Кровь титанов - Шалыгин Вячеслав Владимирович - Страница 89

– Я все равно вам не верю, – упрямо повторил Воин. – Куда идти?

– Руки в карманы и идите за мной, – предложила Габи.

– А руки-то зачем в карманах держать? – удивился Туркин.

– Чтобы не было соблазна их распустить, – кокетливо взглянув на Воина, пояснила ассистентка.

Алексей смерил девицу снисходительным взглядом и покачал головой.

– Ведите...

– Гекатонхейры? – Диктатор приблизился к стоящему навытяжку Попову и внимательно посмотрел ему в глаза. – Ваши аллюзии до меня пока не доходят. Какое отношение имеют сторукие чудовища из древнегреческих мифов к реальной ситуации?

– Дело не в их внешности, – пояснил сыщик. – Этот эпитет применяют сами заговорщики, видимо, имея в виду то, что предводитель бунтовщиков Зевс использует некоторых людей так же, как его тезка некогда использовал обитателей Тартара. Для того чтобы получить преимущество над титанами, он укомплектовал свои войска давно погибшими Воинами Олимпа, похитив их из прошлого вместе с техникой и оружием. Именно по этой причине все корабли и снаряжение противника выглядят устаревшими, а тактика знакомой.

– Внутривременные каналы предназначены для обычной транспортировки, – возразил Диктатор. – Наши ученые уже почти воссоздали принцип их действия в лабораторных условиях. О каком прошлом вы говорите?

– Все верно, – согласился Попов, – но каналы позволяют перемещаться значительно дальше, чем гипертоннели. Видимо, найдя в безвременье нужный вектор движения, противник получил возможность путешествовать не только вне реального мира, наблюдая за нами как бы из-за полупрозрачного зеркала, но и навстречу расширению Вселенной. Возможно, он способен уходить внутрь времен, туда, где материя еще не успела стать столь разреженной, как сейчас, а время шло гораздо медленнее. Например, в тот момент, когда вся Метагалактика умещалась в объеме, который сейчас занимает один Млечный Путь. Имея такую технологию, проникнуть на семьдесят лет в прошлое – не проблема.

– Почему же они не разыскали нас в этом самом прошлом, когда мы были еще детьми, и не придушили? – недоверчиво качая головой, спросил Диктатор.

– Наверное, они не рискуют так грубо вмешиваться в историю реального мира, – предположил сыщик. – Это может привести к непредсказуемым последствиям. Или же все дело в том, что каналы позволяют проникать только в безвременье, а не в прошлое. В этом случае враги вынуждены пользоваться тем, что аномалия успела спрятать в своих глубинах. Например, застрявшими там во времена войны Спутников кораблями олимпийцев. Компьютер военного архива утверждает, что в строю врага сражаются только те корабли, которые были уничтожены титанами в зоне тройной аномалии. Причем, как были уничтожены, архив не уточняет. Если их просто загнали дальше точки невозвращения – моя версия становится вполне дееспособной. В любом случае, аналогия со стражами Тартара здесь вполне уместна. Ведь прошлое, из которого призваны на службу современные «сторукие», это и есть царство мертвых.

– А зона аномалии – обитель бессмертия после смерти, – задумчиво произнес правитель. – Вы сами все это раскопали?

– Я сопоставил факты и подтвердил свои умозаключения, просканировав сознание ряда бунтовщиков во время рейда на Марс, – ответил Попов. – Вопрос с олимпийцами и их «гекатонхейрами» лично для меня теперь предельно ясен. Какие-то весьма образованные потомки проигравших в войне Семнадцати Спутников земных коллаборационистов пытаются отомстить за поражение предков и свергнуть Диктатуру титанов. Имея такое солидное преимущество в научно-техническом обеспечении, они вправе надеяться на успех начатой кампании. Их координационный центр, видимо, для большей патетики, расположился внутри марсианского Олимпа. Предводитель, Зевс, скорее всего, титан, иначе ему не удалось бы заполучить в свое распоряжение приличную команду ученых. Остается понять, какая связь существует между ними и некой третьей силой, которая очень внимательно следит за развитием конфликта.

– Той силой, что захватила «Разрушитель» и обстреляла нашу флотилию? – предположил Диктатор.

– А также постоянно вмешивается в развитие событий и подстегивает нас к эскалации военных действий, – подтвердил сыщик. – Неизвестные враги делают это очень грамотно и незаметно. Я склонен предположить, что за их плечами имеется немалый профессиональный опыт.

– Бывшие спецагенты? – правитель скривился. – Вряд ли. Таких у нас просто нет. Секретные сотрудники не покидают своих постов до последнего вздоха.

– Согласен, – Попов кивнул. – Зато есть отставные Воины.

– Они все прошли через полный «ластик», – возразил Диктатор. – А впрочем, не все...

– Громов, – согласился с невысказанными сомнениями правителя Попов. – Ведь Аврелий Маркович принадлежит даже не предыдущему поколению Воинов, а еще более ранней генерации.

– Потому его и зовут «дедом», – подтвердил Диктатор. – Он единственный из ордена, кто помнит войну.

– Возможно, он не только помнит, но и до сих пор живет по ее законам? – прозрачно намекнул сыщик.

Диктатор взглянул на Попова, как на пустое место, и пробормотал:

– Вряд ли. Ведь Аврелий слишком хорошо устроился в этой жизни, чтобы желать кардинальных перемен. Хотя Громов – это весьма изворотливый сукин сын и вполне может знать даже то, о чем не известно ни одному разумному существу во Вселенной...

– Если вы дадите разрешение...

– Нет, – перебил сыщика правитель. – Громов сразу обнаружит слежку.

– Мне вполне по силам сделать это незаметно, – настойчиво заявил Попов.

– Никакого скрытого наблюдения, – отчеканил Диктатор. – Я сам разберусь с Аврелием. Если он что-то скрывает, это будет последней ошибкой в его долгой жизни...

Аврелий Маркович Громов не доверял никому. Это была именно та причина, по которой он до сих пор не расстался с креслом главы Совета и памятью о долгих годах службы в ордене Абсолютных Воинов. Бурный поток бытия обтекал его, как мелкая речка большой валун, постепенно подтачивая железное здоровье и старя Воина, но в целом не причиняя ему заметных неудобств или неприятностей. По той же причине и жил Громов почти всегда один. Он давно привык к своему одиночеству и совершенно не помнил, как можно делить судьбу с кем бы то ни было. Очень давно, когда ему только исполнилось сто лет, Аврелий пытался создать семью, но его невеста была из промежуточного селекционного поколения, и ученые уничтожили ее вместе со всеми ровесницами, как только она произвела на свет пятерых отпрысков. Детей Громов семьей не считал, поскольку все они после полного «ластика» были зачислены в Службу освоения планет под вымышленной фамилией и даже не подозревали, что в их жилах течет славная кровь самого знаменитого Воина ордена. Следующая попытка пришлась на беспокойное время войны с землянами. Аврелий уже достиг возраста «бес-в-ребро», двухсот пяти полных лет, и считал свою симпатию к юной лаборантке биоцентра вполне закономерным чувством. Этакой лебединой песней. Устоять под натиском пожилого, но неотразимого Воина девушка, конечно, не смогла, но и на этот раз обрести семейное счастье Громову помешало происхождение возлюбленной. Когда руководством титанов было принято решение избавиться от Воинов Олимпа, а также их коварной наследственности, Аврелий был вынужден забыть о нежных чувствах и поступить так, как требовал устав ордена. Он лично уничтожил загородное отделение биоцентра, в котором работала подруга, и расстрелял весь персонал. Невеста приняла смерть спокойно, и это произвело на Громова очень сильное впечатление. Настолько сильное, что он даже немного растерялся и не стал убивать последнего из обладателей олимпийских генов. Это была минутная слабость, однако впоследствии оказалось, что именно она заложила под прочнейший фундамент положения и авторитета Воина мегатонную мину замедленного действия. Аврелий пока не имел полного представления о масштабах последствий своего малодушия, но отчетливо ощущал, что момент истины уже очень близко. Все, что происходило в последние дни на Титане, да и во всей Солнечной системе, было Воину хорошо знакомо. В свое время примерно так же начинались и война Семнадцати Спутников, и давно забытая Пятая Космическая, в которой Аврелий участвовал еще в качестве бойца экспериментальной роты титанов. В те далекие времена физически совершенным, но неопытным олимпийцам и титанам пришлось очень долго учиться у врага, но в результате, ценой огромных потерь, они одолели мощную армию Абсолютных Воинов Земли, которые защищали обычное, не прошедшее процедуры генетического отбора, человечество. Победившие в Пятой войне Воины Олимпа навсегда стерли из памяти людей упоминания об истинных причинах войны и заново переписали историю ордена Абсолютных Воинов. С того момента, по замыслу олимпийцев, слово «Воин» становилось синонимом сверхчеловека, а не названием одной из наиболее почитаемых, но все-таки обычных древнейших профессий. Экспериментальная рота титанов за проявленную в боях доблесть была в полном составе принята в Академию и со временем разрослась сначала до полкового ордена, а затем и до ордена полного, в мирное время составлявшего округ, а в период ведения боевых действий отдельную армию. Однако ни один из бойцов-титанов так и не удостоился звания Воина. Олимпийцы по-прежнему не воспринимали их всерьез и потому доверили титанам лишь второстепенную службу по охране научных объектов. Соратников Громова такое пренебрежительное отношение со стороны могучих наставников сначала немного обидело, но очень скоро они сообразили, что в подобном назначении есть неоспоримые преимущества. Большая часть охраняемых объектов принадлежала биогенетической службе, той самой, которая, не подозревая, до чего доведут ее эксперименты с созданием сверхлюдей, вывела когда-то расы олимпийцев и титанов.