Кровь титанов - Шалыгин Вячеслав Владимирович - Страница 98

Зевс впервые стоял на палубе линкора собственной персоной. Он прибыл на «Свободу» для того, чтобы лично убедиться в том, что инженеры не перестраховываются. По их данным, отведенное «гекатонхейрам» время подходило к концу. Тоннельные установки исчерпали весь свой ресурс и удерживать Воинов из «Тартара» в реальном мире больше не могли. Первые же сбои в работе внутривременных каналов унесли обратно в зону тройной аномалии сразу пять крейсеров. В ту минуту, когда Зевс подошел к триплексу, противоток затягивал в ближайшую червоточину еще один корабль. В мыслях экипажа обреченного корабля не было страха. Скорее, было облегчение. Отважным Воинам Олимпа предстояло вернуться к моменту собственной гибели, но души их давно были опустошены бесконечной войной и к тому, что на другом конце тоннеля их ждет бушующее адское пламя, они относились равнодушно.

– Мы все готовы к смерти, – негромко проронил стоящий рядом с предводителем повстанцев капитан «Свободы». – Но мы благодарны вам за предоставленную возможность прожить еще несколько дней.

– В умах ваших соратников таких мыслей нет, – возразил Зевс. – Да и вы говорите это лишь для того, чтобы соблюсти приличия.

– Простите, если мои слова вас обидели, – капитан вздохнул. – Жизнь после смерти оказалась совсем не такой, как мы себе представляли. В ней нет места для людей, возрожденных из пепла.

– Расставшись с бренными телами, вы в любом случае не попадете в райские кущи, – заметил Зевс.

– Верно, – согласился капитан, – но вряд ли это будет хуже, чем жизнь в качестве чудовища, сбежавшего из царства мертвых.

– И все равно мне жаль, что вы не останетесь рядом с нами до победы, – сказал предводитель.

– Извините, что не оправдали возложенных на нас надежд, – капитан пожал плечами. – Но что мешает вам привести в порядок тоннельные установки и вызвать нас из безвременья снова?

– К сожалению, у нас вряд ли появится такая возможность, – Зевс покачал головой. – Если мы не нанесем титанам последний сокрушительный удар в ближайшие два дня, мы проиграем. Я не рассчитывал на затяжную войну. Наши ресурсы слишком ограниченны. Я оказался скверным стратегом. Начинать кампанию, не имея за спиной мощной материально-технической базы, не следовало. Когда я это понял, было поздно. Нам уже не выйти из игры. Я пробовал начать переговоры, но Воины мне не поверили. Теперь войну точно не остановить. Нам придется драться до последнего бойца...

– Зачем же вы ее начали? – спросил капитан.

– Слишком выгодной показалась ситуация. К тому же у нас были сильные союзники...

– Которые разорвали договор, как только поняли, что могут обойтись без вашей поддержки? Обычное дело. Вы не только плохой стратег, господин Зевс, но и никудышный историк. Большая часть конфликтов на Земле начиналась с того, что две стороны объединялись против третьей, но в результате, преследуя разные цели, каждый начинал драться только за себя. К сожалению, я уже не успею восполнить пробелы в вашем военно-историческом образовании, но, если вы хотите победить, примите мой последний совет. Титанов можно разбить, лишь применяя тактику «выжженной земли». Пока в строю остается хотя бы один Воин, столицу вам не взять. Вы должны уничтожить всех Воинов и кадетов. Бывших союзников, кстати, тоже.

– Это будет слишком, – Зевс отрицательно покачал головой.

– В таком случае вы проиграете, – вынес вердикт олимпиец, – и исчезнете так же, как исчезли мы...

Спустя час Зевс снова стоял на палубе линкора, но на этот раз корабль назывался «Варяг», и это был последний из космолетов такого класса, оставшихся в строю повстанцев. Теперь он являлся флагманом остатков некогда вполне боеспособного флота.

– «Свобода» вернулась в безвременье, – объявил Зевс, строго глядя на офицеров линкора. – Очень скоро вы присоединитесь к своим товарищам, но перед этим я прошу вас помочь мне нанести последний удар. Если он будет сильным и отчаянным, Диктатура рухнет.

Ответом Зевсу была полная тишина. Офицеры почти синхронно отдали предводителю честь и, так и не произнеся ни единого слова, разошлись по своим местам...

– Иван, ты не спишь? – в комнате появился образ Дины.

Она была на год старше Ивана, но теперь они часто встречались в одной компании, и среди друзей считалось, что ребята неравнодушны друг к другу. Иван резко сел на кровати и потер глаза.

– Нет, – бодро ответил он. – Уже нет.

– Извини, что разбудила, – Дина чуть склонила голову набок и улыбнулась. – Дикарь объявил общий сбор. Ты пойдешь?

– Прямо сейчас?

– Да, и он просил явиться лично. Серверы взяты под наблюдение контрразведкой. Фантомов можно использовать только для оповещения.

– А ты где? – Иван вскочил с кровати, прикрываясь одеялом. – Отвернись.

– Какая скромность! – девушка рассмеялась. – Я стою внизу, у твоего крыльца.

– Сейчас выйду, – лихорадочно одеваясь, пообещал Иван. – Зачем Дикарю потребовалось собирать всех?

– Наверное, началась операция «Генетика», – Дина пожала плечиками. – Там узнаем...

Дом Дикаря находился на четвертом уровне недалеко от лифта. Покинув кабину, ребята побежали и потому прибыли на встречу раньше других. Дикарь впустил парочку в дом и обеспокоенно выглянул за дверь.

– За вами не следили? – спросил он шепотом.

– Мы не заметили, – ответил Иван. – Ты перестраховываешься. Все сейчас озабочены войной, и, чем занимаются дети, никого не волнует.

– Нельзя недооценивать «Омегу», – строго глядя на Ивана сверху вниз, заявил Дикарь. – Это тебе не Воины и не «спруты».

– Я недавно запросто выставил одного из этих суперагентов из дома! – уверенно заявил Иван. – Не такие уж они могущественные.

– И после этого попал в клинику с простреленной головой? – Дикарь криво ухмыльнулся. – Ты едва не сорвал нам весь подготовительный этап.

– Чтобы найти при сканировании что-то в чужой памяти, надо знать, что ищешь, – парировал Иван. – Ни «Омега», ни «Спрут» даже не подозревают о нашей операции.

– А твой отец? – Дикарь приблизился к Ивану и внимательно посмотрел ему в глаза. – Он ни о чем не догадывается?