Кровь титанов - Шалыгин Вячеслав Владимирович - Страница 125

– Новая эра, радужные перспективы, ликование толпы, – «сержант» вздохнул. – Как все это наивно. Схлынет волна послевоенного возбуждения, начнутся монотонные серые будни, и люди поймут, что в их жизни все осталось по-прежнему. Равное количество радости и горя, удач и поражений.

– Ты научился рассуждать не хуже, чем Пит, – сказала Кукла. – Проводи меня домой, я не могу надолго оставаться в одиночестве.

– Идем, – согласился «Джемисон». – Все равно его величеству Правопорядку от меня никакой пользы. Одна видимость. Теперь, если меня и не сотрут за неимением оригинала, то будут поручать именно такие «миротворческие» миссии. Успокоить поссорившуюся с мужем домохозяйку или проследить, ровно ли граждане паркуют машины на общественных стоянках.

Они двинулись по теплой пластиковой дорожке к дому Туркина, но неугомонная лазерограмма неожиданно увеличилась в размере, и голос диктора сорвался на фальцет. Кукла сначала не разобрала, о чем идет речь, но реакция ее спутника была более чем странной. Фантом замер, совершенно по-человечески раскрыв от изумления рот. Его взгляд был прикован к развернутой над ровно подстриженным газоном панораме космического пространства. Качество объемного изображения было настолько хорошим, что Кукла даже почувствовала легкое головокружение и невольно задержала дыхание. Обступивший ее и «сержанта» виртуальный космос был полон безмолвных звезд, а еще, насколько хватало глаз, его черную ткань разрывали серебристые воронки тех самых червоточин, через которые совсем недавно ушли все бывшие союзники пресловутого Зевса-Васильева.

– Они возвращаются? – робко предположила Кукла. – Но ведь они уже достигли своей цели. Зачем они возвращаются? Неужели все начнется снова?

– Нет, – образ Джемисона медленно покачал головой. – На этом все закончится. Разве ты не видишь? Это не союзники Зевса. Это армада титанов...

Капитану корабля марсианских разведчиков происходящее казалось страшным сном. Корабли вражеской армады выходили в обычное пространство всего из нескольких десятков внутривременных червоточин, и теоретически их можно было остановить у мест проникновения. Боевых единиц у союзных войск для этого хватило бы с избытком, но испытанный шок не позволял им не только двигаться, но и соображать. Крейсеры титанов выходили один за другим, мгновенно выстраиваясь в наступательный порядок и захватывая в прицел мощнейших лучевых батарей любые объекты искусственного происхождения, которыми по большей части и являлись корабли повстанцев. Под конец эффектного появления Воинов в сознании марсианина промелькнула искра надежды, последними из каналов выходили крейсеры устаревшей конструкции «Т-570» и несколько линкоров «Т-702», однако искра эта очень быстро угасла. Древние корабли не собирались атаковать титанов с тыла. Крейсеры заняли свои места в грозном строю и прицелились в правофланговую группу союзников, а линкоры встали в одну линию с новейшими громадинами своего класса. В армаде оказалось около трех сотен кораблей, и все они были максимально опасными противниками. В бою против такой невероятной силы надеяться было не на что. У марсиан и колонистов практически не оставалось выбора. Конечно, они могли броситься в бесполезную атаку. Наверное, при этом союзники даже повредили бы пару кораблей противника, но, несомненно, сами погибли бы до последнего бойца. Титанам неведомо было снисхождение. Идея бежать и попытаться «уйти на дно» в самых укромных уголках своих планет также не имела перспективы. Воины имели гораздо больший, чем у простых смертных, запас времени. Рано или поздно они нашли бы всех бунтовщиков. В принципиальных вопросах Воины соблюдали все мыслимые формальности. Преступление против государства в их понятии было худшим из преступлений, и наказание за него предусматривалось жестокое, а главное – неотвратимое.

Марсианский разведчик взглянул на линию оказавшихся перед непростым выбором союзников и понял, что война проиграна. Если никто до сих пор не осмелился выстроить свои подразделения для встречного боя, значит, это не может произойти и в дальнейшем. Словно в подтверждение его догадки, роксанианская эскадра провалила свой фланг, отходя на тяге тормозных двигателей под прикрытие Титана, а флотилия Ганимеда в полном составе легла в дрейф и включила на всех кораблях аварийные маяки. Так в космофлоте было принято подавать сигнал о сдаче в плен. Мелкие подразделения прочих союзников разорвали строй и осторожно, словно нехотя, потянулись к ближайшему гиперпорталу. Уйти им не дал всего один крейсер. Он мгновенно стартовал в том же направлении и, угрожающе маневрируя, перекрыл своей тушей зону разгона для прыжка. Марсианские корабли продолжали сохранять подвижный боевой порядок, но приказа об атаке им по-прежнему не поступало. Словно желая развеять оставшиеся у марсиан сомнения, один из линкоров диктаторской армады, каким-то загадочным образом вычислив флагмана среди массы однотипных кораблей противника, дал мощный залп. От адмиральского корабля осталась лишь пыль, и марсиане тут же последовали примеру бойцов с Ганимеда.

– Ломиться некуда, – заявил один из членов экипажа корабля-разведчика.

– Верно, – согласился капитан. – Если не будем сопротивляться, отделаемся легким испугом и потерей памяти до социально приемлемого уровня.

– Но мы же только выполняли приказы! – возмутился старший помощник. – Правительство поменялось, но мы-то люди казенные, нам не положено разбираться, хорош его новый председатель или нет. Жалованье получаем, звания тоже, подчиняемся приказам непосредственного начальства. Дисциплина!

– Таким бредом ты можешь успокаивать самого себя, – ответил ему капитан. – Воины всю эту чушь слушать не станут. Мы давали присягу Диктатору, а не правительству или непосредственному начальству. Присягу мы нарушили. Так что готовьтесь, товарищи разведчики. Через сутки все мы снова станем образцовыми гражданами Диктатуры, правда, с пожизненным поражением в некоторых правах.

Капитан заглушил основные и маневровые двигатели, обесточил орудийные башни и включил аварийный сигнал. Прочие марсианские корабли сделали то же самое. Марс был обречен. Бог войны сдавался...