисто человеческий цинизм, но вы заслужили такую отдачу, поскольку не видите разницы между экспериментальным прибором и живым человеком. Я отказываюсь быть «Соколом». Это мое окончательное решение.

– Но вы уже «Сокол»! Зачем отказываться от данного свыше, от удачи!

– Это не удача, а случайность. К тому же поправимая.

– Нет, вы не правы, Александр. Это почти то же, что и таинство рождения!

– Меня раздражает, когда я слышу «вы не правы». Кто это говорит, сама правота? И с таинством вы загнули. Я не просил совершать над собой никаких таинств. Мне вполне достаточно крещения.

– Да, вы не просили, это так. А вы спросили своего ребенка, хочет ли он рождаться?

– Это не одно и то же. Он родился, а дальше живет, как предписано природой, вы же вмешались в чужой промысел. В промысел того, с кем вам тягаться не по силам. Верните мне нормальную жизнь, и разойдемся миром.

– Удивительно – человек не хочет быть богом!

– Каждому свое. К тому же ни вы, ни ваш «Сокол» стать богом не помогут в любом случае. Максимум – местечковым божком.

– Хорошо, если вы так настаиваете… – Одиночка обиженно помолчал. – Но М-станнер тут не подойдет. Для этого есть другая хитрость.

– Уж не дефибриллятор ли? Отказать!

– Нет, что вы! Идея извлечения «Сокола» столь варварским способом могла прийти в голову только Манилову. И лишь потому, что под рукой у него не было подходящей аппаратуры. У меня она имеется. Это аналог саркофага в Горной Крепости…

– Только не вздумайте сделать наоборот! – На экране ближайшего к Саше компа вдруг появилось объемное изображение пассажирского салона вертушки. На переднем плане сидела Ольга. Выражение лица у нее было крайне суровым. – Нас не остановит ни ваш почтенный возраст, ни каменная стена, за которой вы прячетесь! Если вместо исцеления Барков получит новый импульс к превращению в «царя машин», мы вас достанем и уничтожим!

– Мило… Вы все слышали? – озадаченно пробормотал Одиночка. – Впрочем, чему я удивляюсь, «Сокол» же… Не волнуйтесь, сударыня. У господина Баркова очень высокий потенциал сопротивляемости и надежный якорь: жена и ребенок. Я вынужден уступить.

– Почему вы не улетели? – в свою очередь заинтересовался Саша.

– Не знаю, вертушка неожиданно сдохла. – Ольга пожала плечами. – Работает только этот канал связи, да и то сам по себе, я его даже не включала.

– Как это понимать? – Барков поднял взгляд к потолку.

– Видимо, это происки системы, – как-то неубедительно ответил невидимка. – Она пытается помешать вам, вернее, нам завладеть «Соколом». Пытается внести в наши отношения элемент недоверия.

– И это ей удается. – Барков потер зудящие ладони. – Давайте побыстрее покончим со всем этим. Ольга, Лена, покиньте вертушку. Идите к Васе, он в складе – третья дверь по левой стороне. А вы, господин изобретатель, включайте свою «аппаратуру для изгнания бесов», хватит ждать у моря погоды, я не изменю своего решения.

– Ну, что ж, извольте…

Позади раскрылись двери лифта, но за ними не было кабины. Теперь за ними открылся короткий коридор в комнатку, где на массивном основании стояло нечто вроде зубоврачебного кресла с подголовником, из которого вбок торчала сигарообразная штуковина. «Сокол» идентифицировал ее как контейнер для хранения процессоров С-типа в стабилизационном поле. Одиночка не обманул, кресло являлось аналогом инсталляционного саркофага. За спиной Саши сомкнулись створки двери. Если смотреть из этой комнатки, дверь была точно такой же, как в помещении с компами или наверху. Даже кнопка слева выглядела такой же старой и затертой. Барков прошел и без колебаний уселся в кресло.

– «Сокол» уйдет почти сразу, – пообещал невидимка. – На все про все считаные секунды, но вы будете ощущать легкую слабость и головную боль в течение суток.

– Так тому и быть. – Саша прижался затылком к подголовнику. – Включайте.

«Внимание! Активирован процесс деинсталляции… – прогудело в голове. – Введите код…»

«СОКОЛ3422000988717ЗАН1223ЯНВАРЬ15…»

«Код принят. Введение поправок. Процесс деинсталляции запущен…»

«Вот и слава богу. – Саша закрыл глаза. – Человечество простит…»

– Саня!

Барков мысленно выругался и открыл глаза. Двери с шипением разъехались в стороны, но за ними снова тускнели стенки лифтовой кабины. «Хитрая система…» Голос доносился из динамика лифта. На связи был Климов, без сомнений.

– Чего тебе?

– Полундра, Сашок! Поднимайся наверх, срочно! Без тебя тут не обойтись!

– Девчонки и мальчишки с тобой?

– Со мной, в том и проблема! Нас, похоже, вычислили! Десант на базе высаживается, человек сто! Прочесывать собираются.

– «Красные»?

– Видимо, так. Хотя кто их разберет? Ты бы поднялся сюда на всякий случай. Нас твой приятель в подземелье прятать никак не желает. Что там у вас, места мало?

– Нет, это просто хитрости у «приятеля» хоть отбавляй. – Саша сел в кресле и выругался уже вслух. – Одиночка, «Сокол» ушел?

– Трудно сказать. – Голос изобретателя становился то тише, то громче, словно в эпицентре радиопомех. – Я… чувствую… подавляющий…

– Что? Я не слышу.

– М-станнер… Подавляющий импульс…

– Ах вот оно что! Десантники привезли с собой станнеры?

– Да… излучение мешает мне определить, где сейчас «Сокол». Предлагаю попробовать… экспериментально…

– Что попробовать? Свалить десантные вертушки, вырубив их борткомпы?

– Как вариант… Они все уже сели, жертв не будет…

Саша сосредоточился, но в голове царила звенящая пустота. Если «Сокол» и остался верен хозяину, М-станнеры полностью его нейтрализовали.

– Матюгальник врубили! – сообщил Климов горячие новости. – Угрожают ракетой шарахнуть, если не выйдем с поднятыми руками. Голос знакомый… ого! Похоже, это сам Куратор матерится. Лично прилетел. Гордись, Саня, целый генерал Манилов к тебе на поклон явился.

– Я не могу влезть в борткомпы, – негромко сказал Барков, обращаясь к Одиночке. – Попробуйте вы.

– Я тоже. Это ведь прерогатива «Сокола».

– Придется драться.

– Нет, Александр, проще сбежать.

– Сбежать? Опять сбежать?! – Барков ударил кулаком по спинке кресла, и в ней что-то подозрительно хрустнуло. – Сколько можно бегать?! Они все равно не отстанут!

– Бегите вы, а я останусь, – грустно проронил Одиночка. – Вступая в игру, я допускал такой вариант. Я допускал, что раскрою себя, так и случилось. Мой забег окончен. Заполучив меня и мои гарантии, что вы «отформатированы», они успокоятся и отстанут от вас, Александр. Поднимайтесь наверх и идите в дальний конец склада. Там под стеной начинается подземный ход, он выведет вас к реке, а в камышах вы найдете заправленную моторную лодку.